<<
>>

2. Виды ценностей и правовые ценности

Что касается до вопроса о различных видах ценностей (или о ценностных модальностях), то едва ли вопрос этот может быть всесторонне решен без привлечения соответствующих метафизических предпосылок. Непосредственная данность различных классов ценностей есть неоспоримый факт: как существуют различные тоны и цвета, так существуют и различные виды ценностей.
Ho затруднение заключается в том, сколько дано нам таких классов и каковы они? Легко убедиться, что определение их и познание едва ли отделимо от связанных с ними объективнометафизических стихий. Так, например, чисто метафизическую основу имеет известное деление ценностей на два основных класса: на ценности чувственные (приятное — неприятное) и ценности духовные. Существование духовных ценностей и их преимущество перед чувственными основывается в конце концов на идее духа и духовной жизни, — идее религиозно-метафизической, предполагающей целое миросозерцание. Глубокая мудрость, заключающаяся в учениях о духовной жизни, — индийских, христианских, теософских, — сводится не к признанию элементарной аксиомы, что духовная ценность выше чувственной, но основывается в конечном счете на глубоком и таинственном откровенном опыте, в результате которого впервые оправдывается и названная аксиома. Свести эту мудрость к простой априорной аксиоматике, значило бы произвести ни с чем несравнимое опустошение религиознофилософского сознания и опыта. Такую же метафизическую основу имеет известное деление ценностей на ценности личные и сверхличные. Деление это основывается не на простом признании идеальных смыслов, но на глубокой связи этих смыслов с их возможными носителями. Род ценностей определяется тем, кто эту ценность может реализовать и воплощать. Равным образом и отношения между этими ценностями неотделимы от вопроса об их носителях. Утверждение, что личные ценности выше, чем сверхличные, едва ли отделимо от общего метафизического и религиозного вопроса о природе высочайшего существа. Если мы будем мыслить его как личность, то, конечно, мы будем считать высшими ценностями ценности личные, и, наоборот, высшее место займут безличные ценности при предположении, что высшее существование безлично. Существуют ли какие-нибудь особые правовые ценности и кто является их носителем? Или то, что мы называем "правовым", по существу своему входит в один из других классов ценностей, составляя его несамостоятельный момент? Наиболее распространенное воззрение считает основной правовой ценностью человеческую личность. Степень распространения этого воззрения необыкновенно широка, и даже, можно сказать, оно вообще является основной догмой новейшей философии права. Истина, что право существует для человеческой личности и для ее охраны, является как бы философско-правовой аксиомой.165 Ho, более того, взгляд, что основные правовые явления существенным образом связаны с идеей личности, должен быть признан выражением своеобразного мировоззрения самого пра-; воведения.
С тех пор, как римские юристы ввели в обиход понятие persona, '1 обозначая нм не только человеческую личность, но и другие стоящие под охраной права ценности, идея личности в праве стала настолько привы- J чной. что отказ от нее может казаться своеобразной юридической ересью, f Мировоззрение правоведения до сих пор, по крайней мере, было персо- налистическим, и в идее лица философия права как бы наталкивалась на последнюю свою ценность. С человеческой личностью связаны следующие производные от нее понятия, которые обычно также считаются основными правовыми ценностями: понятия эгоизма и интереса и, далее, понятия свободы и равенства. Все они играют исключительную роль в философии нрава, и на них строятся обыкновенно определения различных правовых явлений и самого права. К числу наиболее обычных из этих определений принадлежат следующие: "право есть обузданный эгоизм", "право есть защищенный интерес" или "область внешней свободы", или, наконец, "равновесие между свободой и равенством". Следует подчеркнуть, что все разнообразные теории, считающие лнчность основной правовой ценностью, имеют ярко выраженный антропологический характер. Именно дело идет в них не об идее личности вообще (как единстве возможных актов), но о живой человеческой личности с ее конкретными жизненными интересами и потребностями. Все названные теории имеют в виду показать, что право так или иначе нужно человеческой личности, — поскольку оно служит ее естественному благополучию или поскольку оно обеспечивает возможность нормального культурного развития и т. п. Ho нет никакого труда показать, что между эмпирическим фактом живой человеческой личности и идеей права нет и не может быть ровно никакой логически-необходимой связи. Материальные, нравственные, культурные и всякие иные потребности личности всегда являются чисто историческими изменчивыми величинами. При одних условиях они могут способствовать развитию права, при других — могут прямо препятствовать ему. При одних условиях благосостояние личности может зависеть от права, при других — право может быть прямой помехой этому благосостоянию. Антропологизм в философии права, так же как и в других областях философии, всегда IipiiBOflHT-K точке зрения полной относительности, — к релятивизму. Выше мы определили личность как единство обладающих смыслом актов. Возникает вопрос: является ли личность в этом смысле слова в то же время и ценностью, другими словами, совпадает ли идея личности как деятеля с идеей личности как ценности? Вопрос этот при ближайшем рассмотрении включает в себя целый ряд весьма сложных проблем. Прежде всего личность как деятель является, как мы видели, основной точкой проявления небезразличия и заинтересованности. Оттого она по существу своему не может стоять "по ту сторону добра и зла". "Ни то, ни се" не есть стихия личности, не есть ее свойство. Ценностно безразличными могут быть вещи, а не личности. Ho, с другой стороны, такое небезразличие является обнаружением простых ценностных возможностей, а не каких-либо вполне определенных ценностных свойств. Даже нельзя сказать, какая ценность находит своего необходимого носителя в личности, — положительная или отрицательная? По существу своему личность, как начало объединения всех возможных актов, может быть носителем и положительных, и отрицательных ценностей — и добра, и зла — так же как и различных ценностных модальностей, чувственных и духовных, нравственных и эстетических. Отсюда видно, с какой осторожностью мы должны отнестись к известному утверждению, что личность сама по себе есть ценность и даже высшая из ценностей.166' ' Положение это в такой безусловной форме является просто необоснованным. He выходя из пределов взгляда на личность как на носителя возможных актов мы вправе сказать, что она не есть, но только может быть носительницей высших ценностей. Другими словами, если высшие ценности находят свое воплощение, то только в личности и через личность. Личности самой по себе, независимо от тех ценностей, которые она носит, может быть присуща ценность только в одном смысле, — именно ценность исполнительная. Если исполнение и воплощение ценностей есть ценность, то, очевидно, должно обладать ценностью и то начало, которое служит к реализации ценностей. Иначе говоря, ценность личности no внутреннему существу своему все же есть служебная, а не первоначальная. Чтобы говорить о личности как о самостоятельной ценности, нужно выйти из ее обозначения как простого деятеля, как носителя возможных актов. Нужно проникнуть в существенное содержание самих этих актов, в их качественные особенности и свойства. Тогда только мы сможем сказать, что личность в известных своих состояниях и на известных своих ступенях есть ценность. Таким образом, правовой ценностью может быть не только личность как единство возможных актов, но и личность в определенных и конкретных проявлениях ее внутреннего существа. Такой вывод, несмотря на его значительную очевидность, обыкновенно не вполне признается философией права. Часто упускают из виду, что не личность сама но себе, а определенные I ее свойства являются предметом правовой защиты и правового призна-' ния. Так. например, правопорядок может признавать ценностью определенные нравственные качества личности — храбрость, проявленную на войне, умелость, сноровку и мудрость, выказанную в государственных делах (право на награду). Здесь "субъективным правом". — в смысле правовых ценностей. — является не способность совершать акты вообще, но определенное содержание этих актов, но. когда право защищает жизнь человеческой личности, признаваемой ценностью является здесь уже не какое-либо материальное свойство лица, но само явление жизненной действенности, таящееся в органической структуре человека и с ней ближайшим образом связанное. Однако нет ничего невозможного в том, что субъектом правового признания будет не человеческая личность, но какая-либо другая, воплощенная или реализованная ценность, как, например, произведение искусства, предмет религиозного почитания, хозяйственное благо и т. д. Правовым признанием могут пользоваться такие духовные блага, как наука, искусство, религия вообще. Поскольку они реализованы и существуют в совместной жизни, они входят в разнообразные взаимные отношения и образуют некоторый общий порядок существования, построенный на отношениях, которые мы называем правовыми. Стремление построить философию права на сверхличных основах и освободить ее от господства личных ценностей особо ярко проявляется в так называемой органической теории права и государства.167 Для нее основной правовой ценностью является не человек, не единичный индивидуум. а совокупность или целое. Строго говоря, освобождение от пер- сонализма достигается здесь лишь тогда, когда эта совокупность или это целое мыслятся не как своеобразная высшая личность. В противном случае совершается только переход от индивидуальных ценностей к коллективным также личного характера. Персонализм 19 возрождается, но только в других формах. Примером последовательно проведенной имперсона- листической теории права в новой философии является теория Тренде- ленбурга. Он определяет право, как совокупность таких общих правил поведения, при помощи которых достигается сохранение и развитие нравственного целого.168 Он подчеркивает, что его теория исходной точкой своей имеет идею нравственного целого и потому она враждебна всем воззрениям, выводящим право из воли лица или из совокупности воль отдельных лиц.169 Только в целом может существовать право, и только целое имеет силу наделять свои постановления обязательностью. Право есть функция целого, определяемая внутренними его целями.170 Тренде- ленбург 20 поясняет это воззрение одним примером, который прекрасно характеризует сущность имперсоналистической теории права. Корабль, плывущий на море, создает такие условия совместной жизни, которые требуют своего особого, по большей части, очень строгого права. Корабль подобен государству, и право на нем рождается по природе вещей, независимо от договора хозяина с матросами и пассажиров с хозяином. Для сохранения целого необходимо строжайшее подчинение приказаниям командира. Для сохранения целого запрещается бегство матросов с корабля. Для спасения его жертвуют багажом и бросают его за борт. Таким образом, обязанности и права командира и матросов определяются внутренними целями целого. Ho как в микрокосме корабля право проистекает от целого, так и в макрокосме государства целое является источником права.171 Борьба между персоналистическим и имперсоналистическим воззре- , нием в праве есть старая борьба двух социально-философских миросозер- \i цаний — индивидуализма и универсализма. Историческим выражением первого были разнообразные теории естественного права, популярные по большей части в эпохи общественных потрясений и революций. Второе — консервативное и реставрационное по своему существу — в значительной степени совпадает с органической и эволюционной гипотезой в правоведении и науке о государстве. По-видимому, в настоящий момент истории мы снова переживаем переход от увлечения естественно-правовым индивидуализмом к увлечению органическими воззрениями на право и государство.172 Чтобы оценить этот спор, следует иметь в виду следующие соображения, продиктованные исследованием существа идеи "целого". Идея "целого" в приложении к праву не обладает достаточной степенью определенности. Обыкновенно она отождествляется с понятием "общественного целого", — и все противопоставление персоналистичес- кого и имперсоналистического взгляда на право приобретает характер противопоставления ценности личности ценности общества. Причем если под "личностью" понимают конкретного человека с его потребностями, то и "общественным целым" считают конкретную ассоциацию людей с ее тоже более или менее случайными интересами и потребностями (корабль в море). Против такого воззрения нужно сказать то же, что было сказано нами выше об индивидуализме: нельзя доказать, что общественный интерес непременно требует права. Иногда он может его требовать, а иногда прямо отрицать. И более того, если против индивидуализма справедливо возражают, указывая, что он ведет к договор- ному, анархическому правопорядку, что он неспособен обосновать никаких всеобщих правовых связей, то универсализм, в свою очередь, подпадает под возражение, что связи им устанавливаются очень крепкие и всеобщие, однако же отнюдь не правового характера. Понимание этой истины в современном сознании затемняется своеобразными воззрениями на нравственность, возникшими под влиянием новейших учений об автономной морали. Современные философские теории нравственности, сводя этику исключительно к самоопределению воли, не признают возможности положительно установленной нравственности, покоящейся на авторитете и, следовательно, гетерономной. То, что установлено в качестве положительного порядка, по свойству своей установленности считается правом, а не нравственностью. Так что установленная система общественных обязанностей, односторонне определяющая отношение личности к обществу, должна быть признана системой правовой. Например, устав монастыря, определяющий религиозные обязанности монахов, следует считать совокупностью юридических норм, или объективным правом.173 Правовой характер должны иметь и обязанности матросов на корабле, раз только они "установлены". Если бы это соответствовало истине, то пришлось бы единственным признаком права считать момент установленное™, другими словами, пришлось ом согласиться с теорией юридического позитивизма. При эгом стиралась бы всякая принципиальная разница между правом и нравственностью. Р:н нравственные обязанности, вытекающие из внутренней автономии, санкционировались бы каким-либо установлением, они превращались бы тем самым в правовые. Ho. по нашему мнению, между нравственностью и правом лежат гораздо более принципиальные и существенные различия. Система нравственных обязанностей, закрепленная установлениями и даже вытекающая из какого-либо внешнего авторитета, по существу своему образует систему положительной морали, а не права. R гаком системе может не быть никаких признаков правовых явлении, и только но принятому словоупотреблению она может считаться правом. Элементы права в такой системе возникают лишь тогда, когда в ее пределах родятся "права", "правомочия", "правопритязания". Нравственные обязанности становятся правовыми не вследствие какого-то магического превращения, но правом мы считаем феномен связи "прав" и "обязанностей" — феномен, обладающий особой природой и обнаруживающий свою особую законосообразность. Отсюда следует, что обязанности, вытекающие из интересов "общественного целого" и ими обусловленные, сами по себе ни в коем случае еще не образуют правовых явлений. Отношение к общественному целому может строиться и по типу положительно установленной морали, если только оно не строится по тину нравственности автономной. Философско-правовой универсализм как- раз и подменяет явления нрава явлениями н фактами позитивной нравственности. Чисто нравственные связи п отношения он выдает за правовые. Подобное воззрение не менее разрушительно для права, чем противоположное ему, — индивидуалистическое. Только разрушение ведется с двух различных сторон, — в одном случае с точки зрения ав тори тарных принципов, в другом — с точки зрения принципа личного самоопределения.
<< | >>
Источник: H .H .Алексеев. ОСНОВЫ ФИЛОСОФИИ ПРАВА. 1998
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме 2. Виды ценностей и правовые ценности:

  1. § 21. Монетная единица платежа. - Уравнение ценности при замене одной единицы другою. - Понятие о законной, металлической и курсовой ценности. - Постановления иностранные и русского законодательства об уравнении ценности в платежах
  2. Ценности в праве и право как ценность
  3. § 3. Социальная ценность правовой культуры
  4. § 42. заем (mutui datio, mutuum, Darlehn, prкt а consommation, prкt а interкt) Сущность займа в отличие от ссуды. - Передача ценности или валюты. - Зачет ценности. - Ограничение личной способности вступать в займы. - Означение основания долга
  5. § 4. Международно-правовая защита гражданских объектов и культурных ценностей
  6. Справедливость как основная правовая ценность
  7. 3.4. Ценности
  8. § 6. Конфликт ценностей
  9. 3.3. Конституционные ценности
  10. Анализ добавленной ценности
  11. Нахождение ценности
  12. ЦЕННОСТИ БИОЭТИКИ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -