<<
>>

Третий ребенок в семье: утопия или результат безответственности родителей

  Отвечая на вопрос «как Вы относитесь к многодетным семьям», респонденты иногда затруднялись в определении самой категории многодетности. Для большинства информантов «много» детей — это больше двух, но для некоторых даже два ребенка — это много. Скажи, а как ты относишься к многодетным семьям? К многодетным я отношусь очень норма... Ну, смотря к каким многодетным. То есть больше одного ребенка? Ну, больше двух. Больше двух?.. Ну, не знаю... (ж., 27 лет, менеджер, детей нет).

Рисунок 3в, приведенный выше, наглядно показывает, что рождение третьего ребенка является большой редкостью во всех возрастных группах петербургских женщин.

Мы не приводим данных о семьях с четырьмя и более детьми, поскольку их еще меньше, чем трехдетных. В материалах глубинных интервью только у одной женщины (няни) было пятеро детей от одного мужа. В других случаях число детей более двух было результатом новых союзов, при этом у детей была большая разница в возрасте. Такой календарь рождаемости женщины должны каким-то образом обосновывать.

...Подружки что-то такое [спрашивают], зачем тебе это надо? Сын и дочка есть, чё тебе еще надо? Зачем? Я говорю, а чем еще заниматься... все смеются, такое у нас, как это называется, перманентное детство (41 год, домохозяйка, замужем, трое детей, младшему 4 года).

Итак, новый быт характеризуется в целом малым количеством детей и таким отношением к деторождению, когда даже наличие двух детей женщины иногда рассматривают как своего рода «многодетность». Три ребенка — это почти всегда «слишком много» для женщины и семьи. Троих детей могут «позволить себе» лишь те женщины, чей быт выстроен идеальным образом, и в материальном, и в духовном смысле: респондентки предполагают, что такие стратегии распространены в семьях богатых или верующих людей.

Ну, а если в семье больше двух детей? Как ты относишься к таким семьям? Больше двух?.. Ну, я отношусь очень нормально. Но я считаю, что это очень смелые женщины. И наверняка это очень благополучные семьи, в которых больше двух детей. Благополучные в каком смысле? В материальном и в эмоциональном, естественно. ...Рождение третьего, четвертого ребенка — это все-таки... говорит о благополучии семьи и об уверенности женщины в своем мужчине... Я рассчитываю чисто на свои силы сейчас при планировании детей. И я считаю, что двух детей я смогу себе позволить (ж., 27 лет, менеджер, детей нет).

В гораздо большей степени, чем с недостижимым идеалом семейного устройства, трехдетность ассоциируется с безответственностью и распущенностью родителей: «В наших условиях многодетные семьи, как правило, семьи ущербные» (ж., 36 лет, менеджер, детей нет); «Если вы не можете за ними следить — не надо: и денег у вас нет, и того у вас нет...» (ж., 28 лет, экономист, дочь 5 лет). Поэтому практически все информанты начинают с того, что выражают позитивное отношение к многодетным родителям, но в ходе дальнейших рассуждений артикулируют дискурс озабоченности и стигматизации, когда говорят о том, как реально воплощается такая репродуктивная стратегия.

Также к многодетности я отношусь очень хорошо, если это не иждивенческая позиция, как это чаще всего бывает. Типа того, что мы родили много детей, и вы все должны этим заниматься, вы все должны мне помочь. У меня есть одна такая знакомая (ж., 34 года, домохозяйка, замужем, дочь 2 года и сын 6 лет).

Я очень хорошо отношусь к семьям, где много детей.

Если они не возникают по мере выпивания алкоголя и приходов матери поздно. Я очень хорошо отношусь к таким семьям, если это осознанный выбор людей. Например, людей религиозных. Которые живут по определенным своим правилам, и там замечательно вырастают дети. Я плохо отношусь, если дети запущенны, я очень плохо к этому отношусь. Если это решение именно такое, то я понимаю, что им будет плохо, дети нормальными не вырастут... Короче, я просто против распущенности... (ж., 28 лет, экономист, дочь 5 лет).

Некоторые информантки уверенно утверждают, что трое детей — это по определению «многовато» для современной российской семьи, даже в случае ее материального и психологического благополучия:

Трое — это просто нереально. Потому что я вижу пример перед глазами. И они ничего не успевают. И, как бы, те двое тоже не дополучают... Они все недополучают (ж., 30 лет, домохозяйка, замужем, дочь 7 лет).

В опасениях представительниц российского среднего класса слышится как будто неосознанное эхо тех исследований социального успеха детей из многодетных семей, которые проводились в западных странах, в основном в США. Наличие в семье более чем двоих детей, особенно в тех странах, где высшее образование является платным и дорогим, негативным образом сказывается на интеллектуальных успехах каждого ребенка. Такие результаты подтверждают теорию «распыления ресурсов» (resource dilution). Согласно этой теории, распределение между детьми таких семейных ресурсов, как родительское общение, негативно влияет на их интеллектуальное развитие (и непосредственно на образовательные достижения). Распыление (распределение между детьми) таких экономических ресурсов, как экономическая поддержка обучения в высшем учебном заведении, также негативно влияет на образовательные достижения каждого из детей (Steelman et al., 2002: 251). Эти тенденции особенно выражены в США, где детность семьи столь же сильно влияет на показатели образовательного уровня каждого ребенка, как и уровень семейного дохода, причем образование родителей и прежние школьные достижения самих детей оказываются менее значимыми (Steelman, Powell, 1989: 202). Только большая возрастная разница между детьми противостоит негативным эффектам «распыления ресурсов» (Blake, 1989; Powell, Steelman, 1993).

К аналогичным выводам приходят и исследователи, утверждающие, что в условиях быстрого экономического роста и социального расслоения общества в долгосрочной перспективе родителям «выгодно» инвестировать имеющиеся ресурсы в воспитание малого числа детей. Так, например, математическая модель Хилла и Рив показывает, что «потомство численно уменьшается, когда возрастает затратность воспитания и образования конкурентоспособных потомков. Родительские инвестиции в воспитание и образование небольшого числа

детей в состоятельных домохозяйствах с большей вероятностью приводят к успешности этих детей. В этом смысле нам представляется, что расходы, связанные с приобретением детям различных дорогих или даже “шикарных” вещей, могут быть намного менее легкомысленной тратой денег, чем на первый взгляд кажется» (Hill, Reeve, 2005: 400—401).

Стратегии современного российского среднего класса, делающего ставку на хорошее образование детей, которое требует от родителей значительных социальных и экономических инвестиций, соответствуют и теории распыления ресурсов, и теории, объясняющей феномен низкой рождаемости при растущем уровне благосостояния и конкуренции (см. статью Б. Гладарева и Ж. Цинман в этом сборнике). Одна информантка — экономист по специальности — четко сформулировала позицию, иллюстрирующую эти теории:

Потому что сейчас у нас, как бы, зона социального неблагополучия — это просто семьи с двумя детьми. Это реально. То есть да, то есть ты можешь, как бы, из среднего класса, как ты говоришь, сразу скатиться в самый низший, потому что у тебя появилось еще и два ребенка (ж., 32 года, менеджер, замужем, дочь 3,5 года).

Не вызывает сомнений и то, что на решение о рождении третьего ребенка влияют те же причины, что и на принятие решения о рождении второго ребенка, т. е. состояние здоровья и степень самостоятельности женщины. В нашем массиве довольно много респонденток из состоятельных семей с двумя детьми не рассматривают перспективу рождения третьего ребенка, даже когда муж ориентирован иначе. В следующем отрывке интервью мы видим, как переплетаются в аргументах женщины ее представления о границах репродуктивного возраста, оценки собственного здоровья и осознание барьеров самореализации. Муж у меня просто жаждет: «Девочку, девочку». Девочки же нет. Но я уже, честно говоря, наверное, нет. А в чем причина, почему не хотите? Ну, здоровье уже не то... Мне в двадцать девять лет на карте тоже писали «старородящая». И здоровье, и надо много сил, как бы, и нужно эмоции и всего иметь, чего ребенку дать. То есть, в принципе, как бы, материально, мы, конечно, можем... Но я сама, мне кажется,

что мне уже хватит... Поскольку я все равно, хоть и няня, но я много времени с детьми сижу, я уже насиделась и с первым, и со вторым. Мне уже хочется другого: поработать, поездить (ж., 36 лет, домохозяйка, замужем, двое детей).

  

<< | >>
Источник: Коллективная монография. Новый быт в современной России: гендерные исследования повседневности. 2009

Еще по теме Третий ребенок в семье: утопия или результат безответственности родителей:

  1. «Безответственное» сексуальное поведение: «советское наследие» или общий тренд?
  2. Канадская мозаика: недостижимый идеал или утопия? С.              И. Замогильный, г. Саратов
  3. § 2. Понятия уголовной безответственности, разумения и воспитуемости
  4. Отдел третий. Право залога или вещественного обеспечения
  5. ..ЕСЛИ ЗАБОЛЕЛ РЕБЕНОК
  6. Второй ребенок: «рациональное продуманное решение»
  7. «Утопия» Т. Мора
  8. § 21. Отношения родителей к детям по имуществу. - Право детей на содержание и на выдел. - Право родителей на детское имущество.
  9. Ребенок как совместный проект
  10. ДЕНЬ ТРЕТИЙ (третий модуль)
  11. Тест «Родитель—взрослый—ребенок» к теме: «Межличностные конфликты»
  12. Утопия прагматизма
  13. Профилактика в семье
  14. Лидерство как инструмент достижения цели или результата
  15. ДОКУМЕНТ 7 УТОПИЯ ПЕСТЕЛЯ
  16. § 6. Политико-правовые идеи раннего коммунизма. "Утопия" Т. Мора. "Город Солнца" Т. Кампанеллы
  17. Парламентарное правление как утопия
  18. § 35. жестокость и насилие в семье
  19. Экономический эффект от HR-брендинга, или «Хватит болтовни, нужен конкретный результат!»