<<
>>

§ 2. Право

  Гражданское право. Усиление княжеской власти в Германии сопровождалось созданием общего права путем так называемой рецепции римского права.

Партикуляризм правовых систем феодальной Германии, в которой разные общественные группировки имели свои суды и свое право, становился все более и более неудобным и стеснительным по мере ослабления замкнутости этих группировок с ростом торговли и промышленности.

Потребность в праве, общем для всего населения, делалась все более настоятельной. Старое обычное право германских племен отражало очень низкую ступень развития производительных сил и общей культуры и не могло удовлетворять потребности развитого оборота. Немецкие юристы XV—XVI вв. видели невозможность построить общее право из противоречивых и неясных народных обычаев. Единственной им известной законченной правовой системой было римское право. К правоотношениям нарождающегося капитализма гораздо легче было применять римское право с его свободой договоров и свободным распоряжением недвижимостями, чем закостенелые формы феодального права.

Изучение римского права, возродившееся в Италии, распространилось оттуда и в Германию. В германских университетах появились кафедры римского права, профессора которого были учениками итальянских глоссаторов и комментаторов. Они знакомили своих студентов с логически стройными определениями и учениями, содержащимися в “Corpus juris civilis” и учили их юридически рассуждать в терминах римского права. Юридическое образование покоилось на римском праве и отчасти — каноническом. В XV—XVI вв. появился ряд учебников, справочников и юридических словарей, способствовавших распространению знакомства с римским правом.

Влияние римского права начало проникать и в суды. Шеф- фены, которые при отправлении суда должны были заниматься “нахождением права”, т. е. подыскиванием подходящей нормы, чаще всего в неписаном обычном праве, не были в состоянии разбираться в более или менее сложных правовых спорах.

Поэтому в практике германских судов с XIII столетия начали распространяться обращения к ученым-юристам с целью получения от них заключений по спорным правовым вопросам. С начала XV в. обращения стали производиться и к университетам[178].

Заключения принимали двоякую форму: “gutachten” и “actenversendung”. Первые являлись простыми консультациями и (за некоторыми исключениями) не были обязательны для суда. Что касается вторых, то последние представляли собою заключения, облеченные в форму судебных решений (от имени суда, обратившегося с просьбой дать заключение), и, как правило, были обязательны для суда.

Институт “actenversendubg” стал встречать к себе враждебное отношение со стороны владетелей германских земель, видевших в нем умаление своей власти. С XVIII в. начинается постепенное его упразднение.

Что касается “gutachten”, то последние сохранились и после упразднения “actenversendung”. Они встречаются и в настоящее время как в виде заключений отдельных профессоров, так и (юридических) факультетов.

Германские императоры покровительствовали римскому праву, так как они настаивали на своей преемственной связи с римскими императорами и охотно применяли к себе все положения о власти последних. В силу всех этих причин римское право уже в в. широко проникло в Германию и пустило там достаточно глубокие корни.

В 1495 г. был учрежден центральный имперский суд, в состав заседателей которого входили поровну доктора права и рыцари. В положении об этом суде было сказано, что он будет разбирать дела, основываясь на праве империи и на писаном праве. Под писаным правом разумелся “Corpus juris civilis”, который тем самым был признан действующим источником права, обязательным для применения в судах. При этом “Corpus juris civilis” был реципирован только в тех частях, которые были обработаны глоссаторами и вошли в глоссу Аккурсия. Правилом было: чего не признает глосса, не признает суд. В XVI в. римское право сделалось основным источником норм права, особенно гражданского, во всех германских судах.

Рецепция римского права была осуществлена при полной поддержке императоров, курфюрстов и молодой буржуазии, но она ничего не дала и не могла дать крестьянству. Наоборот, делались теоретические попытки применять к зависимым и крепостным крестьянам положения Дигест, говорившие о римских рабах. Для того чтобы выиграть в суде дело, надо было уметь разбираться в огромном и сложном материале чужого права и оспаривать юридические хитросплетения противной стороны. Правосудие было доступно только для имущих. Народ смотрел на юристов, как на своих врагов. Выражением этих чувств являлась поговорка “Juristen sind bqse Ghristen” (“юристы — дурные христиане”).

Во время крестьянской войны 1525 г. было выставлено требование об отправлении правосудия по Библии и об устранении всех докторов права.

Несмотря на это недовольство в народных низах, поддержка правящих кругов закрепила действие римского права в Германии почти на четыре столетия. Теоретическая обработка его в целях приспособления к практическим потребностям буржуазии была направлена главным образом на одну часть свода Юстиниана — на Дигесты, имевшие второе, греческое, название — Пандекты. В XVIII—XIX вв. (в результате этой обработки) создалось так называемое “пандектное право”, основанное на положениях Дигест, толковавшихся применительно к современной обстановке. Это “пандектное право” составляло основу “общего” права (Gemeines Recht) и применялось судами вплоть до вступления в действие Германского гражданского уложения, т. е. до 1900 г.

Санкционировав рецепцию римского права, императорская власть почти не уделяла в дальнейшем внимания гражданскому законодательству. Но в отдельных немецких землях широко практиковалось законодательство по партикулярному “земскому” праву — ландрехту. Возможности применения последнего были облегчены, таким образом, появлением официальных писаных источников. При наличии их общее (т. е. римское) право применялось в качестве субсидиарного. Однако такое положение не обозначало вытеснения римского права, так как это местное законодательство было делом юристов, воспитанных на римском праве, и отражало основные положения последнего.

Кроме того, уложения и кодексы отдельных земель не отличались полнотой по вопросам гражданского права.

Уже в XVI и XVII вв. появились не только отдельные законы, но и партикулярные кодексы по земскому праву и пересмотренные сборники права отдельных городов. В XVIII в. кодифика

ция охватила почти все земли. Наибольшей известностью пользуются Баварский кодекс Максимилиана, изданный в 1756 г., и Прусское общеземское уложение 1794 г.

Баварский кодекс 1756 г. построен по римской институционной системе с разделением на четыре части: лица, вещи, действия, правонарушения и иски. Кодекс не устранял действия ни обычного права, признанного им равноправным источником права с законом, ни влияний судебной практики на дальнейшее образование права, ни субсидиарной роли римского права. Кодекс сумел избежать казуистичности и давал необходимые руководящие принципы для решения практических случаев. С изданием кодекса не были, однако, отменены многочисленные специальные и местные права. В результате такого положения вещей не только отдельные территории, города и деревни, но отдельные дома и даже части одного и того же дома подчинялись различным нормам права.

Составители Прусского общеземского уложения разделили помещенный в нем материал на две части: в первой изложены постановления, относящиеся к лицу, как субъекту имущественных прав, а во второй — относящиеся к лицу, как члену семьи, общества и других союзов, до государственного включительно. Содержание первой части составляют нормы гражданского права. Содержание второй части составляют главным образом нормы так называемого публичного права. Здесь помещены законы о сословиях: крестьянах, горожанах, дворянах, о государственной службе, о церкви, о школах, о правах государства, о государственных доходах, об уголовном праве и т. д. Во второй части помещены и некоторые нормы гражданского права: о браке, об опеке и попечительстве и т. д. Уложение получило значение общего законодательства, отменив ранее существовавшие системы права, в частности римское, хотя в уложение вошло довольно значительное число норм римского права.

Уложение не отменило действовавшие до того местные права, но постепенно их вытеснило.

Прусское общеземское уложение представляло собой яркое выражение взгляда на всемогущество законодателя. Закон признавался единственным источником права. Творцы уложения стремились предусмотреть в законе всякий вопрос, который может поставить жизнь. Отсюда — регламентация жесткими и мелочными правилами всех сторон общежития. Законодатель предписывал судьям в случае сомнений в истинном смысле закона обращаться за разъяснением в берлинскую комиссию законов, стесняя тем самым свободу толкования закона судами.

Казуистичность уложения, однако, была именно причиной его недостаточности для регулирования не предусмотренных в нем отношений и необходимости обращаться к общему, т. е. пандектно- му, праву.

Правовое развитие в Германии в эпоху абсолютизма шло, таким образом, по двум руслам — кодификации в отдельных землях и рецепции римского права, положения которого играли роль общего для всех земель права, применявшегося субсидиарно. Отдельные институты строились под преобладающим влиянием то римского, то местного германского права. Обязательственное право — наиболее важная для товарного оборота отрасль — регулировалось по римским принципам. В праве собственности на недвижимости и в наследовании недвижимостей частично сохранились положения феодального права. В семейном праве германские начала проявлялись в сложной системе имущественных отношений между супругами. Единой и последовательной системы гражданского права в Германии в рассматриваемый период не существовало.

Уголовное право. Во второй половине XV и первой половине в. в различных германских землях издается ряд уголовных уложений, в основе которых лежали германские правовые обычаи. На содержание уложений оказали влияние римские правовые воззрения в переработке итальянских юристов. Среди этих уложений, посвященных главным образом уголовному судопроизводству и лишь частично затрагивавших уголовное право, наиболее выдающимся являлось Бамбергское уголовное уложение, изданное в 1507 г., составителем которого был Иоганн Фрайхер цу Шварценберг.

Этот памятник права лег в основу общегерманского уголовного уложения 1532 г., так называемой Каролины. Такое наименование это уложение получило потому, что было издано в правление германского императора Карла V.

Ввиду партикуляристских стремлений отдельных земель, восстававших против издания общеимперского законодательства, в предисловии к Каролине было сказано: “однако, мы хотим при этом милостиво упомянуть, что старые, установившиеся законные и добрые обычаи курфюрстов, князей и сословий ни в чем не должны потерпеть умаления”.

Таким образом, за каждой землей было сохранено ее особое уголовное право (и уголовное судопроизводство). Каролина имела лишь субсидиарное значение, предназначаясь главным образом для восполнения пробелов в местных законах.

Основное содержание Каролины составляют правила уголовного судопроизводства. Уголовное право стоит на втором плане (ему все же посвящено несколько более ста статей).

Каролина представляет собой, главным образом, сводку положений действовавшего права, изложенную в достаточной мере ясно и удобопонятно.

Каролина предусматривает довольно многочисленный круг преступлений: государственные (измена, мятеж, нарушение земского мира и др.), против религии (богохульство, колдовство и др.), против личности (убийство, отравление, клевета и др.), против нравственности (кровосмешение, изнасилование, двоебрачие, нарушение супружеской верности, сводничество и др.), против собственности (поджог, грабеж, воровство, присвоение), а также некоторые другие виды преступных деяний.

В Каролине получили более или менее точное определение не только отдельные преступления, но и некоторые общие понятия уголовного права: покушение, соучастие (в частности, пособничество), неосторожность, необходимая оборона и т. д.

В отдельных случаях Каролина рекомендует обращаться к науке (“совету правоведов”).

В основу карательных мер Каролины положен принцип устрашения, что стояло в связи с событиями крестьянской войны 1525 г.

Карательные меры Каролины отличаются большой жестокостью: значительное число преступлений наказывалось смертной казнью, причем были предусмотрены квалифицированные виды этой казни — колесование, четвертование, закапывание живым в землю, утопление, сожжение и др. Видное место среди карательных мер занимают телесные наказания. Вырывание языка и отсечение руки применялись нередко. Смертная казнь и лишение членов тела производились публично. При маловажных проступках практиковалось лишение чести, причем осужденного выставляли к позорному столбу или в ошейнике на публичное посмеяние.

Обращает на себя внимание установление жестоких мер наказания за посягательства против императорской власти и против собственности.

Большое развитие получили в Германии судебные процессы против ведьм, которые подвергались сожжению. Это наказание удержалось в германском уголовном праве до середины XVIII столетия.

После издания Каролины общеимперская законодательная деятельность в области уголовного права ослабевает и дальнейшее развитие уголовного права происходит в пределах отдельных земель. Во второй половине XVI в. и в первой половине XVII в. в ряде земель (Австрия, Бавария, Саксония и др.) были изданы уголовные уложения, в большей или меньшей степени воспроизводившие постановления Каролины. Законодательством отдельных земель были выработаны или получили дальнейшее развитие понятия ряд отдельных преступных деяний: государственной измены, мятежа, сопротивления власти, поединка, банкротства и т. д. В ряде земель правительства ограничивались тем, что переиздавали Каролину или предписывали судам ею руководствоваться. Рассмотрение уголовных дел в судах все чаще и чаще происходило при участии университетов (юридических факультетов), куда направлялись дела на заключение. Это открывало для науки уголовного права возможность непосредственного влияния на судебную практику.

Как общеимперское законодательство, так и законодательство отдельных земель (а равно и наука) до половины XVIII в., в общем, стояли на почве Каролины. Однако ход социального развития страны приводил к необходимости преобразования уголовного права.

Происходит процесс уточнения требуемого законом состава преступлений: так, при отравлении требуется наступление смерти, при детоубийстве — жизнеспособность ребенка и т. д. Этим суживалась возможность применения обычных (ординарных) наказаний, предусмотренных Каролиной. В то же время развилось применение, при неполноте законного состава преступлений, экстраординарных, т. е. смягченных, наказаний. В числе последних отсутствовала смертная казнь.

Главным образом преобразование уголовного права коснулось системы наказаний, предусмотренных в Каролине: эти наказания вытеснялись другими. Экономическое развитие приводит к новому отношению к преступнику: последний начинает рассматриваться как удобный источник принудительного труда. Такое использование преступника представляется в известных случаях более выгодным для государства, чем лишение его жизни или изувечение. В связи с этим смертная казнь и изувечение начинают постепенно уступать место присуждению к принудительным работам, галерам и т. п. Возникает взгляд на наказание, как на средство исправления. Под влиянием этого взгляда суды начинают приговаривать к содержанию в исправительных и рабочих домах.

Наряду с этим усиливается развитие бесчестящих наказаний, как выставление к позорному столбу, клеймение и т. д.

Ввиду отсутствия точного мерила для установления отношения новых видов наказания к прежним, а равно и к самим преступлениям, определение меры наказания становится все более и более в зависимость от усмотрения судьи.

К половине XVIII в. законодательная деятельность отдельных земель ослабевает и ограничивается отдельными распоряжениями недолговечного характера.

Сколько-нибудь значительные работы в области уголовного права обобщающего характера появляются в середине XVIII в. Таковы — Баварское уголовное уложение 1751 г., уголовное уложение Марии-Терезии 1768 г. Эти уложения отличались, как и Каролина, жестокостью наказаний: оба уложения держатся принципа устрашения.

В правление Фридриха II в Пруссии были предприняты отдельные меры к улучшению постановлений уголовного законодательства, нашедшие себе завершение в Прусском общеземском уложении 1794 г., которое содержит довольно многочисленные статьи (1577), относящиеся к уголовному праву. В Австрии новое уголовное уложение было издано в правление Иосифа в 1787 г. Оба эти памятника явились выражением понятий, господствовавших в эпоху просвещенного абсолютизма. По сравнению с уложением Марии-Терезии уголовное уложение Иосифа II отличалось сжатос

тью выражений (хотя и недостаточной точностью в определении понятий), исключением аналогии и менее жестоким характером своей карательной политики. Прусское общеземское уложение было многословным, но в большинстве случаев давало правильные определения преступных деяний. В нем была предусмотрена система предупредительных мер. Жестокость карательной политики была несколько смягчена.

Судоустройство и судопроизводство. В конце XV в. внутренние смуты побудили императора, князей и города предпринять известные шаги к укреплению центральной власти.

В 1495 г. на имперском сейме в Вормсе был, как мы уже знаем, учрежден высший имперский суд и ему было вверено отправление суда “на основании имперского и общегерманского права”. Последним в то время являлось римское и (каноническое) право.

Высший имперский суд составлял первую инстанцию по делам имперских подданных и вторую — по спорам подданных отдельных земель с владетелями этих земель. Последние, впрочем, по мере усиления их власти добились изъятия из подчинения имперскому суду и рассмотрения указанных выше дел их собственными судами второй инстанции.

Имперский суд стал деятельным проводником римского права.

Недостаточность личного состава этого суда и крайняя медленность письменного производства вызывали затяжку в рассмотрении дел. Неподчинение подведомственных ему имперских чинов приводило к тому, что решения суда нередко не могли приводиться в исполнение. Допущенные имперским законодательством обращения в рейхстаг заменяли путь судебного разрешения тяжб путем дипломатическим.

Внутри отдельных земель судебные учреждения не только находились в зависимости от княжеской бюрократии, но нередко даже не были отделены от административных. Князья (например, в Пруссии) не останавливались перед личным вмешательством в отправление правосудия. Господствующее положение занимала так называемая “кабинетная юстиция”, т. е. разрешение судебных дел канцеляриями князей, просуществовавшая до XIX в.

В Германии со времени средних веков в большей части земель (а затем и при имперском суде) возникают должности фискалов для защиты финансовых интересов казны. Одни из них занимались письменной стороной дела (advocati), а другие — выступлениями в судах (procuratori fisci). В области уголовной деятельности фискалы ведали первоначально преследованием финансовых нарушений, преследованием же других правонарушений занимались лишь по особому поручению правительства. В дальнейшем функции фискалов в области преследования уголовных преступлений в отдельных германских землях (например, в Гессене) расширились, но все же институт фискалов не смог до XIX в.

развиться в прокуратуру в том виде, как она сложилась во Франции.

Хотя адвокатура появилась в Германии еще в средние века, она не смогла достигнуть сколько-нибудь независимого положения.

Мало того, в Пруссии в 1781 т. была сделана попытка построить институт адвокатуры как государственную должность: оказание юридической помощи сторонам было возложено на членов судов, в составе которых были выделены для этого особые члены — “ассистенты”, получавшие жалование от государства. Процессуальные права их были сужены (например, было отнято право представительства в процессе). В дальнейшем в описанное выше устройство были внесены изменения: “ассистентов” заменили комиссары, получавшие гонорар от лиц, к ним обращавшихся; процессуальные права комиссаров были расширены, но они все же продолжали рассматриваться как чиновники судебного ведомства.

В период так называемого “просвещенного абсолютизма” в германских государствах были осуществлены некоторые судебные реформы. В Пруссии Фридрих II вскоре после вступления на престол отменил пытку в уголовном процессе. Затем им было проведено отделение суда от администрации.

В Австрии в правление Марии-Терезии были предприняты реформы, ставившие своею целью сосредоточение судебной власти в руках правительства. В 1749 г. было учреждено “высшее установление юстиции”, объединявшее в себе функции министерства юстиции с полномочиями верховного апелляционного суда. В отдельных провинциях судебные учреждения второй инстанции (юс- тиц-сенаты) были отделены от административных. Впрочем, губернаторы сохранили за ними надзор. Многочисленные низшие коронные суды были объединены в земские суды, подчиненные королевской власти и отправлявшие правосудие от ее имени. Светские дела были изъяты из ведения духовных судов. Городские суды, ведавшие делами горожан, и помещичьи суды сохранились. Еще при жизни своей матери Марии-Терезии Иосиф II в качестве ее соправителя настоял на отмене пытки и на неприменении на практике наиболее мучительных видов смертной казни. По вступлении на престол Иосиф II издал в 1781 г. негласное распоряжение, которым предписывалось лишь объявлять, но не приводить в исполнение смертные приговоры. Помещичья юрисдикция была сужена.

Начала инквизиционного процесса проникают в германское право уже в XIV в. Памятники этого периода говорят о пытке, как

о              средстве получения сознания обвиняемого. В позднейших памятниках развитие инквизиционных начал происходит все более и более отчетливо. В Бамбергском уложении 1507 г. и Каролине 1532 г. инквизиционный процесс является основной формой рассмотрения уголовных дел, хотя оба уложения предусматривают два порядка судопроизводства: по инициативе судебных органов и с участием обвинителя. Однако и в последнем случае судопроизводство происходит на основах инквизиционного процесса. В в. в Германии окончательно устанавливается инквизиционный процесс. В уголовном судебном уставе Иосифа I 1707 г. и в уголовном уложении 1768 г. Марии-Терезии мы находим правила только инквизиционного процесса.

Инквизиционный процесс в основном распадался на предварительное следствие и рассмотрение дела в суде. Предварительное следствие состояло из двух стадий: общего и специального расследования. Первое имело своею целью установление факта совершения преступления и подозреваемого лица, задачей второго являлось изобличение подозреваемого и получение от него сознания в совершении приписываемого ему преступления. Предварительное следствие было краеугольным камнем инквизиционного процесса. По окончании предварительного следствия дело передавалось в суд. Для вынесения обвинительного приговора требовалось, чтобы по делу были добыты полные доказательства, которые были предустановлены: сознание обвиняемого или же согласные показания не менее чем двух свидетелей. Остальные доказательства рассматривались как улики. Они не могли влечь за собой обвинительного приговора, но если они носили “основательный” характер, то давали повод подвергнуть пытке обвиняемого. “Основательными” уликами признавались: оговор соучастника в преступлении, показания одного свидетеля и т. д. Постепенно стала допускаться возможность вынесения обвинительного приговора (в некоторых случаях) и на основании улик с тем лишь ограничением, что в таких случаях не могло назначаться обычное (ординарное наказание), а лишь экстраординарное, т. е. смягченное. В особенности такой порядок допускался в отношении “тайных и трудно доказываемых преступлений”. Рассмотрение дела судом производилось негласно. Производство было письменным. Защита, хотя и допускалась, но постепенно ее участие ограничилось наиболее важными делами. Суд рассматривал акты предварительного следствия и допрашивал обвиняемого. Объяснения последнего записывались. После этого выносился приговор. Приговоры распадались на три вида: обвинительные, оправдательные и оставление в подозрении. Последнее применялось в случаях, когда данные, собранные по делу, признавались недостаточным для вынесения обвинительного или оправдательного приговора.

В некоторых германских землях допускалось апелляционное обжалование приговоров. В других землях оно не допускалось, заменяясь ревизионным порядком рассмотрения: приговоры, во всяком случае по наиболее тяжким преступлениям, подлежали утверждению высших судебных инстанций.

С половины XVIII в. основы инквизиционного процесса стали колебаться — прежде всего в связи с отменой пытки, произведенной в Пруссии в 1756 г., а в Австрии — в 1776 г. Отмена пытки сама по себе не изменила положения обвиняемого в процессе, как предмета исследования. На него, как и ранее, была возложена обязанность давать показания. Основываясь на этом, германское законодательство предусматривало специальные меры принуждения, так называемые “наказания за непослушание”, стремившиеся обеспечить получение показаний обвиняемого. Однако добиться получения сознания становилось все труднее и труднее, что неизбежно должно было усилить значение других доказательств, а в дальнейшем привести к пересмотру основных начал инквизиционного процесса.

В области гражданского судопроизводства в Германии также развилось письменное производство: состязания сторон сводились к обмену бумагами, а равно к занесению в протоколы объяснений и показаний. Для ускорения судопроизводства принимался ряд мер, как например, разделение процесса на стадии (или цезуры) с возложением на стороны обязанности представить в известный его момент все свои требования, возражения, доказательства под страхом их утраты. Однако такие меры не только не ослабляли письменного характера судопроизводства, но даже его усиливали. Рассмотрение дел производилось негласно. В большей части германских государств было принято правило, что судебные учреждения должны ограничиваться рассмотрением предъявленных сторонами требований и представленных ими доказательств (состязательное начало). Прусское законодательство пошло по иному пути: оно возложило на суд обязанность отыскания материальной истины в процессе всеми доступными ему способами. Этим в область гражданского судопроизводства было введено следственное начало. На практике проведение этого начала оказалось малоуспешным.

<< | >>
Источник: В. А. Томсинов. Всеобщая история государства и права .Том 1. 2011

Еще по теме § 2. Право:

  1. 8.1. Понятие системы права. Отрасль права, правовой институт
  2. ГЛАВА V. СУБЪЕКТЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА. ПРАВОПРЕЕМСТВО
  3. 11.1. КОЛЛИЗИОННЫЕ ВОПРОСЫ В ОБЛАСТИ СЕМЕЙНОГО ПРАВА. ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ БРАКА
  4. ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНАЯ СОЦИОЛОГИЯ ПРАВА. ПРАВОВАЯ ТИПОЛОГИЯ ОТДЕЛЬНЫХ СОЦИАЛЬНЫХ ГРУПП
  5. 1. ПОНЯТИЕ И НАЗНАЧЕНИЕ ЮРИСДИКЦИИ ПО СОВЕТСКОМУ ПРАВУ
  6. ОБЯЗАННОСТИ И ПРАВА ПРАВООБЛАДАТЕЛЯ
  7. § 2. Реальность гражданского права Правоотношения и гражданский оборот Виды гражданского права Характеристика современного гражданского права
  8. § 4. Источники гражданского права: правообразующие силы и формы правообразования
  9. Глава II. Избирательные права, правоотношения и ответственность за нарушение избирательного законодательства
  10. §1. Понятие системы права. Правовой институт, отрасль права
  11. § 1. Понятие системы права. Отрасль права, правовой институт
  12. Глава XIX. РЕАЛИЗАЦИЯ НОРМ ПРАВА. ПРАВОМЕРНОЕ ПОВЕДЕНИЕ
  13. Онтологическая природа права. Правовая реальность
  14. Лекция 15 Реализация норм права. Правоприменение
  15. 1. Действие права, правовое воздействие, правовое регулирование
  16. М. В. Антонов СОЦИОЛОГИЯ ПРАВА: РОЖДЕНИЕ НОВОЙ НАУЧНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ
  17. Тема 18. Правомерное поведение, правонарушение, юридическая ответственность
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -