<<
>>

4. Делиберативная теория политики

Последний этап в создании делиберативной теории политики очертили идеи, вошедшие в тексты, которые опубликованы в сборнике под общим заглавием «Вовлечение другого»156. Хабермас вновь возвращается к анализу существующих нормативных теорий.
Воспользовавшись различением Ф. Майклмана, предполагавшим наличие двух нормативных доктрин в политике — республиканистской и либеральной, Хабермас провел компаративный анализ политических концептов относительно ключевых параметров политической теории: политика, государство, гражданин, право, воля. Этот анализ понадобился Хабермасу для того, чтобы, как он сам скажет, «опираясь на критику этической перегруженности республиканской модели»157, очертить параметрические контуры альтернативной — делиберативной политики158. На взгляд Хабермаса, коммунитаристы (республиканцы в широком толковании слова) уделяют нормативности значительно больше внимания, нежели либертарианцы (либералы), поскольку видят в консенсусной организации общества нечто большее, чем просто политический фон для различных «сделок» между частными интересами. Однако Хабермас считает основным недостатком радикализации добродетельной природы граждан вытекающий из нее идеализм, благодаря которому политические процессы ставятся в прямую зависимость от «благородных ка честв гражданина». Следовательно, нормативная рациональность в подобного рода политиках становится моральной рефлексией сознания агентов, что сужает политический дискурс до масштабов этики159. Конечно, как считает Хабермас, значение моральной референции для делиберативной модели очень важно160, однако куда принципиальнее для политики артикуляционные возможности обсуждений161. В современных обществах с развитой культурой плюрализма за политическими декларациями часто скрывается некая приватная коммуникативная форма. Она не описывается холистской моделью общественно-политической системы, поскольку тканью этой организации оказываются субъективные интересы и частные этические установки, исключающие возможность вписывания их в общее согласие.
Данная интерсубъективная форма характерна своей внутренней конфликтностью и множеством противоречий. Следовательно, чтобы решить нормативные проблемы, необходимо как-то уравновесить данную коммуникативную перспективу (приватность в политической сфере) с другими коммуникативными формами. Но именно здесь, считает Хабермас, республиканцы продвинуться вперед никак не могут, поэтому-то он и предлагает свой подход. Суть решения возникающего дисбаланса состоит не в организации консенсуса на основе морального самопонимания (путь республиканцев), а в поиске плюралистического компромисса. Подобный консенсус возможен в логике партийных взаимоотношений, но с учетом того, что партии, о которых ведет речь Хабермас, «опираются на потенциал власти и властных санкций». Иными словами, исключительно этические решения (без опоры на администрирование) в конечном итоге вредны для общественного консенсуса. Отходя от идеальной конструкции речевой ситуации, Хабермас говорит о том, что делиберативная политика должна понять компромиссные формы организации не в качестве рационального дискурса (так как нейтрализовать властные проявления в некоторых переговорных отношениях невозможно), а как процедуры, которые необходимо оправдать с точки зрения устранения нравственного контекста, универсализировав компромисс на основе, например, ценности справедливости вообще162. Делиберативная политика обретает научное измерение (эмпирическую опору), если возможен рациональный отбор средств для того, чтобы, используя мораль, политически легитимировать компромисс и при этом найти способ легализовать существующий консенсус163. С точки зрения Хабермаса различные типы нормативных политик можно сочетать, если будут созданы такие условия и процедуры, «которые придадут институци- ализированному формированию общественного мнения и политической воли его легитимирующую силу»164. Таким образом, по Хабермасу, «делибера- тивный модус» есть предорганизование таких коммуникативных условий, в которых политический процесс будет гарантировать достижение «разумных и честных результатов»165.
Кардинальным условием делиберации является правильно понятая демократия. По Хабермасу, современный демократический процесс — это, прежде всего, установление связи между совещанием (делибера- цией в широком смысле) и системой нормирования результатов политических решений, принятых в условиях всеобщего согласия. Заметим, что Хабермас видит делиберативный консенсус не в этической рекурсии, которая «обновляет ритуализированное воспоминание об акте основания республики» (как это происходит в республиканизме), а в механизме леги тимации дискурсивной деятельности. Консеквенцио- нальная (ориентированная на следствия) логика должна, по мысли Хабермаса, «вернуть практический разум» из сфер универсальности или конкретности в дискурсивный контекст, нормативное содержание ко* торого заимствуется из базовой ориентированности дискурса на взаимопонимание, вытекающего из взаимодействия166. Все это в конечном итоге гарантируется структурой языковой коммуникации167. Практически отождествляя дискурс (рожденный в «жизненном мире» с целью оформления механизма всеобщего администрирования) с демократической процедурой, Хабермас переосмысливает «концептуализацию государства и общества» с нормативной точки зрения. Если классическая республиканская политика была центрирована на государстве, и само наличие государственного механизма легитимировало агентов действия (легализуя только те действия, которые интегрировали бы целое), то делиберативная доктрина полагает, что демократия (дискурс) уже тождественна политике, поскольку способна к самоорганизации. Хабермас, с опорой на арендтовские конструкции, показывает основное направление контрреспубликанской аргументации — витализация политики оказывается ключевой стратегией делиберации. Следует до такой степени политически реанимировать общественность, чтобы восстановленная совокупность граждан могла вернуть себе административный суверенитет в форме «децентрализированного самоуправления»168. С другой стороны, необходимо помнить о рисках, возникающих в присвоении властных полномочий (о которых предупреждают либералы).
Административная власть может препятствовать коммуникации (дилеммы легитимации, о которых говорилось выше), поэтому либералы предлагают оставить в сфере компетенции государства только правовое регулирование экономических отношений для производства «неполитически понимаемого общего блага» — «благоденствия». Дискурсивная модель стремится взять сильные стороны обеих логик. Так же как и республиканизм, де- либерация придает значение центральным органам управления, но воспринимает правовое государство не как прикладную систему к частным отношениям (либерализм), а как ответ на вопрос, каким образом можно институализировать демократическую коммуникационную форму. Это означает, что теория политического дискурса Хабермаса ставится в зависимость от витальной способности дискурса институализироваться. При этом, однако, как скажет Хабермас, необходимо «расстаться с фигурами мысли философии сознания», которые приписывают волевым целостностям агентов качества «целокупных субъектов» или законам анонимное господство в конкурентных взаимоотношениях экономических акторов169. Курс на «более высокую степень интерсубъективности» в политическом дискурсе легитимирует и институализированные парламентские совещания, и политическую коммуникацию общественности. Например, выборы (как интеграционное взаимоопосре- дование общественности и институтов) интегрируют политическую систему и уже поэтому, по сути, «лицензируют» легитимность социальной власти. Для того чтобы избежать идеализации в осуществлении власти необходимо делиберативно переосмыслить ее процедуры, т.е. дифференцировать специфические каналы осуществления власти170. Другими словами, политическая разумность состоит во взаимообрати- мой легитимации нормативности и инструментально- сти. Как заметит Хабермас, «рационализация означает нечто большее, чем просто легитимирование, но нечто меньшее, чем конституирование власти»171. До тех пор, пока администрирование остается соединенным каналами опосредований с демократическими мнением и волей, предорганизующими власть, политическая система способна на действие.
«Господствовать» же самостоятельно коммуникативно-выработанное мнение не может, оно способно лишь нормативно контролировать административную власть. В соответствии с избранной логикой рассуждений Хабермас делиберативно реконструирует понятие народного суверенитета. Государственный механизм, воплощающий власть народа, не может быть субститутом общественности, поскольку власть основывается на самоопределении агентов, а не на представительстве. Таким образом, дискурсивное понимание суверенитета конвергентно переплетает способность народа к дедентрированному самоуправлению и к разделяемым всеми правовым установлениям. Если, как считает Хабермас, отказаться от «философии субъекта», то суверенитет очистится от «конкретистского концентирирования в нации» и от анонимности управленческих полномочий172. Цель делиберативного переформулирования понятия «суверенитет» заключается в том, чтобы демократическую интуицию, связанную с данным понятием, интерпретировать коммуникативно173. Т.е., по Хабермасу, деятельностный суверенитет, выражаясь в демократических процедурах, демонстрирует действительность коммуникативной власти. Возвращаясь к идее Хабермаса о приватной форме некоторых коммуникаций, можно сказать, что мобилизация общественности (демократии в широком смысле) возникает во всех типах интеракций с политическими институтами. В этом Хабермас обнаруживает базис для ассоциирования в обществе — «в гражданском обществе, равноудаленном от госу- 1 74 дарства и экономики»1 . Завершая концептуализацию делиберативной политики, Хабермас еще раз подчеркивает герменевтическую природу данной теории. Он говорит о том, что в ее рамках легитимация означает специфический интерпретационный жанр, который рожден в определенным образом отобранных (позитивных) ресурсах «жизненного мира», где коммуникативная власть приобретает свою значимость как практически единственный способ рационализации «труднодоступных со стороны администрирования» дискурсивных форм. Иными словами, Хабермас приходит к тому, с чего он начинал175, прямо указывая на то, что истинная жизненность и смысл политики содержится скорее не в действии, а в определенном (коммуникативном) акценте при интерпретации возможных последствий действий.
<< | >>
Источник: Ерохов И.А.. Современные политические теории: кризис нормативности. 2008

Еще по теме 4. Делиберативная теория политики:

  1. ВВЕДЕНИЕ
  2. 7. Агрегативная теория демократии
  3. 1. Марксизм и «системный анализ» как два источника идеи делиберативной политики
  4. 1. «Кризис легитимности» — первый шаг к созданию делиберативной теории политики
  5. 4. Альтернативная консенсусная логика
  6. 4. Делиберативная теория политики
  7. 1. Инструментальное и моральное утрирование политики
  8. 4. Теория создания значений
  9. 6. Либерально-демократические предпосылки современной политики
  10. 4. Агонистическая демократия
  11. Конструктивизм в сравнительной политологии
  12. OPUS MAGNUM Андрей Ашкеров. Мораль, разум, глобализация.
  13. §2.2. Парадоксы демократии в современной политической теории
  14. 1.2 Сетевое общество: актуализация координации и сотрудничества в системе разработки государственной политики
  15. 2.1 Трансформация политических систем в условиях сетевого общества: власть, мобилизация, участие
  16. «Теория справедливости» Дж. Ролза и ее воздействие на современную политическую философию.
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -