<<
>>

Ломоносов

Скоро сам узнаешь в школе, как архангельский мужик по своей и Ножьей воле стал разумен и велик», — каждый из нас со школьной марты помнит эти некрасовские строки. Величие Ломоносова сродни тму, что видится не вблизи, современниками, а на расстоянии — потомками.
Значение «первого русского ученого» для науки и для отечественного просвещения стало открываться лишь спустя десятилетии. «Ломоносов был великий человек. Между Петром I и Екатериною II он один является самобытным сподвижником просвещения. ()и создал первый университет; он, лучше сказать, сам был первым университетом», — писал об ученом и поэте А.С. Пушкин. Как и всякий первопроходец, Ломоносов был вынужден браться с разу за множество дел, погружаться в самые разнообразные отрасли знания. Образ Ломоносова освещается и его горячим патриотизмом, же- иапием видеть свою родину великой не только просторами, богатствами недр или количеством населения, но и просвещенностью русских людей. Его призыв к российскому юношеству доказать своим усердием, «что может собственных Платонов и быстрых разумом Иевтонов Российская земля рождать», — сегодня звучат в гимне Московского университета — великого детища великого ученого и гражданина. И сейчас, в год 300-летия со дня рождения М.В. Ломоносова, когда представители разных наук с благодарностью вспоминают его ученые труды, свое благодарственное слово великому ученому и гражданину надлежит сказать и отечественной юридической науке. Иклад ученого в эту область знаний до сих пор мало известен. То об стоятельство, что празднование трехвекового юбилея совпало еще с двумя крупнейшими датами в истории нашего народа — 150-летием отмены крепостного права и 100-летием принятия столыпинского закона о землеустройстве, — повод обратиться к замечательным мыслям ученого об организации общественной жизни и государственной деятельности. Сто лет назад, когда Россия отмечала 200-летие рождения Ломоносова ученый-административист И.К.
Сухоплюев в юбилейном «Ломоносовском сборнике» поместил статью, в которой рассмотрел его взгляды на политику народонаселения137. На вклад Ломоносова в науку полицейского или административного права Сухоплюев обратил внимание первым, еще в 1907 г., готовясь к профессорскому званию по соответствующей кафедре в Московском университете. Следует заметить, что современная наука административного права по своему содержанию и преподаванию существенно отличается от науки XVII-XIX столетий. Сегодня административисты сосредотачивают внимание в основном на регулировании правового положения участников общественных отношений, возникающих в процессе государственного управления как разновидности социального управления. В этом суховатом обезличенном определении едва ли можно усмотреть то богатое и увлекательное содержание, которое признавалось у нас за этой отраслью права и научного знания всего одно столетие назад. Прежняя наука административного, или, точнее, полицейского, права была содержательно и идейно гораздо богаче, поскольку предметом ее изучения были нормы, определяющие задачи, формы и границы полицейской деятельности государства, под которой понималась разносторонняя деятельность правительства по обеспечению внутренней безопасности, содействию народному благосостоянию и достижению общего блага. Такое понимание оставалось доктринальным вплоть до 1917 года. «Содержание полицейского права составляет изучение тех сторон государственной и общественной деятельности, которые направлены к развитию материальных и духовных сил общества и относятся к трем группам задач. Первая из них касается различных сторон хозяйственной жизни государства (промышленности добывающей, обрабатывающей, торговой), вто- рай — имеет своею целью содействие духовно-интеллектуальному развитию населения (народное образование, общее и техническое, профессиональное), а третья — обнимает собою обеспечение тех иажных условий общежития, которые принято обозначать термином «полиция безопасности»... В широком научном значении понятие это обнимает собою совокупность тех мер и средств, которыми it определенной области жизненных явлений государство и общество пользуются для обеспечения и развития культурных интересов насе- пеиия и устойчивости правопорядка»138, — сказано в объяснительной записке министра внутренних дел Н.А.
Маклакова к законопроекту о реформе полиции 1913 г. Научная разработка вопросов внутреннего государственного управления (термин выдающегося немецкого ученого XIX века II. фон Штейна), которое охватывает своим попечением все стороны общественной и частной жизни, относится к началу XVIII века. Правда, в это время такая деятельность государства, получившая название «полицейской» (от греч. «полис» — государство, город), рассматривалась учеными, скорее, не с правовой, а с философско- исторической точки зрения. Большое значение этого периода и развитии данной юридической науки удачно подчеркнул видный дореволюционный ученый-полицеист профессор Московского университета И.Т. Тарасов. «Из философской науки о полиции выработалась юридическая наука полицейского права, а последняя уступила свое место науке административного права, в которой полиция как учреждение составляет лишь часть большего целого, т.е. администрации»139, — говорил он в лекциях студентам. Под влиянием философии эвдемонизма, в центре которой стоит понимание счастья как цели человеческой жизни, полицеисты исследовали способы, которыми государственная власть может обеспечить общее благо. Крупнейшим деятелем в рамках этого направления в этике был выдающийся немецкий философ, ученый, математик и юрист Христиан Вольф (1679-1754). Даже в известном ‘(Трактате о полиции» французского автора Н. де ла Мара полицейская деятельность государства рассматривалась «с чисто философской точки зрения, исходя из понятия о народном благосостоянии, и об общем благополучии, об общем благе, — понятии тщательно раз работанном философской школой эвдемонистов, наиболее видным представителем которой был Христиан Вольф»140. Полицию дела Ма- аре понимал как хороший порядок, от которого зависит счастье государств141. Именно к нему в Марбургский университет в 1735 г. и отправился 25-летний М.В. Ломоносов. Здесь, в Марбурге, на лекциях профессора Вольфа, Ломоносов познакомился с идеями не только естественных наук, но, что не менее важно, философии, политики, права, науки о внутреннем управлении и учением о естественном праве, а высказанные им впоследствии, хотя и не в систематической форме идеи, позволили И.К.
Сухоплюеву отнести Ломоносова к первым русским полицеистам (сегодня бы мы сказали — администрати- вистам). Энциклопедически образованному Христиану Вольфу не принадлежит честь крупных открытий в философии. Его заслуга состоит в систематизации метода философии, а точнее, важнейших моментов философии Лейбница, с которым Вольф был знаком лично и поддерживал переписку. Строго придерживаясь в преподавании философии математического метода, профессор Вольф тем самым не только способствовал упорядочению философских идей, ясности изложения, но и дисциплинировал умы студентов. На исходе жизни и научной карьеры он занимал кафедру профессора естественного и международного права в университете в Галле. Взгляды Ломоносова на политику народонаселения как важнейший элемент науки о внутреннем управлении или науки полицейского (административного) права изложены в его письме И.И. Шувалову от 1 ноября 1761 года142. В нем 50-летний ученый в духе эвдемонистической философии рисует проект сохранения и размножения русского населения. «Демографический» вопрос в 18-м в. был одним из наиболее жгучих. Им интересовались и ученые, и государи. О нем же Ломоносов посчитал необходимым напомнить крупному государственному деятелю, куратору Московского университета в день его рождения. По собственному признанию ученого, записанные им в разное время мысли, направленные к «приращению общей пользы», могли iii.i быть систематизированы в следующие «главы»: 1) о размноже- кии и сохранении российского народа, 2) об истреблении праздно- < i n. 3) об исправлении нравов и о большем просвещении народа, I) об исправлении земледелия, 5) об исправлении и размножении ремесленных дел и художеств, 6) о лучших пользах купечества, /) о лучшей государственной экономии, 8) о сохранении военного искусства во времени долговременного мира. Если взять авторитетные курсы полицейского (административного) права 2-й полоши ил 19-го — начала 20-го в. (напр., курсы И.Х. Бунге, И.Т. Тара- иша, В.В. Ивановского, В.Ф. Дерюжинского, А.И.
Елистратова), то уиидим значительное сходство обозначенных Ломоносовым глав с пшичными разделами особенной части этой отрасли права. Отме- гим, что в первой русской научной работе по полицейскому праву шицего характера — диссертационном сочинении адъюнкта по кафедре законов государственного благоустройства и благочиния < Петербургского университета Н. Рождественского первые два ршдела посвящены именно поднятой почти за столетие до этого 1гме и озаглавлены «Попечение Правительства о народонаселении» и «Меры Правительства к сохранению жизни и здравия народа»143. 11а конец, намеченный Ломоносовым ряд тем совпадает и с объемом науки полицейского права, обозначенным в цитированном выше представлении министра внутренних дел 1913 года. В письме Шувалову Ломоносов остановился, правда, лишь на первом вопросе. Для юристов здесь примечательно именно то, что ученый призвал отменить те законы и обычаи, которые, по его мнению, способствуют убийствам и самоубийствам, уменьшающим народонаселение. Среди предложенных Ломоносовым мер к решению «демографического вопроса» были следующие: 1) устранить практику бра- кон между лицами с большой разницей в возрасте, 2) не допускать ьраки, заключаемые не по доброй воле, 3) отменить церковный запрет на вступление в брак более трех раз как не установленный все- пепскими соборами, 4) отказаться от обычая принудительного постижения в монахи молодых овдовевших священников и вообще запретить вступать в монашество мужчинам до 50, а женщинам до 45 нет, 5) открыть сеть детских приютов для внебрачных детей, остав- н немых матерями, — для предотвращения абортов и убийств новорожденных («богадельные домы для невозбранного зазорных детей приема»), 6) для борьбы с детскими болезнями издать на русском языке популярное пособие по «повивальному искусству», основанное на проверенном опыте и данных науки, распространить его по всему государству, а также обеспечить доступность лекарств и лечения («у нас с аптеками так скудно...»), 7) запретить основанную на суеверии практику священников крестить младенцев прямо в холодной или даже в ледяной воде, 8) скорее отказаться от неумеренности и распущенности, от обжорства и пьянства, особенно недостойных накануне и после церковных постов («там лежат без памяти отягченные объедением и пьянством, там валяются обнаженные и блудом утомленные недавние строгие постники...»), 9) взамен вредного самолечения и знахарства организовать врачебную помощь на началах медицинской науки, подготовив для этого необходимое количество российских докторов и фармацевтов, 10) устроить планомерную борьбу со стихийными бедствиями — эпидемиями, эпизоотиями, пожарами, замерзанием, наводнениями (напр., «запретив, чтобы при великих реках на низких местах, вешней особливо воде подверженных, никаких жилищ не было»), 11) принять меры для борьбы с преступниками, особенно убийцами, препятствовать возможностям сбыта краденного и обеспечить постоянный учет пришлых лиц, пребывающих в городах временно, 12) препятствовать эмиграции российских подданных — за границу или в отдаленные области внутри страны, 13) поощрять иммиграцию в Россию и поселение в ней иностранцев.
За кажущейся некоторой экстравагантностью высказанных предложений для государственной деятельности следует видеть, прежде всего, общую идею, тогда как конкретные способы проведения в жизнь которой могут варьироваться от эпохи к эпохе в зависимости от достигнутого уровня развития и культурных и материальных условий. Мысль Ломоносова, которой проникнуто письмо Шувалову, как никогда актуальна сегодня. «Начало сего полагаю самым главным делом: сохранением и размножением российского народа, в чем состоит величество, могущество и богатство всего государства, а не в обширности тщетной без обитателей»г. Идеи Ломоносова не остались только на бумаге. Всего через несколько лет Екатерина II, обращаясь со своим знаменитым «Наказом» к Уложенной комиссии, к этому фактически последнему нашему земскому собору, посвятила целую главу (гл. XII) вопросу «о размножении народа в государстве». Ею же было предписано расторгать браки «малолетних отроков с взрослыми девицами». Практическое воплощение некоторые другие предложенные II омоносовым мероприятия находят лишь со второй половины ЧIX века, когда достигнутый уровень материального благосостояния Российской империи позволил сделать новые крупные шаги вперед и области улучшения условий народного быта. Так, правительством и иеземских губерниях была организована бесплатная сельская медицина (в земских губерниях и в городах это было возложено на ор- гш1м местного самоуправления)1. В конце XIX века в губерниях Кишской, Волынской, Подольской, в Сибири и в Средней Азии были учреждены бесплатные лечебницы и бесплатные лекарства для сель- I кого населения. Уезды (округа) были разделены на участки, в каждый участок был назначен участковый врач. Под его наблюдением и участке действовали лечебница или приемный покой. В уездах и округах Закавказья правительство содержало сельских врачей, фельдшеров, повивальных бабок, больницы и фельдшерские пун- ICTI.1 с аптеками для бесплатного пользования населения и бесплатной выдачи лекарств. Через год после публикации статьи И.К. Сухоплюева, открывшей дня научной общественности России вышеизложенный проект Ломоносова, была учреждена правительственная комиссия по пересмотру врачебно-санитарного законодательства под председательством академика Г.Е. Рейна (1912), из которой вышел ряд замечательных проектов, в том числе: об обеспечении населения общедоступною ирачебною помощью, о санитарной охране воздуха, воды и почвы, о санитарной охране жилищ, о мерах предупреждения заразных бо- ис:шей и борьбы с ними, об охране материнства, младенчества и детства, о распространении сведений по здравоохранению, об обеспечении доброкачественности пищевых и вкусовых продуктов и напитков и др. Еще через год под покровительством Императрицы Александры Федоровны было создано Всероссийское попечительство по охране материнства и младенчества, а также специальный научный Институт по изучению детских болезней (1913). «Наблюдаемая в Империи высокая смертность и болезненность детей, особенно в младенческом возрасте, наносит неисчислимый вред государству, уменьшая население количественно и ослабляя его физические качества. Глубоко прискорбное явление это тем настойчивее останавливает H;I себе внимание наше, что оно в значительной мере зависит от обсто ятельств, к устранению коих призваны разум и воля человеческие. Слабое развитие здравых понятий и правильных навыков в деле ухода за младенцами и их питания, отсутствие необходимой помощи матерям и рождаемым суть, по свидетельству опыта, главные причины ежегодной гибели многих младенцев... В сознании сего при знали мы за благо в целях привлечения общественных сил к более деятельной борьбе с болезненностью и смертностью детей и дабы придать сей борьбе планомерность и надлежащее единство учредить Всероссийское попечительство об охране материнства и младенчества», — в этих словах Указа императора Николая II невозможно не уловить созвучия с предложением Ломоносова по государственной политике распространения сведений об уходе за младенцами и роженицами. «Следуют сему младенческие болезни, изнуряющие и в смертные челюсти повергающие начинающуюся жизнь человеческую, из которых первое и всех лютейшее мучение есть самое рождение... Для умаления толь великого зла советую в действие произвести следующее: 1) выбрать хорошие книжки о повивальном искусстве и, самую лучшую положив за основание, сочинить наставление на российском языке»144. В годы Первой мировой войны общегосударственные благотворительные организации — Ведомство учреждений императрицы Марии, Всероссийское попечительство по охране материнства и младенчества и др. организовали «летучую» помощь крестьянкам — роженицам и имеющим грудных младенцев. Помощь заключалась в своевременной подаче консультаций специально подготовленными людьми на дому, предоставлением необходимой литературы и медикаментов. А в 1916 году правительством был подготовлен законопроект о распространении сведений по здравоохранению, предполагающий в том числе введение обязательного изучения гигиены во всех средних учебных заведениях. Следующим шагом в деле сохранения физического и нравственного здоровья российского народонаселения, о котором писал Ломоносов, стала борьба с народным пьянством. Вскоре после начала Первой мировой войны, 27 сентября 1914 г., Николай II утвердил положение Совета министров, имевшее силу закона и предоставившее органам местного самоуправления принимать решения о прекращении на подведомственных им территориях продажи «крепких напитков»1. Это благодетельный перелом в русской жизни председа- II' мь Совета министров И.Л. Горемыкин справедливо охарактеризо- IIIUI как «древнее заклятие, внезапно снятое с русской жизни, второе .рабство, падшее по манию царя"» (выступление в Государственной пуме 27 января 1915 г.). В 1913-1914 г. Государственный совет pain пал над крупным законопроектом «О преобразовании попечения о народной трезвости», который был одобрен и передан на рассмотрение Государственной думы летом 1914 г. Летом же 1916 года Дума одобрила законопроект о кардинальном решении проблемы пьянима. «Воспрещается повсеместно в Империи продажа для питье- мого и потребления крепких напитков и не относящихся к напиткам I ниртосодержащих веществ, из каких бы припасов или материалов и какими бы способами эти напитки и вещества ни были приготов- пеиы», — гласила статья 1 законопроекта. Принятие этой и других перечисленных выше мер казалось таким близким, и лишь всем из- пестные события последующих лет сорвали эти планы. Помимо сохранения здоровья российского населения М.В. Ломоносов много думал и об удержании россиян в своем отечестве. • Переставая говорить о потере российского народа болезнями, не- I частиями и убивствами, должно упомянуть о живых покойниках. С пограничных мест уходят люди в чужие государства, а особ- Н1ШО в Польшу, и тем лишается подданных российская корона»2. (. 1864 г. Россия имела либеральное законодательство об иммиграции и приобретении российского гражданства, возможности же эмиграции россиян за границу были сильно сужены. В начале XX века мод влиянием либеральных веяний возник проект облегчения законодательства об эмиграции из страны и даже об оказании эмигрантам помощи, но в итоге государственный разум восторжествовал и к началу 1914 года Совет министров высказался лишь за упорядочение, а не поощрение «отхожего промысла» за границу, и за развитие ? инутреннего отхожего промысла» в районы нехватки рабочих рук для правильного развития промышленной жизни страны3. Был у Ломоносова определенный взгляд и на вопросы государ- I твенно-правового порядка. Осуществление своего проекта сохранения российского народа европейски образованный ученый подчеркнуто ставит в зависимость от верховной самодержавной вла- сти — «человеколюбивыя нашея монархини», «от ея матерински» высочайшия воли и повеления». И это не конъюнктура, не простой риторический прием, не принятый в подобного рода письмах знак лояльности или вежливости. В последние годы своей жизни великий ученый, академик русской и шведской Академий наук работал над «Древней российской историей». Как труды всех выдающихся историков есть не прост» несметное нагромождение сырых фактов, так и труд Ломоносова это попытка осмыслить русскую историю и постигнуть внутреннюю связь исторических явлений, установить основополагающие факторы народной истории. Предпосылая изложению исторических событий краткое методологическое введение, Ломоносов коснулся в нем вопроса о политике государственного права в России. Сравнивая нашу страну с Древним Римом, он отметил одну важную противоположность в государственном устройстве: монархическое правление привело Рим к увяданию и гибели, в России же оно вело к укреплению и славе. «Римское государство гражданским владением возвысилось, самодержавством пришло в упадок. Напротив того расномысленною вольностию Россия едва не дошла до крайнего разрушения; самодержавством как сначала усилилась, так и после несчастливых времен умножилась, укрепилась, прославилась»145. Отсюда и его вывод: «Благонадежное имеем уверение о благосостоянии нашего Отечества, видя в единственном владении залог нашего блаженства, доказанного толь многими и толь великими примерами»146. Заботясь о благе и целости государства, Ломоносов, естественно, видел гарантию этого в сильной, единой и просвещенной власти, действующей в интересах общего блага. Эту же мысль спустя столетие подчеркнул видный русский ученый-юрист, государствовед, административист, доктор финансового права профессор Э.Н. Берендтс. Свою первую лекцию по государственному праву в должности профессора Ярославского Демидовского юридического лицея он закончил словами, повторяющими вывод Ломоносова: «Один из великих органических свойств и коренных элементов государства, развившегося на национальных началах, — это сильная верховная власть. Чем шире территориальный объем государственного организма, чем более богат народ историческими преданиями, тем большую ценность имеет для единства го- I ударства, переживая столетия, царственная семья, в судьбах которой отражается история народа. Чем более современное государство нуждается в объединении в одно целое громадной массы культурных идач, чем более необходимо противостоять опасности раздробления и антагонизма интересов, тем важнее для народа царская власть, представитель которой является символом единства и в своей деятельности отождествляет цели общения с собственною своею жизненною целью»1. Именно этот момент в духовных отношениях рус- t кого монарха к русскому народу подчеркивал Ломоносов, применяя к деяниям современных ему императриц характеристику «материн- (кие». Личная, а не служебная заинтересованность главы государства, носителя верховной власти в благосостоянии и силе русской державы — вот решающий фактор прогресса в отечественной истории, на который нам указал в том числе и Ломоносов. Русский юрист не пройдет также мимо филологического наследия М.В. Ломоносова. Вспомним вклад ученого в формирование рус- < кого литературного языка. Пускай великий Пушкин отрицал «однообразные и стеснительные формы» ломоносовской прозы (его гений дает ему право так утверждать), но кто впервые поставил вопрос о русском литературном языке? Кто потрудился над тем, чтобы у нас выработался «высокий штиль» для того, чтобы подобающим обра- юм рассуждать о вещах возвышенных? Без разработанной специальной лексики и стилистики был бы невозможен не только язык законодательства, но и научная юриспруденция и судебная защита прав личности, которая во многом зависит от искусства красноречия, аргументации и убедительности (порящих сторон. «Тупа Оратория, косноязычная Поэзия, неосновательна Философия, неприятна История, сомнительна Юриспруденция без грамматики», — писал Ломоносов в предисловии к своей « Российской грамматике»2 (1755 г.), адресованной будущему императору Павлу. Нет сомнения, что утверждение в юриспруденции и и правосознании понятий о праве, справедливости, задачах государства, правосудии и т.п. требуют в том числе особых по выразительности и убедительности, торжественных слов и выражений. В ту пору, когда в университетах Европы еще читали лекции по разным отраслям знания, в том числе и по юриспруденции, на латыни, Ломоносов, по примеру своего учителя X. Вольфа, начавшего писать философские сочинения на немецком языке, — одним из первых обратил внимание соотечественников на богатство и достоинства русского языка. Уже тогда ученый и поэт нашел в нем «великолепие испанского, живость французского, крепость немецкого, нежность итальянского, сверх того богатство и сильную в изображениях краткость греческого и латинского языка... Сильное красноречие Ци- цероново, великолепная Виргилиева важность, Овидиево приятное витийство не теряют своего достоинства на российском языке»147. Искусство построения убедительной аргументации, иллюстрированное многочисленными примерами, Ломоносов изложил также в «Кратком руководстве к красноречию»148 (1765). Интерес к богатству и выразительным возможностям нашего языка уже давно присущ всем первоклассным российским юристам. Кто из нас, стремясь достичь высот в избранной профессии, овладеть красноречием, не открывал сборники судебных речей выдающихся наших юристов?! Кто из юристов, сталкиваясь с необходимостью уточнить смысл той или иной не вполне ясно изложенной нормы, не прибегал прежде всего к ее грамматическому толкованию?! Поступая так, будем помнить начинания первого нашего ученого, стремившегося среди других своих трудов взрастить «и российского слова исправность в богатстве, красоте и силе». Наконец, вспомним и о том, что само юридическое образование в нашей стране стало возможным благодаря именно М.В. Ломоносову. Петр I, энергично преобразовывая Россию, отчетливо ощущал недостаток образованных отечественных юристов. Указом 16 декабря 1714 г.149 государь отдал распоряжение российскому резиденту в Австрии А. Веселовскому найти изданный в Лейпциге «Лексикон универсалис», затем лексикон со «всеми художествами», изданный в Англии, а также «книгу Юриспруденции», после чего съездить в Прагу и договориться с учителями местных иезуитских школ о переводе этих книг на «славянский язык». В 1718 г. последовало распоряжение открыть Академию, «а ныне приискать из русских кто учен, и к тому склонность имеет, также начать переводить книги юриспруденции и прочие». Примечательно, что царь Петр желал привлечь к работе в учреждаемой у нас Академии наук того самого Христиана Вольфа. Но не- мгцкий ученый отказался, предложив со своей стороны вместо академии открыть университет, так как в то время проще было бы iiiiiira способных наставников, нежели ученых, известных своими I рудами. История же сулила стать у истоков первого российского универ- | итета выдающемуся ученику X. Вольфа. Почерпнутый Ломоносо- HI.IM за время его обучения в Европе опыт организации университетов и устройства университетской жизни в целом был положен it основу учредительных документов Московского университета — ? Проекта о учреждении Московского университета» и Указа императрицы Елизаветы «Об учреждении Московского университета и диух гимназий». Летом 1754 г., узнав о скором осуществлении идеи учреждения в России университета, Ломоносов пишет письмо камергеру И.И. Шувалову, будущему первому куратору университета, в котором как человек, обучавшийся в иностранных университетах, «так что их учреждения, узаконения, обряды и обыкновения в уме... ясно п живо, как на картине, представляются», предложил ряд рекомендаций о том, как и Московский университет «по примеру иностранных учредить»1. Прежде всего, он обратил внимание на важность стабильного плана, который бы прослужил много лет, а также на необходимость щедрого финансирования университета. В случае преподавательских иакансий предпочтительным представлялось бы не сокращать ассигнованные суммы, а потратить на устройство университетской библиотеки, дабы при достаточном количестве преподавателей в будущем не переделывать план (т.е. штатное расписание) и просить о дополнительных суммах. Далее в письме приводилось предпочтительное количество профессоров по факультетам с распределением между ними различных дисциплин, в соответствии с отраслями знаний. На первом месте в письме Ломоносова упомянут юридический факультет с тремя профессурами — 1) всей юриспруденции вообще (в том числе философия права, иностранное право, римское право), 2) юриспруденции российской и 3) политики (международное право и международные отношения). При университете надлежало устроить также гимназию. В заключение письма ученый предложил свои услуги по составлению подробного плана учреждения университета. Открыв приложенный к елизаветинскому Указу от 12 января 1755 г. «Проект», мы, конечно же, увидим те самые идеи Ломоно сова об университетском образовании, которые он почерпнул в Ем ропе и о которых писал И.И. Шувалову. По образцу Московского университета с начала XIX века учреждались новые российские университеты. Вот почему Ломоносова по праву относят к отцам основателям отечественного университетского, а вместе с ним и юридического образования.
<< | >>
Источник: Т.Е. Новицкая. Институты государства и права в их историческом развитии. 2012

Еще по теме Ломоносов:

  1. 4.10. М.В.ЛОМОНОСОВ
  2. Л.В.Смирнягин, МГУ им. М.В. Ломоносова РЕГИОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ И ГЕОГРАФИЯ
  3. Н.Ю. Замятина, МГУ им. М.В. Ломоносова ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ: ТИПЫ ФОРМИРОВАНИЯ И ОБРАЗЫ ТЕРРИТОРИИ
  4. Б.Б. Берсанова, МГУ им. М.В. Ломоносова МАКРОРЕГИОН КАК ПРОСТРАНСТВО ИДЕНТИЧНОСТИ: ОПЫТ СКАНДИНАВИИ
  5. М. В. ЛОМОНОСОВ. ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ / ТРУДЫ ПО РУССКОЙ ИСТОРИИ, ОБЩЕСТВЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКИМ ВОПРОСАМ И ГЕОГРАФИИ. ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР. МОСКВА - ЛЕНИНГРАД, 1952
  6. [ЗАМЕЧАНИЯ НА ОТВЕТЫ МИЛЛЕРА]
  7. КРАТКИЙ РОССИЙСКИЙ ЛЕТОПИСЕЦ С РОДОСЛОВИЕМ. СОЧИНЕНИЕ МИХАЙЛА ЛОМОНОСОВА.
  8. ПРИМЕЧАНИЯ
  9. [ЗАМЕЧАНИЯ НА ДИССЕРТАЦИЮ Г.-Ф. МИЛЛЕРА „ПРОИСХОЖДЕНИЕ ИМЕНИ И НАРОДА РОССИЙСКОГО“] (Стр. 17—80)
  10. [Репорт в Канцелярию Академии Наук 16 сентября 1749 г.]
  11. III. [Замечания на ответы Миллера]
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -