<<
>>

Жилье нового среднего класса: пространства и мечты о социальной сегрегации

В 1990-х гг. государственная социальная политика изменяется и становится более либеральной. Либерализация предполагает развитие рыночных механизмов, а также новых государственных и коммунальных политик, менее явно и прямо регулирующих частную сферу.

Сначала рассмотрим, как изменились жилищные условия горожан и какие возможности для организации повседневной жизни в связи с этим возникли, а затем проанализируем то, как изменились гендерные отношения в семье в связи с изменением жилищной и гендерной политики.

Государство перестает быть монопольным собственником жилья, постепенно развивается рынок недвижимости. В 1991 г. выходит закон «О приватизации жилого фонда в Российской Федерации», который дает возможность бывшим советским квартиросъемщикам приватизировать свое жилье. Развивается законодательная база, позволяющая покупку и продажу жилья, появляются агентства недвижимости. Коммуналки постепенно расселяются и превращаются в отдельные квартиры и офисы (хотя спрос на комнаты как недорогое жилье продолжает сохраняться). Одновременно частные строительные компании начинают крупномасштабное строительство жилых домов. В центре и в спальных районах города появляется множество домов, отвечающих современным требованиям и рассчитанных на людей с разными вкусами. Рынок продажи и аренды жилья, современные жилищные площади создают новые возможности для выбора месторасположения и типа жилья относительно зажиточных горожан. Эти возможности, в свою очередь, определили процессы пространственной сегрегации жителей по доходам и стилям жизни, начавшиеся в Петербурге, как и в других городах, в 1990-е гг. Представители среднего класса также оказываются включенными в процессы пространственной сегрегации, они стремятся создать социально гомогенную жилую среду.

На первый взгляд, в Петербурге не существует социально однородных районов, в которых жили бы исключительно представители среднего класса.

В центральной части города продолжают сосуществовать отдельные и коммунальные квартиры. Жителями коммуналок, как правило, являются горожане, чей уровень дохода не позволяет купить или снять отдельную квартиру (Корнев, 2005: 80). Так называемые спальные районы также не являются социально однородными, так как там находятся дома разных лет застройки, заселявшиеся в разное время людьми разного социального происхождения. Социально гомогенными могут быть названы только элитные коттеджные поселки за пределами Петербурга, покупка жилья в которых доступна только людям с высоким доходом.

В интервью респонденты говорят о том, что они ощущают себя неуютно в социально неоднородных средах и стремятся к пространственной сегрегации. Несмотря на то что не все имеют возможность выбирать жилье, будучи ограниченными в средствах, можно найти множество рассказов о разного рода действиях, направленных на создание однородной социальной среды. К таким действиям относятся

попытки снять или купить жилье в городских районах или отдельных домах, кажущихся респондентам более гомогенными, чем другие.

В тех случаях, когда возможности выбора социально гомогенных городских пространств ограничены, осуществляются попытки обустроить и организовать территорию, непосредственно прилегающую к квартире. Такой территорией является подъезд, лестничная клетка. Это пространство становится местом столкновения «бытовых культур» разных социальных классов. Подростки, проводящие свободное время на лестнице, курящие, употребляющие алкоголь и наркотики, представляют серьезную проблему для «буржуазных» жильцов. Вызывают раздражение «приличных жильцов» также надписи и граффити на стенах, воспринимаемые как пространственная агрессия и проявление низкого уровня культуры. Бездомные и посторонние люди в подъездах воспринимаются как посягающие на приватность. Поэтому «буржуазные» жильцы предпринимают совместные действия для того, чтобы «привести в порядок» свой подъезд. Жильцы со сходными представлениями о предназначении и нынешнем состоянии общего пространства прежде всего стараются обеспечить безопасность домашнего пространства.

Они собирают деньги («скидываются»), ставят металлические двери и домофоны в подъезде, нанимают консьержей, в некоторых случаях ставят охранные системы и системы слежения.

Все эти действия, направленные на пространственное отделение от социально «чужих», не всегда приводят к желаемому результату. Бездомные и представители низших социальных классов обнаруживаются во всех районах города. Информанты жалуются на то, что посторонние (особенно в этом подозревают подростков) проникают в подъезды, выламывают дорогие переговорные устройства, снимают доводчики с подъездных дверей, оставляют надписи на стенах. Среди жильцов обнаруживаются шумные соседи, а рядом с отдельными «расселенными» квартирами находятся коммуналки, жильцы которых отказываются соблюдать чистоту, покой, поддерживать порядок в доме. Жилое пространство среднего класса, таким образом, оказывается диффузным, а мечты о социальной сегрегации выглядят как стремление контролировать окружающую территорию, как стремление к безопасности (физической, социальной, экологической) приватной сферы. Эти идеи социальной сегрегации и создания определенного типа устройства физического пространства среднего класса становятся частью представлений об идеальном жилье в целом.

  

<< | >>
Источник: Коллективная монография. Новый быт в современной России: гендерные исследования повседневности. 2009

Еще по теме Жилье нового среднего класса: пространства и мечты о социальной сегрегации:

  1. Жилье нового среднего класса: пространства и мечты о социальной сегрегации
  2. Елена Богданова Ольга Ткач НАЗАД В «ПОЛЕ»: ОПЫТ ИССЛЕДОВАНИЯ ДЕРЕВЕНСКОГО СООБЩЕСТВА