<<
>>

в) Письменные доказательства

Письменными доказательствами являются акты, документы, письма делового и личного характера, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела (ч. 1 ст. 63 ГПК РСФСР).

Письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной и иной связи или иным образом, позволяющим установить достоверность документа (ч. 1 ст. 60 АПК РФ). Таким образом, по ГПК РСФСР и АПК РФ понятие письменные доказательств объединяет предметы, на которых с помощью знаков выражены мысли, содержащие сведения об обстоятельствах имеющих значение для дела. Вещественную основу письменных доказательств составляют предметы (чаще всего бумага металл) независимо от их формы и качества, способные сохранить нанесенные на них знаки. При этом способ нанесения письменных знаков также не имеет решающего значения, главное чтобы они (знаки) оставались доступны для восприятия. Собственно сведения, необходимые суду для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, воспринимаются непосредственно из содержания текста, а не из свойств носителя или способа и характера нанесения на нем знаков, что составляет основное отличие письменных доказательств от вещественныхcxxx.

Аналогичным образом определяет письменные доказательства и процессуальная наука. Большинство ученых представляют письменные доказательства как предметы, на которых с помощью знаков закреплены мысли, содержащие сведения о фактах, необходимых для разрешения делаcxxxi. С другой стороны, приведенная точка зрения не исчерпывает многообразие научных взглядов на такое сложное явление как письменные доказательства. Так В.И. Колымцев определяет следующие основные признаки письменных доказательств. Письменные доказательства создаются человеком, закрепляют при помощи знаков определенные мысли на том или ином предметеcxxxii.

С.В. Никитин предлагает относить к письменным доказательствам исключительно информацию, получаемую судом из соответствующего материального предметаcxxxiii. В целом трудно не согласиться с мнением М.К. Треушникова о том, что с учетом сложности и неоднозначности анализируемого правового феномена, практически невозможно выработать определение письменных доказательств, которое «не вызывало бы тех или иных возражений и критики, которое бы исчерпывающе определяло сущность письменных доказательств»cxxxiv.

Бурное развитие новых информационных технологий в последние десятилетия поставило перед доказательственным правом новые вопросы, касающиеся отнесения к письменным доказательствам нетрадиционных носителей информации (главным образом, документов, полученных с помощью электронно-вычислительной техники, аудио- и видеозаписи). На первый взгляд устаревший ГПК РСФСР вообще не предоставляет подобной возможности. Но это далеко не так. Во-первых, еще в 1987 г. Пленум ВС СССР в постановлении от 3 апреля 1987 г. № 3 «О строгом соблюдении процессуального законодательства при осуществлении правосудия по гражданским делам» дал следующее разъяснение: «В случае необходимости судом могут быть приняты в качестве письменных доказательств документы, полученные с помощью электронно-вычислительной техники. С учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд может также исследовать предоставленные звуко-, видеозаписи»cxxxv. Во-вторых, процессуальные нормы позволяющие использовать в качестве письменных доказательств материалы, содержащиеся на магнитных носителях содержаться в отдельных федеральных законах. Например, п. 2 ст. 160 ГК РФ указывает, что использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронно-цифровой подписи либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке предусмотренном законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. Пункт 2 ст. 434 ГК РФ предоставляет сторонам возможность заключения договора путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной и иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

АПК РФ в свою очередь, говоря об иных документах и материалах, в том числе полученных посредством факсимильной, электронной и иной связи или иным образом, позволяющим установить достоверность документа, уже непосредственно предусматривает возможность использования документов, полученных с помощью электронно-вычислительной техники, в качестве письменных доказательств. Большое практическое значение для решения вопроса о возможности отнесения в рамках арбитражного процесса информации, полученной посредством электронных источников, к письменных доказательствам имеют также Инструктивные указания Госарбитража СССР от 29 июня 1979 г. «Об использовании в качестве доказательств по арбитражным делам документов, полученных посредством электронно-вычислительной техники»cxxxvi. Основные правила, изложенные в данном документе, сводятся к следующему:

- данные доказательства должны касаться обстоятельств, которые таким образом могут быть подтверждены (сделки, расчеты, начисление процентов и пени, данные статистики и т.п.);

- данные доказательства должны быть зафиксированы при помощи надлежащих (не вызывающих сомнения в их эффективности) технических приемов фиксации информации;

- данные доказательства должны быть получены при помощи достоверных способов расшифровки и распечатки информации (качественные характеристики электронно-вычислительной машины, способность выполнения определенных программ и пр.)cxxxvii.

Кроме того, для определения возможности использования документов, полученных при помощи электроники, в качестве письменных доказательств в рамках гражданского и арбитражного процессов большое значение имеют требования Федерального закона «Об информации, информатизации и защите информации» от 20 февраля 1995 г. Данный закон предусматривает, что полученный из автоматизированной системы документ приобретает юридическую силу после его подписания должностным лицом в порядке, установленном законодательством. Юридическая сила документа, хранимого, обрабатываемого и передаваемого с помощью автоматизированных информационных и телекоммуникационных систем может подтверждаться электронной цифровой подписью. При чем сила такой подписи признается при наличии в системе программно-технических средств, обеспечивающих идентификацию такой подписи. Право удостоверять идентичность цифровой подписи осуществляется на основании лицензииcxxxviii.

Таким образом, первой из отмечаемых нами тенденция в развитии концептуальных основ доказательственной теории в отношении письменных доказательств является широкое применение документов полученных при помощи современных носителей информации.

При сопоставлении ч. 1 ст. 63 ГПК РСФСР и ч. 1 ст. 60 АПК РФ обращает на себя внимание, что в первом случае список отдельных видов доказательств сконструирован фактически как исчерпывающий, во втором же он не только расширен, но и носит подчеркнуто диспозитивный характер. Ситуация осложняется еще и тем, что в теории гражданского процесса понятие «документы» имеет достаточно ограниченное содержаниеcxxxix. Напротив, использование в ч. 1 ст. 60 АПК РФ словосочетания «иные документы» позволяет говорить о том, что в арбитражном процессуальном законе понятия «письменные доказательства» и «документы» синонимичны. Как представляется, отмеченная несогласованность – есть результат значительного временного разрыва между принятием ГПК РСФСР и АПК РФ, а преодоление схематичности дефиниции письменных доказательств в ГПК РСФСР – дело будущего. При этом такая тезисность гражданского процессуального закона ни коим образом не порождает проблем в правоприменительной практике, традиционно трактующей документы как достаточно широкое понятие.

Процессуальная теория традиционно классифицирует письменные доказательства по следующим основаниям:

- по субъекту, от которого исходят письменные доказательства, они подразделяются на официальные и частные (неофициальные);

- по их содержанию – распорядительные и справочно-информационные;

- по форме: документы простой письменной формы; письменные доказательства обязательной формы и содержания (коммерческий акт, свидетельства о регистрации актов гражданского состояния и т.д.); нотариально удостоверенные договоры без их последующей регистрации в органах управления; нотариально удостоверенные договоры, требующие последующей регистрации в органах управленияcxl.

Для темы же настоящего исследования основное значение имеет рассмотрение письменных доказательств с учетом способа их получения судом, способа их формирования (характера источника), а также конкретных правил ГПК РСФСР и АПК РФ об их исследовании рамках гражданского или арбитражного процесса.

Законодательство предусматривает два способа получения письменных доказательств:

- представление письменных доказательств сторонами и другими лицами, участвующими в деле (ч. 3 ст. 50 ГПК РСФСР, ч. 1 ст. 54 АПК РФ);

- истребование письменных доказательств (ч. 3 ст. 50, ст. 64 ГПК РСФСР, ч. 2 ст. 54 АПК РФ).

При сопоставлении правил ГПК РСФСР и АПК РФ о способах получения письменных доказательств прослеживается уже отмечавшаяся нами при анализе объяснений лиц, участвующих в деле, и свидетельских показаний тенденция, состоящая в более детальном законодательном регулировании всей доказательственной деятельности в рамках гражданского процесса в сравнении с процессом арбитражным. В соответствии с ч. 2 ст. 63 ГПК РСФСР лицо, предоставляющее письменное доказательство или ходатайствующее о его истребовании, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством. Аналогичная обязанность возникает у лица, участвующего в арбитражном процессе лишь в случае принесения ходатайства об истребовании доказательств (ч. 2 ст. 54 АПК РФ). Далее, непременным условием истребования письменных доказательств является невозможность самостоятельного его получения лицом, участвующим в деле. В ходатайстве об истребовании письменного доказательства помимо прочего должно быть обозначено это доказательство и указано место его нахождения. Письменное доказательство требуется судом от лиц, у которых оно находится, путем непосредственного направления им запроса, или выдачи такого запроса лицу, ходатайствующему об истребовании письменного доказательства, для самостоятельного его получения (ст. 64 ГПК РСФСР, ч. 2 ст. 54 АПК РФ). Нелишне добавить, что при истребовании письменных доказательств, содержащих сведения, относящиеся к государственной тайне и конфиденциальной информации, лица, у которых они требуются, направляется не запрос, а определение суда, при этом выдача данных документов на руки лицам, участвующим в деле, для доставления их в суд также не всегда допустимаcxli.

ГПК РСФСР и АПК РФ устанавливают различные санкции за не предоставление письменных доказательств по требованию суда.

В соответствии с ч.ч. 1 – 4 ст. 65 ГПК РСФСР в отношении стороны удерживающей у себя и не представляющей по требованию суда письменное доказательство, суд вправе установить, что содержащиеся в нем сведения об обстоятельствах имеющих значение для дела, стороной признаны. В случае не извещения суда о причинах невозможности предоставления доказательств, а равно невыполнения этого требования по причинам, признанным судом неуважительными, виновные лица (должностные лица, граждане, участвующие и не участвующие в деле) подвергаются штрафу в размере до 50 установленных законом минимальных размеров оплаты труда, а в случае неисполнения повторного и последующих за ним требований – штрафу до 100 установленных законом минимальных размеров оплаты труда. Наложение штрафа не освобождает соответствующих лиц от обязанности представления требуемого судом письменного доказательства.

В соответствии с ч.ч. 3, 4 ст. 54 АПК РФ в случае невыполнения требования о предоставлении письменного доказательства по причинам, признанным судом неуважительными, виновные лица (как участвующие в деле, так и не участвующие в деле), у которых оно (доказательство) находится, подвергаются штрафу в размере до 200 установленных законом минимальных размеров оплаты труда. Наложение штрафа не освобождает соответствующих лиц от обязанности представления требуемого судом письменного доказательства. При этом данная санкция «не применяется в случаях, когда арбитражный суд предлагает лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства в соответствии с ч. 2 ст. 53 АПК РФ»cxlii.

В теории главным образом арбитражного процесса остается дискуссионным вопрос о праве суда истребовать доказательства по собственной инициативе.

Сторонники признания за судом такого права ссылаются на требования ч. 1 ст. 59 АПК РФ, обязывающей суд, по их мнению, всесторонне, полно и объективно исследовать обстоятельства дела, п. 3 ст. 175 АПК РФ, называющий недостаточную обоснованность решения одним из оснований к его отмене, в конечном итоге призывая суды: «полнее использовать предоставленное им право на истребование доказательств»cxliii. Кроме того, в обоснование данной позиции приводятся некоторые руководящие разъяснения Пленума ВАС, постановленные, как правило, до введения в действие нынешнего АПК РФ, обязывающие суд истребовать доказательства по собственной инициативеcxliv.

Приверженцы противоположной точки зрения указываю на то, что «арбитражный суд не собирает доказательства, а лишь содействует сторонам в их истребовании и представлении с суд»cxlv. Являясь сторонником данной позиции, автор считает, что у нее существуют серьезные легальные основания. В соответствии с ч. 2 ст. 53 АПК РСФСР арбитражный суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства, если сочтет невозможным рассмотреть дело на основании имеющихся доказательств. В силу требований ч. 1 ст. 119 АПК РФ непредставление дополнительных доказательств, которые судья предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в нем материалам. Иными словами, не суд, а стороны несут бремя подтверждения выгодных для них утверждений необходимыми данными вплоть до проигрыша процесса. В этой связи непредставление доказательств сторонами по предложению арбитражного суда не может являться основание как для возобновления разбирательства дела в порядке ч. 2 ст. 125 АПК РФ, так и отмены решения на основании п. 3 ст. 175 АПК РФ. В данном случае должна действовать презумпция недоказанности обстоятельств, обосновывающих соответствующие требования или возраженияcxlvi. При этом подобные утверждения никоим образом не покушаются на право законодателя закрепить предписания об истребовании доказательств по инициативе суда в отдельных прямо предусмотренных законом случаях.

В настоящее время в рамках состязательного по своей сути арбитражного процесса истребование по инициативе суда письменных доказательств приводит иногда к анекдотичным ситуациям. Например, по уже упоминавшемуся нами делу по иску главы фермерского хозяйства Борисова А.А. к Министерству обороны, Дальневосточному военному округу и войсковой части суд первой инстанции при отложении судебного заседания по собственной инициативе обязал Дальневосточный военный округ представить отдельные письменные доказательстваcxlvii. Этим же определением Дальневосточный военный округ был предупрежден об ответственности по ч. 3 ст. 54 АПК РФ за не предоставление письменных доказательств. Ответчик определение не исполнил, а в следующем судебном заседании заявил отвод судье, используя широко распространенную и уже упоминавшуюся нами правовую позицию, состоящую в признании того, что в рамках состязательного процесса истребование доказательств по инициативе суда не может свидетельствовать ни о чем, кроме его заинтересованности в исходе дела. Заместитель председателя арбитражного суда Хабаровского края – председатель коллегии заявление об отводе отклонил, сославшись на ст. 59 АПК РФ, предусматривающую право суда на истребование доказательств по собственной инициативе, и не усмотрев в действиях суда обстоятельств, вызывающих сомнение в его беспристрастности. После этого суд первой инстанции очередным определением об отложении дела указал на необходимость представления Дальневосточным военным округом истребуемых доказательств и снова предупредил ответчика об ответственности по ч. 3 ст. 54 АПК РФ. Ответчик требования суда в очередной раз фактически не исполнил, но никаких санкций за этим не последовало. Таким образом, был соблюден status quo (существующее положение), но авторитет судебной власти, как представляется, остался умаленным.

По характеру источника письменные доказательства подразделяются на подлинные документы и их надлежащим образом заверенной копииcxlviii. При этом если согласно ГПК РСФСР письменные доказательства, как правило, представляется в подлиннике, то по АПК РФ подлинные документы представляются, когда обстоятельства дела согласно законам и иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами (ч. 5 ст. 65 ГПК РСФСР, ч. 2 ст. 60 АПК РФ).

В этой связи в АПК РФ нормы об обязательном представлении судом только подлинных документов носят отсылочный характер в части предписания учитывать нормативные акты, которые предусматривают подобную обязанность. В частности, требование о представлении подлинных доказательств уплаты госпошлины установлено Инструкцией Госналогслужбы РФ от 15 мая 1996 г. № 42 «По применению Закона РФ «О государственной пошлине». При этом если уплата госпошлины произведена за истца (заявителя) другим лицом, арбитражный суд должен исходить из того, что госпошлина фактически уплачена, зачислена в федеральный бюджет и, следовательно, оснований для возвращения заявления (жалобы) по мотиву неуплаты госпошлины ненадлежащим лицом не имеетсяcxlix. В качестве примера. Определениями от 13 июня 1995 г. и 20 июля 1995 г. возвращена апелляционная жалоба ТОО «Фирма «Одежда» на решение Хабаровского краевого арбитражного суда в связи с тоем, что приложенная к жалобе квитанция не подтверждает оплаты госпошлины в установленном порядке. Постановлением апелляционной инстанции от 6 сентября 1995 г. товариществу было отказано в восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы. В качестве уплаты госпошлины доказательства заявитель представил квитанцию Сбербанка России от 27 июня 1995 г. с отметкой о зачислении суммы в федеральный бюджет, удостоверенной подписями двух должностных лиц банка, скрепленными оттиском круглой печати учреждения банка. Отменяя состоявшиеся определения суда первой и апелляционной инстанции, Президиум ВАС подчеркнул, представленная ТОО квитанция является надлежащим доказательством уплаты госпошлиныcl.

К числу положительных сторон нового арбитражного процессуального законодательства следует отнести предусмотренную ч. 2 ст. 60 АПК РФ возможность представления заверенной выписки из документа в случае, если к рассматриваемому делу имеет отношение лишь его часть, а не в случае затруднительности предоставления в суд самого документа, как это предусматривает ст. 66 ГПК РСФСР.

Подлинные документы, приобщенные к делу, в необходимых случаях возвращаются сторонам, по общему правилу, после вступления решения суда в законную силу. При этом в деле остаются их надлежащим образом заверенные копии (ст. 67 ГПК РСФСР, ст. 61 АПК РФ).

Доказательства представляются сторонами, как правило, в суд первой инстанции. В соответствии с требованиями ч. 2 ст. 286 ГПК РСФСР, ч. 1 ст. 155 АПК РФ предъявление заявителем жалобы новых доказательств в кассационную инстанцию суда общей юрисдикции и апелляционную инстанцию арбитражного суда возможно лишь в случаях обоснования им невозможности их представления в суд первой инстанции.

Вместе с тем судебной практике наметился явственный отход от этих требований. Саратовский коммерчески центр «Приволжский» обратился в арбитражный суд Саратовской области с иском к акционерному обществу «Саратовнефтепродукт» о взыскании задолжности за не поставленные по договорам нефтепродукты и убытков, причиненных неисполнением обязательства. Решением арбитражного суда от 10 октября 1995 г. исковые требования удовлетворены полностью. Постановлением апелляционной инстанции от 13 декабря 1995 г. решение отменено и в иске отказано. Отменяя решение и отказывая в иске, апелляционная инстанция указала на то, что в нарушение ст. 60 АПК РФ истец представил незаверенные копии договоров. На основании этого был сделан вывод об отсутствии у суда первой инстанции доказательственной базы для удовлетворения иска, а, следовательно, и о его необоснованности. Подлинные договоры, представленные в апелляционную инстанцию, были признаны дополнительными доказательствами и не приняты к рассмотрению в связи с отсутствием уважительных причин к непредставлению этих доказательств в суд первой инстанции. Президиум ВАС счел такой подход сугубо формальным и не соответствующим требованиям ст. 59 АПК РФ о необходимости всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. Подлинные документы, представлялись для проверки их соответствия имеющимся в деле копиям, и не являются дополнительными доказательствами. Сведения, содержащиеся в этих документах, уже были предметом исследования и оценки суда первой инстанции. Кроме того, ст. 155 АПК РФ предусматривает возможность представления в суд апелляционной инстанции дополнительных доказательств (с определенными ограничениями этого права)cli.

В последующем такая позиция нашла свое дальнейшее развитие в руководящем разъяснении Пленума ВАС, согласно которому дополнительные доказательства могут быть не приняты судом апелляционной инстанции, если будет установлено, что заинтересованное лицо вело себя недобросовестно и не представляло эти доказательства, что бы затянуть процессclii. Таким образом, правило ч. 1 ст. 155 АПК РФ истолковано в приведенном разъяснении весьма широко, что приводит к искажению его фактического содержания, поскольку в обобщенном виде причины невозможности представления доказательств в суд первой инстанции могут быть сформулированы следующим образом:

- доказательства существовали на момент рассмотрения дела в суде первой инстанции, но заинтересованное лицо не знало и не могло знать об их существовании;

доказательства существовали на момент рассмотрения дела в суде первой инстанции, и представляющее их лицо знало об этом, но по независящим от него причинам не смогло представить их в суд (истребовать их);

- доказательства появились после принятия решения судом первой инстанции;

- суд первой инстанции ошибочно исключил из судебного разбирательства, представленные лицом доказательства, которые могли иметь значение для дела;

- суд первой инстанции необоснованно отказал лицу в исследовании доказательств, которые могли иметь значение для делаcliii.

Согласно разъяснению заявитель не должен ничего объяснять, бремя доказывания его недобросовестности перекладывается на противоположную сторону.

Трудно в этой связи не согласиться со следующим мнением: «Снятие установленных законом на принятие судом апелляционной инстанции дополнительных доказательств ограничений приведет не только к нарушению прав организаций и граждан в арбитражном процессе, но и к внутренней дисгармонии арбитражного судопроизводства, к подмене значимости арбитражного суда первой инстанции»cliv.

Для темы настоящего исследования данный пример показателен еще и тем, что ярко демонстрирует следующую закономерность: наступление примата объективной истины идет не только путем перераспределения процессуальных обязанностей доказывания и признания активной роли суда в процессе собирания доказательств, но оно (наступление) осуществляется также посредством нивелирования требования о недопустимости использования доказательств, полученных с нарушения федерального закона, всего комплекса правил о допустимости доказательств. При этом сторонники данного подхода забывают, что вне надлежащей формы, не может быть достоверного содержания, а сам их довод о возможности умозрительного деления нарушений федерального закона на формальные и существенные не выдерживает серьезной критики, так как вне определенных законодателем границ невозможно отделить существо от не существа с точки зрения формальной определенности права.

Так в упомянутом примере Президиум ВАС упрекнул суд апелляционной инстанции в формализме, но кому, как не столь высокой судебной инстанции, понимать, что применение современной множительной техники обеспечивает не только достаточно точное механическое дублирование, но и во много раз повышает опасность умышленных искажений и фальсификаций, а арбитражное процессуальное законодательство непосредственно не регламентирует процедуру разрешения заявления о подложности документа (ст. 177 ГПК РСФСР), саму по себе ставящую надежный заслон для проявления своих способностей подобного рода «умельцами» в рамках гражданского процессаclv. В этой связи требование ч. 2 ст. 60 АПК РФ о представлении документов в форме надлежащим образом заверенной копии является более чем обоснованным, а его нарушение должно неминуемо влечь признание такого доказательства недопустимым в силу ч. 2 ст. 52 АПК РФ, как полученного с нарушением федерального закона. Представление же документов в подлиннике обязательно для стороны лишь в случаях непосредственно предусмотренных законодательством, а также в других необходимых случаях по требованию арбитражного суда (например, при сомнениях в достоверности копии). Иными словами, такое требование может быть обращено к лицам, участвующими в деле, лишь после представления ими надлежащим образом заверенной копииclvi. Поскольку в собственно юридическом смысле в данном случае копии договоров суду представлены не были, отсутствовал юридический «шлейф», строго говоря, состав, предоставляющий суду возможность истребовать подлинники документов. В силу требований ч. 1 ст. 53 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказывать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Следовательно, именно лица, участвующие в деле, а не суд несут риск ненадлежащего выполнения этой обязанности. Иными словами, суд апелляционной инстанции разрешил дело правильно, так как у него имелись разумные сомнения в доказанности иска.

Как ГПК РСФСР, так и АПК РФ предоставляет возможность осмотра и предварительного исследования доказательств на месте их нахождения при невозможности или затруднительности их доставки в суд (ст. 66, 179 ГПК РСФСР, ст. 55 АПК).

Письменные доказательства могут быть также получены в порядке обеспечения доказательств и выполнения отдельного поручения (ст. ст. 51, 57 ГПК РСФСР и ст. ст. 71, 73 АПК РФ). При этом отмеченное нами для объяснений лиц, участвующих в деле, и свидетельских показаний противоречие АПК не действует, так как в соответствии ч. 1 ст. 117 АПК РФ арбитражный суд знакомиться с письменными доказательствами, что до некоторой степени предоставляет возможность их исследования непосредственно в процессе.

Вместе тем последовательно процесс исследования письменных доказательств отражен лишь в гражданском судопроизводстве (ст. 175 ГПК РСФСР): письменные доказательства или протоколы их осмотра оглашаются в судебном заседании и предъявляются лицам, участвующим в деле, а в необходимых случаях – экспертам и свидетелям. После этого лица участвующие в деле, могут дать объяснения.

Свои особенности, связанные с необходимостью охраны социально значимых тайн, имеет процесс исследования отдельных письменных доказательств, в частности, содержащих сведения, составляющие государственную и коммерческую тайну, личной переписки и т.д. (например, ст. 176 ГПК РСФСР).

С другой стороны, АПК РФ содержит иное не менее губительный для целей правосудия недостаток. Выше уже отмечалось, что письменные доказательства представляются лицами, участвующими в деле, как бы без ходатайств об их приобщении к материалам дела, то есть при представлении доказательств непосредственно в судебном заседании заявление такого ходатайства, его занесение в протокол судебного заседания, и, как результат, вынесение по этому поводу определения, вовсе не обязательно. Поскольку, если не обязательно ходатайство, то вопрос как таковой отсутствует, нечего разрешать.

Вот к чему привел такой подход в конкретном деле. В кассационной жалобе, рассмотренной Федеральным арбитражным судом Восточно-Сибирского округа, сообщалось, что арбитражный суд принял письменные доказательства после оглашения резолютивной части решения, чем грубо нарушил требование ст. 124 АПК РФ, состоящее в том, что арбитражный суд основывает решение лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. На один из этих документов была сделана ссылка в мотивировочной части решения. Безусловно, что при подтверждении данных обстоятельств оспариваемые доказательства являлись недопустимыми в силу ч. 2 ст. 52 АПК РФ, так как были они получены с нарушением федерального закона, а решение подлежало отмене. В кассационной инстанции истец утверждал, а ответчик опровергал время появления в деле оспариваемых доказательств, но: на запрос стороны о причинах приобщения к делу данных доказательств суд первой инстанции не ответил; в материалах дела документы были подшиты без отметки секретариата суда о дате принятия; в протокол судебного заседания никаких сведений по их поводу не содержал. В этой связи кассационная инстанция оказалась в весьма затруднительном положенииclvii.

В завершении анализа письменных доказательств необходимо заметить, что к несомненным достоинствам АПК РФ относится универсальное правило о том, что лица, представляющие в суд письменные доказательства в арбитражный суд, обязаны направить их копии другим лицам, участвующим в деле, если эти документы у таковых отсутствуют, то есть до некоторой степени введена обязательная процедура раскрытия сторонами документов, значительно ускоряющая процессclviii.

В качестве вывода: отмечается, что если в вопросах построения дефиниции понятия «письменные доказательства» и некоторых других аспектах современный АПК РФ выгодно отличается от нуждающегося в модернизации ГПК РСФСР, то в вопросах представления и исследования доказательств выдержавший проверку временем ГПК РСФСР лидирует. Кроме того, в арбитражном процессе остро стоят проблемы протокола судебного заседания, более детальной разработки отдельных его стадий. Особенно опасной тенденцией является попытка отхода при истребовании доказательств от принципов состязательности и независимости суда, наблюдаемая в судебной практике.

г) Вещественные доказательства

Вещественными доказательствами являются предметы, которые могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для дела (ч. 1 ст. 68 ГПК РСФСР). Вещественными доказательствами являются предметы, которые своим внешним видом, внутренними свойствами, местом их нахождения или иными признаками, могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значения для дела (ст. 63 АПК РФ). Таким образом, вещественные доказательства – это любые объекты материального мира, которые в силу объективно присущих им свойств (признаков), могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для дела. При этом в силу уникальности каждого объекта материального мира исчерпывающего перечня таких свойств (признаков) дать невозможно, поэтому ГПК РСФСР лишь называет наиболее типичные из них, а АПК РФР вообще говорит о возможности использования объектов материального мира для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, как о критерии отнесения их к вещественным доказательствам.

В этой связи в правовой науке господствуют следующие взгляды на существо вещественных доказательств.

К.С. Юдельсон рассматривает вещественные доказательства в двух аспектах: вещи могут служить доказательствами как объекты непосредственного познания (например, изделие по соответствующему договору); вещи могут иметь значение доказательств фактического нахождения их у стороны спораclix. М.К. Треушников определяет вещественные доказательства как различные предметы, которые своими свойствами, внешним видом, изменениями, местом нахождения, принадлежностью способны подтвердить или опровергнуть существование юридических или доказательственных фактов, необходимых для правильного разрешения делаclx. Д.М. Чечот к вещественным доказательствам относит предметы, которые благодаря своим свойствам, качеством, внешним видом, месту нахождения способны служить средством установления фактов, обстоятельств, имеющих значение для делаclxi. Оригинальной, но не основанной на легальной дефиниции вещественных доказательств точки зрения придерживается А.С. Козлов, считающий, что вещественными доказательствами как средствами судебного познания могут считаться только получаемые судом сообщения, несущие специфику обстоятельств, имеющих значение для дела, и существующие в форме естественной информации, а не предмет или вещь как источник данныхclxii.

В целом доказательственное значение объектов материального мира непосредственно базируется на их уникальности и фундаментальном свойстве материи к отражению. Как следствие, «при оценке вещественных доказательств не приходится учитывать субъективного фактора, присутствующего при исследовании и оценке личных доказательств... По отношению к вещественным доказательствам элемент субъективного извращения действительности самим носителем информации исключен»clxiii.

В этой связи судебная практика при разрешении споров традиционно придает большое значение вещественным доказательствам. Так Я. обратился в суд с заявлением о выселении К. из ? части дома, указав, что эту часть дома она приобрела по договору купли-продажи. К. предъявила встречное заявление о взыскании затрат, понесенных на ремонт дома и его благоустройство. Решением суда первой инстанции иск Я. удовлетворен, в удовлетворении встречного иска отказано. Кассационная инстанция решение отменила в связи с тем, что суд не выяснил, какое помещение было приобретено Я., является ли спорное помещение ее собственностью. Для установления данных обстоятельств суду первой инстанции следовало провести осмотр вещественного доказательства (дома) на местеclxiv.

Из приведенного примера также усматривается: особенность вещественных доказательств также состоит в том, что они одновременно могут является и объектом спора.

Как уже отмечалось, вещественные доказательства следует отличать от письменных. В самом общем виде, в документе, являющимся вещественным доказательством, информация содержится в виде материальных, наглядно воспринимаемых признаков (например, документ со следами подчистки, с поддельной подписью и т.д.). В документе – письменном доказательстве эта информация передается при помощи знаков (букв, цифр и т.д.). В отношении способа получения письменных доказательств, последствий неисполнения обязанности представить их по требованию суда, осмотра и исследования доказательств на месте их нахождения, обеспечения доказательств, и их получения в порядке выполнения отдельного поручения правила ГПК РСФСР и АПК РФ о вещественных доказательствах в своей основе не отличаются от правил, относящихся к письменным доказательствам.

Вместе с тем особенности вещественных доказательств как средств доказывания предопределяют содержание требований ГПК РСФСР и АПК РФ об их хранении, осмотре вещественных доказательств, подвергающихся быстрой порче, распоряжении вещественными доказательствами.

ГПК РСФСР и АПК РФ знают два основных способа хранения вещественных доказательств: в деле или в месте их нахождения (ч.ч. 1, 2 ст. 71 ГПК РСФСР и ч.ч. 1, 2 ст. 63 АПК РФ). ГПК РСФСР, кроме того, предусматривает, что вещественные доказательства, хранимые в суде, могут находится в деле (если их возможно туда поместить) или по особой описи сдаваться в камеру хранения вещественных доказательств суда (ч. 1 ст. 71 ГПК РСФСР). Определение способа хранения зависит от индивидуальных особенностей вещественного доказательства. В месте нахождения хранятся лишь вещи, которые не могут быть доставлены в суд. Вещи, хранимые в месте нахождения, должны быть подробно описаны, по ГПК РСФСР – в случае необходимости сфотографированы и опечатаны, а по АПК – обязательно опечатаны и в случае необходимости засняты на фото- или видеопленку (ч. 2 ст. 71 ГПК РСФСР и ч. 2 ст. 63 АПК РФ). Из данных законоположений следует, что для вещей, хранимых в месте их нахождения, проведение осмотра и предварительного исследования доказательств в месте их нахождения обязательно. Осмотр и исследование вещественных доказательств, в месте их нахождения, производится по правилам ст. 179 ГПК РСФСР и ст. 55 АПК РФ. Представляется, что АПК правомерно расширил перечень возможных способов фиксации вещественных доказательств.

Вместе с тем решение вопроса об обязательности опечатывания вещественных доказательств является весьма сложным. С одной стороны, с учетом длительных сроков разрешения споров в суде такое абсолютное ограничение возможности пользования вещью может повлечь значительный ущерб для собственника, с другой – даже самое подробное описание доказательства не может гарантировать от необходимости его повторного исследования (например, при назначении экспертизы), а, следовательно, и принятия мер к сохранению вещественного доказательства в неприкосновенном виде. Вместе с тем для обеспечения последнего закон содержит предписание о том, что основной обязанностью суда (а по АПК РФ также хранителя) является принятие мер по сохранению доказательства в неизменном состоянии (ч. 3 ст. 71 ГПК РСФСР, ч. 4 ст. 63 АПК РФ).

Оценивая нормы ГПК и АПК о хранении вещественных доказательств необходимо также констатировать, что существует потребность в добавлении в ГПК РСФСР правила, аналогичного изложенному в ч. 3 ст. 63 АПК РФ о распределении расходов по хранению вещи между сторонами при вынесении судом решения, так как в соответствии со ст. 86 ГПК РСФСР данные расходы при определении судебных издержек не учитываются. Следует, кроме того, подчеркнуть, что в случаях, когда вещественные доказательства одновременно выступают предметом спорного правоотношения, и их судьба зависит от будущего решения суда по существу конфликта, принятие мер по хранению вещественных доказательств не может подменять собой или каким-либо образом входить в противоречие с мерами по обеспечению иска и обеспечению исполнения решения суда (ст. ст. 133, 134, 212 ГПК РСФСР и ст. ст. 76, 78, 136 АПК РФ). «Эти нормы сильнее доказательственных правил, поскольку они связаны непосредственно с правомочиями собственников и владельцев имущества»clxv.

Необходимость в осмотре вещественных доказательств, подвергающихся быстрой порче, вытекает из самой природы подобных вещей, невозможности их длительного хранения. В силу ст. 72 ГПК РСФСР, ст. 64 АПК РФ вещественные доказательства, подвергающиеся быстрой порче, осматриваются судом немедленно (по АПК это происходит в месте их нахождения). В это связи АПК РФ занимает достаточно взвешенную позицию так же в вопросе извещения лиц, участвующих в деле. Они извещаются о времени и месте осмотра и исследования в случае, если могут прибыть в место нахождения вещественных доказательств к моменту их осмотра (ч. 2 ст. 64 АПК РФ). Иными словами, устанавливается вполне разумное изъятие из общего требования закона об обязательном извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте совершения отдельных процессуальных действий. В гражданском процессе после осмотра вещи передаются лицу, от которого они были получены, или передаются предприятиям, учреждениям или организациям, которые могут их использовать по назначению. В последнем случае владельцу вещей впоследствии должны быть возвращены предметы того же рода и качества или их стоимость по ценам на момент возвращения. В арбитражном процессе, если лицо, от которого данные доказательства были получены (а им фактически может являться и не титульный владелец), не ходатайствует об их возвращении (ч. 2 ст. 65 АПК РФ), то вещи, подвергающиеся быстрой порче, как бы зависают в воздухе, потому что нет лица, который бы взял на себя заботу о них, с другой – суд не обязан принимать какие-либо меры по разумному распоряжению ими. Применение же общего правила о хранении вещественных доказательств в данном случае противоречит всякому здравому смыслу. Данное противоречие необходимо устранить непосредственно в самом кодексе.

В вопросах непосредственного исследования вещественных доказательств в судебном заседании ст. 117 АПК РФ придерживается традиционной лаконичности: арбитражный суд «осматривает вещественные доказательства». Таким образом, снова встает вопрос о непосредственном исследовании в судебном заседании арбитражного суда протоколов отдельных процессуальных действий. Как следствие, в очередной раз отмечается большая процессуальная определенность ГПК РСФСР, ст. 178 которого предусматривает: вещественные доказательства осматриваются судом и предъявляются лицам, участвующим в деле, а в необходимых случаях – экспертам и свидетелям; лица, которым предъявлены доказательства, могут обращать внимание суда на те или иные обстоятельства, связанные с осмотром; эти заявления заносятся в протокол судебного заседания; протоколы осмотра вещественных доказательств, составленные вне судебного заседания, оглашаются в нем, после чего лица, участвующие в деле, могут дать объяснения.

С учетом данной коллизии АПК РФ нелишне подчеркнуть, что судебная практика традиционно придает серьезное значение соблюдению принципа непосредственности судебного разбирательства при исследовании как вещественных, так и иных доказательств. Например, ссылка суда первой инстанции в решении об удовлетворении иска на вещественные доказательства, которые находились в материалах прекращенного в отношении одного из ответчиков уголовного дела, была признана надзорной инстанцией достаточным основанием для отмены решения и передачи дела на новое рассмотрение, поскольку из протокола судебного заседания не усматривалось, что данные доказательства каким-либо образом исследовались судом, а лицам, участвующим в деле, была предоставлена возможность сообщить свое мнение по поводу их содержания и исследованияclxvi.

Статья 73 ГПК РСФСР и ст. 65 АПК РФ практически одинаково регулируют вопросы распоряжения вещественными доказательствами. По общему правилу они после вступления решения суда в законную силу возвращаются лицам, от которых они были получены, либо передаются лицам, за которыми суд признал право на эти предметы, либо (по АПК РФ) реализуются в ином порядке, определенном арбитражным судом. Предметы, которые согласно закону не могут находится во владении отдельных лиц (вещи изъятые и ограниченные в обороте), передаются соответствующим организациям. В отдельных случаях вещественные доказательства после их осмотра и исследования судом могут быть возвращены в процессе производства по делу лица, от которых были получены, если последние об этом ходатайствуют и удовлетворение такого ходатайства не нанесет ущерба правильному разрешению спора.

Таким образом, при анализе вещественных доказательств нельзя однозначно утверждать о юридико-техническом преимуществе правил ГПК РСФСР над правилами АПК РФ или наоборот. Оба закона имеют существенные недостатки, преодоление которых лежит в русле учета положительных качеств каждого.

<< | >>
Источник: Гордейчик А.В.. Допустимость доказательств в гражданском и арбитражном процессах.. 2000

Еще по теме в) Письменные доказательства:

  1. § 3. Письменные доказательства
  2. Доказательства по гражданскому делу. Процесс доказывания
  3. Статья 67. Оценка доказательств
  4. Статья 71. Письменные доказательства
  5. 2.1. Письменные доказательства
  6. в) Письменные доказательства
  7. IV. Судебные доказательства
  8. Доказательства
  9. Глава II. ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ПО НАЛОГОВЫМ СПОРАМ
  10. § 1. Понятие судебных доказательств
  11. § 3. Процессуальная форма доказательств
  12. § 5. Классификация судебных доказательств
  13. § 6. Прямые и косвенные, первоначальные ' и производные, личные и вещественные ..... доказательства
  14. 2.2. ПРЕДМЕТНЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА Глава одиннадцатая Письменные доказательства
  15. § 1. Понятие письменных доказательств
  16. § 2. Классификация письменных доказательств
  17. § 3. Доказательства и доказывание в гражданском процессе
  18. § 1. Обеспечение доказательств нотариусами
  19. 7.1. Понятие и классификация судебных доказательств
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -