Задать вопрос юристу
 <<
>>

§ 4. Обязательственное право

  А. Договорные обязательства Общие положения. Эпоха Хаммурапи характеризуется довольно развитым договорным правом. Число различных договоров, предусмотренных законом и встречающихся на практике, довольно велико.
Это свидетельствует о сравнительно большом развитии оборота, о существовании товарно-денежных отношений и значительной роли ростовщичества в рабовладельческом обществе Вавилона. Несомненно, мы встречаемся здесь уже с довольно сложными взаимоотношениями и расчетами, иногда с большим числом участников, свидетельствующим о значительном развитии торговых сношений и кредита.
Для заключения договоров не требовалось особой сложной или торжественной формы. Письменная форма, однако, была обязательна в отдельных случаях. При купле-продаже раба требовались присутствие свидетелей, клятва покупателя. Характерной являлась неуклонно проводимая форма письменных документов, весьма сжато, в определенном повторяющемся порядке излагающих сущность сделки. По-видимому, приняты были определенные формуляры деловых документов. В актах купли-продажи, мены, раздела и некоторых других встречались клятвы, которые должны были подтвердить нерушимость сделки и намерение сторон ни в чем от нее не отступать. Клялись обычно местными божествами, но часто к именам богов присоединяли имя царя как богоподобного существа. Кроме того, в составлении документов участвуют свидетели, которые должны удостоверить составление документа. Число свидетелей — два-три, иногда значительно больше. Свидетели, однако, только упоминаются в договорах, но подписей своих на них не ставят. Наряду со свидетелями в документе упоминается также писец, его составлявший. Стороны скрепляли также документы приложением своих печатей.
Договоры, как и все деловые документы Вавилона, писались на глине, которая после написания сушилась на солнце или обжигалась в огне и превращалась в твердую прочную таблетку, многие из которых сохранились в земле до наших дней. Писали на глине грифелем из тростника, вследствие чего шрифт письма приобретал внешность расположенных в различных направлениях клиньев (клинопись). Иногда изготовляли таблетки с конвертом: таблетка заключалась в глиняную оболочку, на которой повторяли ее текст и ставили печати. Этим способом стремились предотвратить документ от подделки: создавались два текста, один из которых оставался недоступным, пока не взламывался конверт.
Ответственность за неисполнение договоров была установлена в различных случаях различная. Первоначально должник, по- видимому, отвечал своей личностью и в случае невыполнения своих обязательств терял свободу. Такая ответственность в эпоху I Вавилонской династии сохранилась лишь в отношении договора займа. В других случаях неисполнение договора влекло чисто имущественную ответственность, иногда, впрочем, весьма тяжелую, выражавшуюся в обязанности возместить ущерб контрагента в трех- и даже в шестикратном размере.
Учитывая особо тяжелую ответственность по договору займа, кредиторы нередко пытались другие договоры (договор личного найма, поклажи и др.) соединить с договором займа. Отдельные договоры, а) Купля-продажа и мена. Дошедшие до нас акты купли-продажи и мены, чаще всего не устанавливая никаких обязательств сторон (как это бывает обычно в договорах), просто фиксируют волю сторон относительно передачи права собственности на вещь.

Передача вещи, по-видимому, сопровождалась символическим возложением палки, о чем делается упоминание в договоре. Этот обряд напоминает об обычаях, которые позднее мы встречаем у римлян с их символическим наложением палочки — vindicta — на спорную вещь.
В качестве предметов купли-продажи фигурируют как движимые вещи (зерно, животные, рабы), так и недвижимые — поля, сады, дома. Встречаются акты купли-продажи детей.
Часто встречаются акты продажи недвижимостей задолжавшими собственниками. Эти недвижимости переходят в руки ростовщиков и спекулянтов, в роли которых нередко выступали служители культа. Так, например, одна жрица, жившая в годы царствования Хаммурапи и его преемника Самсуилуны, оказалась собственницей девяти недвижимых имений. Некие братья Шилли- Иштар и Авил-Или за двадцать лет совершили двадцать пять актов покупки недвижимостей.
Встречаются документы, свидетельствующие о покупке части дома, например, в одном акте времен Иммеруна, царя Сиппара (XXII в. до н. э.) свидетельствуется купля-продажа нижнего этажа дома, в котором помещалась таверна, в то время как верхний этаж оставался в собственности продавца.
Совершали также продажу и обмен доли храмовых доходов, причитавшихся тому или другому лицу. Лицо, которое имело право на получение храмовых доходов в течение какой-либо части года, могло продать, подарить, обменять это свое право.
Для договора купли-продажи наряду с указанием на продаваемый предмет существенным является также указание цены. В актах, относящихся ко времени более раннему, чем эпоха Хаммурапи, это указание нередко отсутствует. В актах эпохи Хаммурапи неуклонно встречается цена продаваемого предмета. Платежи производились не только серебром, но также продуктами сельского хозяйства (зерном, маслом и т. п.). При этом серебро отмеривалось по весу, чеканной монеты не было.
Документы дают возможность составить представление о ценах на землю, дома, рабов, продукты питания и т. п.
Цены законодателем не нормировались. До нас дошла официальная надпись, сделанная в эпоху I Вавилонской династии незадолго до Хаммурапи, с указанием цен на основные продукты потребления. Эти цены не удержались в эпоху Хаммурапи, и мы видим, что шерсть в договорах времен Хаммурапи продается вдвое дороже, а масло даже втрое дороже, чем указано в надписи. Твердый тариф в законе установлен был для продажи вина из фиников в кредит.
Цены на рабов были весьма различны. Они колебались в зависимости от возраста, пола, выучки раба. За рабов платили иногда всего 4—6 сиклей, иногда 51 и даже 57 сиклей, т. е. почти 1 мину. Отмечены сделки, относящиеся еще к XXVI в. до н. э., в которых цена взрослого раба установлена в 20 сиклей (треть мины). Эта же цена фиксирована в законах Хаммурапи для определения суммы, уплачиваемой в возмещение вреда, причиненного смертью раба.
Помимо сделок купли-продажи за наличный расчет встречаются сделки в кредит с отсрочкой платежа за купленную вещь на определенный срок, а также купля-продажа с рассрочкой платежа.
В актах купли-продажи делаются нередко указания на основания, на которых покоится право собственности продавца, иногда в акте ссылаются на ряд предшествующих переходов права собственности. Обычно акты купли-продажи содержат обязательство сторон или, во всяком случае, обязательство продавца не менять своего слова относительно продаваемой вещи. В актах стороны пишут: “Продавец не может сказать: “этот сад мой” или “это мой раб”. Чтобы скрепить принимаемые обязательства, договоры куп- ли-продажи, как и многие другие договоры, сопровождают клятвой. Иногда устанавливается денежный штраф на случай, если кто- либо из сторон вздумает оспаривать сделку.
В договорах купли-продажи встречается иногда оговорка о гарантиях на случай эвикции (т. е. на случай истребования вещи у покупателя третьими лицами). Иногда продавец ручается своей личностью, иногда обещает компенсировать покупателя в случае эвикции материально.
В отношении купли-продажи раба предусмотрены гарантии качества купленного раба. Сделка расторгается, если в течение месячного срока у раба обнаружится болезнь, именуемая в кодексе “бенну” (как предполагают, эпилепсия). В договорах встречается также оговорка о расторжении сделки в случае побега раба. Срок гарантии в этом случае устанавливается самый краткий: три дня или даже один день.
Законами Хаммурапи установлены в отдельных случаях следующие запрещения и ограничения купли-продажи: Воины и чиновники не могли отчуждать земель, предоставленных им царем за их службу. Эти земли, в сущности, составляли государственную собственность и в силу этого не могли быть продаваемы их владельцами. Это были уже знакомые нам земли илку. Равным образом воины и чиновники не имели права продавать быков и овец, полученных ими от царя в том же порядке для обработки предоставленных им земель (ст. 35 и 36). Запрещалась продажа домов илку, т. е. домов, предоставленных государством за службу (ст. 71). По ст. 150 и 171 вдова не могла отчуждать имущество, составляющее ее приданое (шерикту) или подарок мужа (нудунну). Вдова могла пользоваться этим имуществом в интересах своих детей, но лишена была права его продажи. В таком же положения находилось шерикту, которое отец давал своей дочери-жрице: оно не могло быть ни продано, ни обращено в погашение долгов без согласия отца.
б)              Имущественный наем. Кодекс Хаммурапи подробно регламентирует также договор найма, как имущественного, так и личного.
В статьях, регламентирующих имущественный наем, предусматривается аренда (наем) земли, садов, жилищ, повозки, судна, волов, ослов. Практиковалась также отдача внаем рабов.
Договоры аренды земли и садов краткосрочные: нормальный срок — один год. Однако срок аренды сада удлиняется иногда до лет, а именно в тех случаях, когда арендатор берет на себя обязательство приумножить растительность сада новыми насаждениями. На практике этот срок сокращался иногда до трех лет.
Наем полей и садов производился как за определенное, фиксированное заранее вознаграждение, так и под условием передачи собственнику земли части урожая. В первом случае устанавливается твердая арендная плата с каждой единицы площади поля или сада: столько-то гур с гана, столько-то ка с сара[29]. Она может быть также установлена в соответствии с доходами соседнего поля или соседних полей. Встречается, однако, и другая форма расчета: уплата вознаграждения в виде определенной доли урожая, обычно ‘/г или '/з для полей и 2/з для садов. При найме целины обычно первый год и часто даже первые два года арендатор не платит ничего. В последующие годы арендная плата должна была поступать полностью. Арендная плата при всех формах ее исчисления вносилась натурой.
Арендатор не освобождался от уплаты вознаграждения собственнику поля, если он не вырастил на поле хлеба. В этом случае арендатор должен был уплатить собственнику столько же, сколько платил его сосед (ст. 42). Если же он оставлял поле совсем без обработки, то помимо уплаты вознаграждения арендатор должен был обработать поле и в таком виде передать его собственнику (ст. 43). В случае аренды пустующего поля (целины) арендатор должен был взрыхлить и прополоть поле и, кроме того, отмерить собственнику 10 гур хлеба за каждые 10 ган (ст. 44). Аналогичные правила установлены были также для случаев аренды сада (ст. 62—63).
Во всех этих статьях закона обнаруживается некоторая забота о собственниках, отдающих в аренду свои сады и земельные участки. Чьи интересы охранял закон в этих случаях? Возможно, что закон имел в виду обеспечить интересы воинов, которые не всегда могли сами обрабатывать свои земли и вынуждены были сдавать их в аренду.
Следует отметить, однако, что при высоких урожаях, которые давала плодородная вавилонская почва, аренда полей была делом весьма выгодным для арендатора, особенно когда арендная плата устанавливалась в твердых размерах наперед.
Во многих случаях в роли арендаторов выступали люди, обладавшие значительными средствами, которые, арендуя ряд участков, обеспечивали себе тем самым крупные доходы. Наем садов и полей нередко служил, таким образом, средством обогащения имущих людей за счет вавилонской бедноты. Судебник закрепляет эти порядки, выгодные вавилонским рабовладельцам, но вместе с тем, стремясь предотвратить полное разорение земледельцев и садоводов, вводит указанные выше правила, ставившие известный предел аппетитам богачей.
Закон касается также вопроса об ответственности в случае повреждения посевов бурей или наводнением. Последствия различны в зависимости от условий и порядка расчета. Если плата была установлена твердая и она была получена вперед собственником поля, то весь убыток падает на арендатора. Если же плата не была получена или если предполагалось вознаграждение в виде доли урожая, то собственник и арендатор должны были поделить оставшуюся часть урожая сообразно доле каждого, установленной договором.
В форму договора найма облекалось в Вавилоне предоставление права прохода через чужой участок земли. Договоры этого рода обозначают точно границы, в пределах которых допущено право прохода, и фиксируют арендную плату, обычно 2—3 гура зерна или 5 ка масла, если земля частновладельческая, и 15 гур, если земля принадлежит храму. Договоры эти заключаются, как и прочие арендные договоры, сроком на 1 год.
На такой же срок заключались обычно договоры найма жилищ. Как исключение, встречаются этого рода договоры со сроком в шесть месяцев.
В законах Хаммурапи договору найма жилищ посвящена одна статья (78-я). Она гласит: “Если наниматель уплатит вперед собственнику дома всю арендную плату за год, а собственник дома потребует, чтобы наниматель до истечения срока договора покинул жилье, собственник дома лишается всей уплаченной ему арендной платы за то, что он понуждал нанимателя выселиться из дому до окончания срока договора”.
Статьи закона, регулирующие наем движимости, устанавливают, во-первых, таксы наемной платы, во-вторых, в некоторых случаях объем ответственности за гибель или порчу нанятой вещи. Законы содержат таксы за пользование волом (3—4 гура зерна в год), ослом, повозкой, судном. Ответственность нанимателя установлена в отношении найма вола, найма судна. Несомненно, что она распространялась и на другие случаи найма движимых вещей.
Наниматель вола признавался ответственным за гибель вола лишь в том случае, если вол погибал в результате небрежности нанимателя или дурного обращения с ним (от ударов). Если же оказывалось, что вола схватил в поле лев, наниматель освобождался от ответственности (ст. 244). То же относилось к случаю падежа вола без всякой вины со стороны нанимателя (ст. 249). Повреждение вола, по-видимому, влекло ответственность нанимателя также лишь в случае его вины. Закон таксирует эту ответственность. За перелом ноги или повреждение шеи арендатор должен был отдать хозяину вола за вола. За повреждение глаза волу он должен был уплатить половину его стоимости. За менее значительное повреждение он должен был уплатить 'А часть стоимости вола (если наниматель сломает волу рог, оторвет ему хвост или повредит ему ноздри).
Законы Хаммурапи не останавливаются особо на найме рабов, однако дошедшие до нас документы свидетельствуют о распространенности этого рода сделок.
Отдача внаем детей их родителями или младших братьев старшими не являлась отдачей их в рабство. В этих случаях, однако, в силу их несамостоятельного положения в семье домовла- дыка приобретал возможность заключить договор о сдаче внаем их рабочей силы и получить в свою пользу всю причитающуюся за их работу плату.
в)              Личный наем. В Вавилоне практиковался также наем рабочей силы свободных граждан, так что наряду с трудом рабов, который преобладал в вавилонском обществе, применялся также в хозяйстве и наемный труд свободных.
Договор найма свободных составлялся по аналогии с договором найма рабов. Наниматель как бы нанимал работника у него самого, подобно тому, как он в других случаях нанимал раба у рабовладельца. Это свидетельствует о рабовладельческом характере вавилонского общества. По-видимому, первоначально наем распространялся только на людей несвободных — рабов и членов семьи должника, отданных в кабалу, и лишь позднее договор найма стал применяться к свободным людям, вынужденным идти в батраки.
Законы Хаммурапи упоминают о различных категориях ремесленников, свидетельствуя этим о довольно заметном разделении труда и о некотором развитии ремесла в городе: в них говорится о кирпичниках, каменотесах, ткачах, плотниках, кожевниках, судостроителях, каменщиках, судовщиках и т. д. Для целого ряда категорий ремесленников устанавливается такса платы за их труд. Эта такса фактически не соблюдалась, и вместо 9—11 сиклей в год, предусмотренных законом, работники нанимались за 6—7 сиклей в год. Характерно, что сельскохозяйственным рабочим полагалась по закону более высокая заработная плата, чем ремесленникам. Это свидетельствует о более высоком значении сельского хозяйства по сравнению с ремеслом. Однако плата пастуху определена меньше, чем другим работникам сельского хозяйства. Заработная плата уплачивалась серебром, зерном или маслом. В дошедших до нас договорах размер платы работникам определяется в Чг гура, один гур, 1 Чг гура зерна в месяц, в серебре — от 2 до 10 сиклей в год, иногда с присоединением одежды для работника за счет нанимателя.
Законы устанавливают также таксы труда врачей, ветеринаров, строителей домов, судостроителей. Вознаграждение врачу менялось в зависимости от того, была ли оказана услуга авилум, мушкену или рабу.
Оплата труда производилась, как правило, лишь по истечении срока найма. Если нанявшийся прекращал работу раньше срока, он терял право на получение вознаграждения. Встречаются, однако, договоры, содержащие условие о платеже за работу вперед полностью или частично, а также содержащие условие о праве сторон досрочно прекратить действие договора. Однако чаще всего наниматель выговаривал себе право задерживать заработную плату до истечения срока найма, стремясь обеспечить себе рабочие руки на все время действия договора.
Нередко личный наем соединялся с договором займа. Наниматель давал работнику часть заработной платы вперед на условиях займа. Это обеспечивало нанимателю возможность принять против нанявшегося на работу все те меры, какие закон допускал в отношении неисправных должников, т. е. давало ему возможность при неявке на работу в срок обратить работника в кабалу. К такому соединению найма с займом прибегали обычно в тех случаях, когда нанимателю нужно было обеспечить рабочие руки для какой- либо срочной неотложной работы, например для жатвы хлебов.
Нанявшемуся в отдельных случаях доверялись материальные ценности, и закон определяет в связи с этим его ответственность за их сохранность. Так, пастух отвечает за пропажу вверенных ему волов и ослов, возмещая ущерб волом за вола и ослом за осла.
Более того, по закону он отвечает за уменьшение стада или за недостаточный его рост, происшедшие вследствие размеров приплода, не отвечающих условиям договора с пастухом. Пастух отвечает также за украденный и проданный им скот. Украденное он должен возместить в 10-кратном размере. Пастух несет также ответственность за гибель скота от болезни, приключившейся вследствие его небрежности. Однако он освобождается от ответственности, если скот погибнет без всякой вины с его стороны. “Если в загон ударит молния или если лев схватит животное, — гласит закон, — пастух должен поклясться, что он не виноват, и убыток должен будет нести хозяин загона” (ст. 266).
Предусмотрена также ответственность лица, нанявшегося быть смотрителем поля, которому хозяин доверил, по-видимому, весь живой и мертвый инвентарь. Если смотритель использует этот инвентарь для своего поля, он должен отдать весь урожай хозяину инвентаря. Если доверенный ему скот смотритель отдаст кому-либо внаймы или если украдет семена и на поле ничего не вырастет, то он должен уплатить хозяину поля 60 гур зерна за каждый ган поля. Если ему нечем уплатить, он остается отрабатывать долг в качестве пастуха. Если же этот смотритель украдет что-либо из зерна или корма и будет застигнут с поличным, ему отрубают руки.
Предусмотрена также ответственность судовщика, который берется перевезти на судне груз. Если вследствие небрежности судовщика судно и перевозимый груз потонут, судовщик должен возместить полностью весь убыток. Если судно получит течь и сядет на мель, судовщик должен уплатить половину его стоимости.
В законах установлена ответственность врача за хирургическое лечение, причинившее потерю глаза или смерть больного, ответственность ветеринара за смерть вола или осла от операции, ответственность строителя дома за непрочность его сооружения. Если дом обрушится, строитель несет полную ответственность за весь материальный вред и должен восстановить дом за свой счет. Если при этом погибнет собственник дома, строитель предается смерти, а в случае смерти сына домовладельца, по принципу “равным за равное” (талион), предается смерти сын строителя, в случае смерти раба он должен дать раба за раба. Судостроитель также несет ответственность в случае, если судно окажется недостаточно прочным и потерпит аварию в первый же год плавания: судостроитель должен разобрать это судно и сделать новое прочное судно за свой счет.
г)              Заем. Много статей в кодексе Хаммурапи посвящено договору займа. Этот договор находил себе весьма широкое применение в Вавилоне времен I династии. Ростовщичество в этот период расцвело в стране пышным цветом, вызывая в качестве своих последствий полное разорение задолжавших крестьян и их обращение в рабство. До законов Хаммурапи неоплатные должники попадали пожизненно в долговую кабалу, так что разорившиеся бедняки быстро теряли свою свободу. Это явление угрожало устойчивости вавилонского рабовладельческого государства: оно ослабляло обороноспособность страны, уменьшая кадры свободных граждан, способных заполнять ряды войска, и создавало в стране значительное число рабов-вавилонян, способных легко войти в контакт с недовольными из числа свободной бедноты Вавилона и потому особенно опасных для вавилонского рабовладельческого государства.
Законодательство Хаммурапи проникнуто поэтому стремлением умерить аппетиты ростовщиков, облегчить, по возможности, положение должника, приостановить рост долгового рабства.
Если раньше должник, неспособный своевременно уплатить свой долг, превращался на всю свою жизнь в раба, то теперь законы Хаммурапи уничтожают пожизненную кабалу и устанавливают трехлетний срок для отработки любого долга. Статья 117, имевшая, несомненно, огромное значение, гласит: “Если кто-нибудь имел на себе долг и продал за деньги или отдал в долговую кабалу свою жену, своего сына или свою дочь, то они должны служить в доме их покупателя или кредитора (только) три года; на четвертый год они будут отпущены на свободу”. Статья не говорит ничего о самом должнике; но, конечно, и сам должник, если он шел в кабалу для отработки своего долга, не должен был работать дольше трех лет. Аналогичное положение содержится в древнееврейских законах, где должник признавался свободным по истечении шести лет долговой кабалы.
Закон защищает также должника и членов его семьи, вынужденных отрабатывать долг, от жестокого обращения кредитора. Статья 116 постановляет, что если взятый в залог умрет в доме взявшего в залог от побоев или дурного обращения, то если взятый в залог был сыном свободного, должно предать смерти сына кредитора, а если он — раб, кредитор должен уплатить треть мины серебра и, кроме того, теряет все данное им взаймы.
Законы Хаммурапи защищают, далее, должника от самоуправных захватов его имущества кредитором. Кредитор не вправе без согласия должника взять хлеб из его житницы или кладовой
и,              если он это сделает, должен вернуть весь взятый хлеб и теряет все данное им взаймы (ст. 113).
Законы предоставляют льготы должникам, пострадавшим от бури, наводнения или недостатка воды. Должник, которого в силу указанных причин постиг неурожай, получает отсрочку долга и освобождается от платежа процентов за этот год. Должник, как гласит закон, “не отдаст в этом году хлеб заимодавцу и может смочить свой документ[30], он не обязан отдавать и проценты за этот год” (ст. 48).
Несомненно, большой льготой для должника являлось также положение, изложенное в ст. 96, о том, что должник, получивший взаймы зерно или деньги, если у него нет зерна и денег для расплаты с кредитором, может погасить свой долг любым имуществом, каким он только располагает. Аналогично этому в отношении процентов по денежному займу предусмотрено, что проценты могут быть уплачены не только деньгами, но и зерном. Должник, теснимый кредитором, может предложить ему в погашение долга также плоды своего сада (финики, как сказано в ст. 66 кодекса). Если кредитор — “тамкар” не согласится на то, чтобы взять все финики, какие окажутся в саду, должник может взять финики себе, рассчитаться с кредитором в точности по условиям договора и все, что останется от фиников, взять себе.
Законы Хаммурапи содержат также положения, направленные к тому, чтобы предупредить злоупотребления ростовщиков при выдаче серебра и зерна взаймы и при обратном получении данного взаймы. Если ростовщик дает при займе под проценты деньги в меньшем количестве, или отмерит зерно меньшей мерой, или, наоборот, при погашении долга взыщет больше денег или будет мерить зерно большей мерой, он лишается всего, что было дано им взаймы. По-видимому, существовал контроль за отвешиванием денег и зерна, который осуществлялся при выдаче взаймы денег и зерна. По крайней мере, объявляется, что ростовщик, который предоставил взаймы деньги или зерно в такой день, когда не функционировал контроль, лишается всего, что было дано им взаймы (ст. 95).
Размер процентов по займу был велик. Закон устанавливает в качестве максимального следующий размер процентов: для зерна 33 */з, (100 ка на 1 гур зерна)[31], а для денег — 20% (за 1 сикль серебра '/б часть + 6 ше), т. е. 36 ше[32]. Превышение этих процентов грозило кредитору потерей всего, что было дано им взаймы.
Ростовщики, по-видимому, обходили этот законный максимум и пытались взыскать с должника более высокий процент, чем было дозволено законом. Судебник Хаммурапи стремится пресечь попытки ростовщиков обойти законный максимум процентов. Так, предусматривается случай, когда ростовщик отрицает получение им процентов и таким образом добивается вторичного их получения (ст. 92). Закон касается и других способов, которые практиковались в целях увеличения нормы процентов (частичный платеж, при котором кредитор не выдал должнику расписки в получении денег и таким образом обеспечил себе возможность требовать вторично уже уплаченную сумму, а также проценты на всю сумму займа; частичный платеж, после которого кредитор приписывал в новом документе проценты к капиталу и этим заставлял должника платить проценты на проценты) (ст. 93). Проценты на проценты в общей форме не воспрещались, но они признавались недопустимыми, если их платеж обманным образом возлагался на должника. Во всех указанных выше случаях обманных действий кредитора последний должен был в двойном размере вернуть все им неосновательно полученное.
Нередко долг обеспечивался залогом. Какая-либо часть имущества должника (его поле, сад, его раб и т. д.) или все его имущество должны были гарантировать исправное выполнение должником его обязательств. Если должник не возвращал в срок долга, кредитор мог удовлетворить свое требование от доходов с заложенного имущества или от его продажи.
Кодекс Хаммурапи, регулируя залог, пытался предотвратить разорение должника и стремился защитить его от насилий и злоупотреблений ростовщиков. В этом духе составлены статьи кодекса, предусматривающие залог поля: законодатель хочет предотвратить захват кредитором урожая с заложенного поля в количестве, превышающем долг. Статья 49 гласит: “Если кто-нибудь взял взаймы деньги у тамкара и отдал ему годное для обработки хлебное или сезамное поле, сказав ему “возделай поле, собери хлеб или сезам, который на нем, и возьми его себе”, и если тамкар вырастит на поле хлеб или сезам, то хлеб и сезам, который на поле, должен во время жатвы взять хозяин поля и отдать тамкару за деньги, взятые у него, с процентами на них, и за издержки тамкара по обработке поля”. Статья 50 устанавливает такое же правило в отношении поля, уже обработанного должником.
Далее, закон разрешает должнику, отдавшему поле в залог, уплатить долг и проценты не деньгами, а зерном или сезамом. Законодатель хочет этим предупредить поспешную и в силу этого невыгодную продажу зерна должником для расплаты с кредитором.
д)              Поклажа. В законах Хаммурапи предусмотрен также договор хранения вещей, или поклажа. На хранение отдавали деньги, зерно, финики, рабов, металлы, документы. Договор хранения вещей должен был заключаться при свидетелях, в противном случае отдавший вещь на хранение не мог предъявить иск в суде.
Полагалась ли плата за хранение или же этот договор был безвозмездным, подобным римскому depositum? Известный историк права Кюк (Cuq) в “Исследованиях по вавилонскому праву (Etudes sur le droit babylonien, Paris, 1929)” высказывается в том смысле, что договор хранения в Вавилоне был безвозмездным. Этот вывод основан на предположении, что ст. 120 и 121, посвященные хранению зерна и предусматривающие вознаграждение за него, говорят о найме, а не о поклаже. Однако Кошакер (Koschaker), Крю- велье (Cruveilhier) и др. считают, что ст. 120—121, как и последующие статьи, говорят о договоре хранения зерна. Если согласиться с ними, то необходимо будет отклонить предположение Кюка о безвозмездности договора хранения.
За хранение зерна в ст. 121 установлено вознаграждение 4 ка в год на 1 гур зерна (1,66%). За недостачу зерна принявший на хранение обязан возместить собственнику двойное количество зерна. Такая же ответственность предусмотрена и в том случае, когда принявший на хранение какие-либо вещи отрицает их получение: он обязан уплатить их стоимость в двойном размере. Аналогичное положение содержится также в древнейшем римском праве (законы XII таблиц).
По законам Хаммурапи принявший на хранение вещь отвечает перед собственником вещи за пропажу вещи, происшедшую вследствие кражи, хотя бы она была украдена вместе с вещами хозяина. В этом случае он уплачивает стоимость украденной вещи, а сам получает право отыскать и истребовать вещь у вора (ст. 125). За неосновательное требование вещи, которая не была вовсе дана на хранение, виновный в предъявлении такого требования платит двойную стоимость этой вещи (ст. 126). Принявший на хранение раба, как видно из документов, отвечает в случае бегства раба, но не отвечает в случае его смерти, хотя, вероятно, в отдельных случаях наступала ответственность и за смерть раба.
Особая разновидность поклажи предусмотрена ст. 112 кодекса, а именно случай, когда путешественник, находясь в пути, дает кому-либо на хранение деньги, золото, драгоценные камни или другие вещи с тем, чтобы взявший вещи доставил их в условленное место. Если в этом случае лицо, которому доверили вещи, присваивает их себе, оно должно уплатить пятикратную стоимость того, что ему было вверено.
Впрочем, этот договор, хотя и включает в себя элементы договора хранения вещей, представляет, однако, много своеобразного и скорее должен рассматриваться как договор поручения (см. ниже), т. е. договор, в силу которого одна сторона обязуется совершить за счет и от имени другой стороны порученные ей действия.
Другую разновидность хранения вещей представляло собой такое хранение, при котором лицо, принявшее вещи на хранение, должно было возвратить не те же самые вещи, а другие вещи, составляющие полный эквивалент того, что было сдано на хранение. Такая форма хранения, разумеется, возможна лишь относительно вещей, которые могут быть определены родовыми признаками, таких, как серебро, золото, зерно, финики и т. п. Договор этот в известном отношении приближается к договору займа, так как и здесь, как и при договоре займа, вещи, передаваемые одной стороной, переходят в собственность другой. В Риме эта разновидность договора хранения получила наименование depositum irregulare.
е)              Поручение. В силу договора поручения одна сторона обязуется что-либо купить или продать, нанять, дать взаймы и т. д. за счет и от имени другой. В кодексе Хаммурапи, по крайней мере в той его части, которая дошла до нас, нет ни одной статьи, посвященной договору поручения. Однако некоторые документы свидетельствуют о том, что договор этот был известен древневавилонскому праву. Даются поручения выдать кому-либо зерно за счет того, кто дает поручение, доставить зерно в святилище, доставить в назначенное место урожай с поля и т. п.
Лицо, принявшее поручение, должно было дать отчет в выполнении возложенного на него поручения. По крайней мере, из документов видно, что при поручении раздобыть кредит, продать вещь и т. п. принявший поручение извещал о результатах своих усилий. Дающий поручение иногда старался предотвратить возможные злоупотребления своего контрагента и в этих целях давал ему деньги, необходимые для выполнения поручения, на условиях займа, открывая этим возможность для себя энергично воздействовать на неисправного контрагента.
ж)              Договор товарищества. Ниппурская таблетка, найденная Пенсильванским университетом и опубликованная в 1914 г., дает возможность установить, что в кодексе Хаммурапи содержались статьи, посвященные договору товарищества. Однако полностью дошла, к сожалению, лишь одна ст. 99, трактующая о порядке распределения прибылей и убытков между членами товарищества. Эта статья гласит: “Если кто-либо дал другому деньги на началах товарищества (“таппутум”), они должны перед богами разделить поровну прибыли или убытки, какие окажутся”.
Договор товарищества, как видно из дошедших до нас документов, заключался для различных целей, например, для совместного предоставления займа, для совместной покупки животного (вола, овцы и т. п.).
Перед третьими лицами каждый товарищ отвечал полностью, если другой товарищ не выполнял обязательства в своей доле.
Товарищи могли вместо денег в качестве вклада предоставить свои услуги, даже свой кредит, т. е. возможность получить взаймы деньги, необходимые для предприятия. Так, в одной таблетке, относящейся к I Вавилонской династии (примерно, лет на 100 позже времен Хаммурапи) изложены условия договора товарищества, заключенного между собой четырьмя лицами, из которых лишь одно дает деньги, необходимые для предприятия (покупка золотого предмета для перепродажи). Из остальных участников одно лицо является участником товарищества в качестве инициатора и организатора всего предприятия, а два других участвуют в нем за то, что разыскали необходимые для дела средства.
Так как прибыли и убытки распределяются между товарищами поровну (ст. 99), то, по-видимому, предполагалось, что взносы товарищей равны по своей ценности. Распределение прибылей и убытков происходило “перед богами”, т. е. в храме. Очевидно, свои расчеты стороны подтверждали клятвами при отсутствии других доказательств.
з)              Договор тамкара с шамаллу. Своеобразные договорные отношения устанавливались между денежными людьми Вавилона — тамкарами и торговыми агентами — шамаллу, особенно в тех случаях, когда последние предпринимали поездки для торговых целей. Эти договоры нельзя отождествлять с договорами займа, хотя некоторые черты сходства с займом можно было бы подметить. Мне кажется, их нельзя также, как это делает Кюк, отождествлять с договорами товарищества, так как расчеты сторон по этим договорам явно расходятся с теми, которые установлены для договора товарищества ст. 99 кодекса. Более всего они напоминают комиссионный договор, однако содержат много своеобразного, и поэтому правильнее всего, не подводя их ни под какую рубрику, известную нам из других систем права, рассматривать эти договоры как особую своеобразную разновидность договоров.
В кодексе Хаммурапи, в сущности, предусмотрено два вида договоров тамкара с шамаллу: один вид — тот, при котором там- кар дает шамаллу деньги для путешествия с торговыми целями (ст. 100), другой — тот, при котором тамкар дает шамаллу для продажи зерно, шерсть, масло и другие товары (ст. 104).
В первом случае шамаллу, получивший деньги для торговых операций, должен был при наличии прибыли от его операций уплатить проценты на капитал, который он получил от тамкара, и поделиться с ним полученной прибылью, учтя расходы за время своего пребывания в пути. Если он не приобретал никакой прибыли в итоге своего путешествия, он должен был вернуть в двойном размере деньги, которые он получил от тамкара (ст. 101). Из этого постановления кодекса видно, насколько решительно охранял законодатель интересы имущих людей Вавилона — рабовладельцев- тамкаров. Если шамаллу возвращался без прибыли, он должен был вознаградить полностью тамкара за свою неудачу независимо от того, был ли он виновен или нет в неблагоприятном исходе торговой операции.
Он освобождался от обязанности возвратить капитал вдвойне лишь в том случае, если тамкар давал ему капитал без процентов. Но он должен был в этом случае вернуть капитал полностью, даже если он потерпел убыток от каких-либо случайных обстоятельств (ст. 102). Он не должен был, однако, ничего возвращать тамкару в том единственном случае, когда он был ограблен в дороге врагом и потерял все, что имел с собой. В этом случае он должен был принести очистительную присягу, после чего признавался свободным от всякой ответственности перед тамкаром.
Следует отметить, что помимо денег для торговых целей тамкар брал на себя расходы по снаряжению в путь шамаллу и по его продовольствию в пути. Таков был обычай, установившийся еще со времен У рекой династии и сохранившийся при I Вавилонской династии, как видно из документов этих времен.
О расчетах сторон в том случае, когда по договору передавались не деньги, а товары, закон почти ничего не говорит. В этом случае, по-видимому, шамаллу уже не пускался в путь; товары, полученные им от тамкара, продавались, очевидно, тут же на месте. Поэтому ему уже не нужно было вычитать из барышей расходы по путешествию, как это делал шамаллу при получении от тамкара денег. Закон требует, чтобы шамаллу, получивший товары и уплативший за них деньги, взял у тамкара расписку в получении денег. Благоприятствуя всячески влиятельной группе рабовладельцев — тамкарам, закон постановляет, что деньги, уплаченные шамаллу за товары, не могут быть приняты во внимание при расчете сторон, если шамаллу не взял у тамкара расписки.
Если шамаллу, получив деньги у тамкара, отрицал впоследствии их получение, то по изобличении его тамкаром “перед богом и свидетелями” в получении денег шамаллу должен был вернуть тамкару все взятое им в тройном размере. Если, наоборот, шамаллу возвращал все данное ему тамкаром, а тамкар отрицал получение им денег от шамаллу, то по изобличении тамкара “перед богом и свидетелями” он должен был вернуть шамаллу все полученное от него в шестикратном размере.
Б. Обязательства из причинения вреда
По законам Хаммурапи причинение вреда имуществу или здоровью другого лица влекло за собой в некоторых случаях обязательство возместить причиненный вред. Таким образом, обязательства возникали не только из договоров и из постановлений закона, но и из факта причинения ущерба другому лицу.
Сюда относятся следующие случаи:
а)              Статьи 53—55 предусматривают обязательство возместить ущерб, причиненный небрежным отношением к ирригационным сооружениям. Статья 53 гласит: “Если кто-нибудь поленился укрепить свою плотину и вследствие того, что плотина не была укреплена им, в его плотине произошел прорыв и он водою дал смыть полевой участок, то тот, в плотине которого произошел прорыв, должен возместить уничтоженный им хлеб”. Если он не в состоянии возместить хлеб, то продают его и его имущество за деньги и их делят между собою хозяева полевых участков, хлеб которых был смыт водой (ст. 54). Такая же ответственность наступает в том случае, если кто-нибудь открыл свой водоем для орошения и по небрежности допустил, что вода смыла соседнее поле. В этом случае виновный обязан отмерить хлеб сообразно с урожаем у своего соседа. Если смыто обработанное поле, то он должен отмерить ему 10 гур хлеба за каждый ган.

б)              Установлена была также ответственность пастуха, который допустил, что скот пасся на чужом поле без согласия хозяина поля. Он должен был отдать собственнику поля 20 гур хлеба за ган земли. Если пастух выгнал скот на поле после того, как скот был выведен с поля и заперт в городе в загоне (очевидно, с наступлением определенного времени года), пастух должен был охранять до жатвы поле, на котором он пас скот, и во время жатвы отмерить хозяину поля 60 гур зерна с гана. Штраф в этом случае втрое больше, чем в первом, вследствие большей тяжести проступка (ст. 57 и 58)[33].
в)              Предусмотрена была также ответственность за порубку дерева в чужом саду. Виновный обязан был уплатить за порубку полмины серебра (ст. 59).
г)              К обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда, следует отнести также предусмотренное в ст. 240 обязательство судовладельца, который, направляясь со своим судном вверх по реке и, столкнувшись с судном, направлявшимся вниз и влекомым течением, потопил последнее. Собственник потопленного судна должен был клятвою подтвердить стоимость потерянного им вместе с судном, и владелец другого судна обязан был возместить ему стоимость всего погибшего.
д)              Наконец, к числу этого же рода обязательств следует отнести обязательство уплатить за лечение в случае неосторожного ранения в драке (ст. 206), обязательство уплатить стоимость раба или рабыни (20 сиклей) в случае нечаянного их убийства (ст. 208, 214) или в том случае, если раба заколет бык вследствие непринятия необходимых мер его хозяином (ст. 251). 
<< | >>
Источник: В. А. Томсинов. Всеобщая история государства и права .Том 1. 2011 {original}

Еще по теме § 4. Обязательственное право:

  1. Глава первая ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОЕ ПРАВО И ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ
  2. 2.4. Гражданское право - обязательственное право. Общее учение об обязательствах и договорах
  3. РУССКОЕ ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО ВЫПУСК II ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОЕ, СЕМЕЙНОЕ И НАСЛЕДСТВЕННОЕ ПРАВО
  4. Глава VI ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОЕ ПРАВО
  5. § 182. Обязательственная право- и дееспособность
  6. Лекция 15 ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОЕ ПРАВО
  7. § 8. Обязательственное право
  8. § 4. Обязательственное право
  9. Глава 13. ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОЕ ПРАВО
  10. О. С. Иоффе.. Обязательственное право, 1975
  11. ЧАСТЬ III ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОЕ ПРАВО
  12. ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ Обязательственное право
  13. ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОЕ ПРАВО В СФЕРЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА
  14. Тема 12 Обязательственное право (общее учение об обязательствах)
  15. Гавзе Ф. И.. Обязательственное право (общие положения). Минск, Изд. БГУ им. В. И. Ленина. 128 с, 1968
  16. В) Совокупные обязательственные отношения § 189. Раздельные совокупные обязательственные отношения
  17. § 180. Понятие обязательственного права
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология -