<<
>>

12.6. Право цессионария на платеж. Право цессионария на полученное от должника

Соглашение между цедентом и цессионарием об уступке права прямо предполагает, что цессионарий получает право на получение платежа от должника.

Передача цессионарию права требовать уплаты денежной суммы означает не только право цессионария истребовать от должника платеж.

В случаях исполнения обязательства должником цессионарий приобретает право на имущество, переданное должником в счет исполнения.

Исполнение может быть произведено должником после уступки цеденту или цессионарию либо по указанию одного из них третьему лицу; платеж (исполнение обязательства) может быть произведен в денежной либо в иной форме. Во всех этих случаях существует необходимость в определении права цессионария на имущество, переданное должником в счет исполнения по уступленному требованию.

В российской юридической литературе вопрос о праве цессионария на поступления <*> практически не рассматривался. В связи с этим целесообразно в первую очередь проанализировать основные проблемы с учетом опыта, сложившегося в сфере международной торговли.

--------------------------------

<*> Под "поступлениями" понимается полученное от должника в исполнение обязательства, права по которому уступлены.

В коммерческой практике цессионарий редко получает наличные средства в результате инкассации дебиторской задолженности. Долги гораздо чаще погашаются в результате кредитовых переводов (путем зачисления на счет) или же посредством выдачи чеков, простых векселей или других оборотных документов, передаваемых должником цессионарию.

Если должник оставляет за собой возможность погашать свои долги посредством передачи или возвращения товара непосредственно цеденту, права в отношении таких товаров в силу уступки принадлежат цессионарию. При оптовых уступках дебиторской задолженности определенная часть дебиторской задолженности часто фактически погашается посредством передачи товара, например, вследствие того, что должник возвращает определенную часть товара из-за несоответствия условиям первоначального договора <*>.

--------------------------------

<*> См.: Документ A/CN.9/445 (п. 217). С. 48.

Распространенность подобной практики и необходимость выработки единообразного подхода к регулированию этого вопроса определили необходимость его специального рассмотрения при подготовке Конвенции об уступке дебиторской задолженности.

Ранее, в Оттавской конвенции 1988 года (ст. 7), уже предпринималась попытка определить права цессионария на платеж, полученный от должника, однако содержащиеся в ней положения по многим соображениям оказались недостаточными для регулирования этих отношений в сфере международной торговли.

В ходе обсуждения Конвенции об уступке дебиторской задолженности отмечалось, что, во-первых, нет оснований для ограничения способности цедента и цессионария договориться о праве цессионария истребовать любые возвращенные товары, а во-вторых, норма, позволяющая цессионарию истребовать любые возвращенные товары, уменьшит риски неполучения платежа от должника и тем самым окажет позитивное воздействие на стоимость кредита <*>.

--------------------------------

<*> См.: Документ A/CN.9/470 (п. 126). С. 54.

Сложность выработки единообразного подхода к определению прав цессионария в отношении имущества, переданного должником для исполнения по уступленному обязательству, объясняется существенными различиями между правовыми системами.

В частности, даже понятие "платеж" определяется весьма различно - и как любая передача имущества, направленная на погашение долга, и как передача имущества только в денежной форме, и как передача только наличных денег.

Право на любое движимое имущество, полученное от должника в результате платежа, в некоторых правовых системах описывается как право на "поступления". Этому понятию в ряде правовых систем придается определенное значение, оно характеризует весьма конкретный правовой режим, причем этот режим в различных правовых системах существенно различается. Так, активы, именуемые "поступлениями", иногда рассматриваются как активы, подчиняющиеся такому же правовому режиму, что и дебиторская задолженность, в других случаях - как особые активы, на которые распространяется режим иной, чем режим самой дебиторской задолженности.

При разработке Конвенции об уступке дебиторской задолженности предлагалось определять "поступления" как "все то, что получено в результате инкассации или ликвидации дебиторской задолженности или соответствующих поступлений" <*>, либо как "любую денежную сумму или иное имущество, полученное в результате любой ликвидации, инкассации или начисления на счет уступленной дебиторской задолженности". Последняя формулировка позволяет в определенной степени избежать недоразумений, которые возникают в связи с различным содержанием, вкладываемым в понятие "платеж". Понятие "иное имущество" охватывает любые поступления в неденежной форме; слова "любая ликвидация" означают не только передачу имущества для целей прекращения обязательства, но и продажу дебиторской задолженности или создание обеспечительного права в ней; слова "инкассация" и "начисление" охватывают наличные средства и дивиденды, инкассированные или начисленные на счет ценных бумаг <**>.

--------------------------------

<*> Документ A/CN.9/445 (п. 216). С. 48.

<**> См.: Пересмотренные статьи проекта Конвенции об уступке дебиторской задолженности в международной торговле (1998). A/CN.9/WG.II/WP.96. С. 21 - 22.

При выделении поступлений как самостоятельного вида актива возникает проблема их идентификации в связи с конкретной дебиторской задолженностью и отслеживания, например, когда возвращенные товары продаются цедентом либо смешиваются с однородными товарами, когда уплаченные денежные средства зачисляются на депозитный счет и смешиваются с другими денежными средствами.

В некоторых правовых системах вопрос решается следующим образом: сумма, выплачиваемая на счет цедента, рассматривается в качестве определяемых родовыми признаками активов, которые не могут быть выделены в качестве относящихся к какой-либо конкретной дебиторской задолженности. В таких случаях цессионарий не обладает правовым титулом в отношении поступлений и может только предъявлять требование цеденту без права на отслеживание поступлений.

В результате обсуждения было признано необходимым исходить из принципа, согласно которому во взаимоотношениях между цедентом и цессионарием последний имеет права в уступленной дебиторской задолженности и в любых поступлениях <*>.

--------------------------------

<*> См.: Документ A/CN.9/470. С. 55.

Исходя из принципа автономии воли стороны, цедент и цессионарий могут в соглашении различно решать вопрос о правах цессионария на полученные во исполнение (прекращение) уступленного обязательства денежные суммы и иные активы. Правила Конвенции об уступке дебиторской задолженности в отношении поступлений применяются лишь при отсутствии соглашения об ином.

Право цессионария на платеж и поступления не зависит от того, было ли направлено уведомление должнику. Использование этого подхода, практически общепризнанного в большинстве правовых систем, обосновывалось необходимостью обеспечить, чтобы, если платеж произведен цессионарию до уведомления, цессионарий мог удерживать поступления от платежа; если платеж произведен цеденту после уведомления (что не погашает задолженности должника), цессионарий приобретает право на такие платежи <*>.

--------------------------------

<*> См.: Документ A/CN.9/470. С. 57.

Особое значение такое право имеет в случаях, когда цедент или должник становятся несостоятельными.

При рассмотрении ситуации, когда платеж производится цеденту после получения должником уведомления, отмечалось, что цессионарий может в принципе истребовать сумму полученного платежа от цедента либо от должника. Последний, производя платеж цеденту после получения уведомления, принимает на себя риск двойного платежа. На практике цессионарий, как правило, не требует второго платежа у должника, если только цедент не становится несостоятельным. В последнем же случае очевидно, что цессионарий предпочтет получить эту сумму с должника, исполнившего обязательство ненадлежащему кредитору. Риск должника будет состоять в том, что, уплатив сумму повторно цессионарию, он будет являться обладателем практически бессмысленного требования (чаще всего квалифицируемого как требование из неосновательного обогащения) в отношении несостоятельного цедента, поскольку маловероятно, что он получит платеж.

После обсуждения было признано необходимым закрепить в Конвенции ключевое положение о праве цессионария на получение платежа и любые поступления, в том числе и возвращенные товары. Принятие этого подхода потребовало также решения вопроса о характере (вещном или личном) права на поступления. Данный вопрос имеет особую актуальность в случаях несостоятельности цедента.

При обсуждении высказывались точки зрения, которые отражают подходы, сложившиеся в различных правовых системах.

Право цессионария в поступлениях по дебиторской задолженности, в частности, предлагалось рассматривать как имущественное (вещное) право. При таком подходе уменьшится опасность неплатежа цессионарию, поскольку в случае несостоятельности цедента цессионарий может изъять дебиторскую задолженность из его имущественной массы или, по крайней мере, он может рассматриваться как залоговый кредитор. Несмотря на то что такой подход позволил бы укрепить права цессионария и потенциально способствовал бы удешевлению кредита, он не был поддержан.

Основные возражения были вызваны тем, что такой подход "будет идти вразрез с национальными нормами, затрагивающими соображения публичного порядка" <*>. Высказывались также опасения, что ввиду несовместимости с основными принципами национального права подобное решение могло бы поставить под угрозу принятие Конвенции об уступке дебиторской задолженности многими государствами.

--------------------------------

<*> См.: Документ A/CN.9/447 (п. 63). С. 14.

Предлагалось сконструировать право цессионария в поступлениях от дебиторской задолженности как личное право в отношении цедента.

В итоге было признано целесообразным не урегулировать этот вопрос нормой материального права, а разработать коллизионную норму. Однако в процессе обсуждения возникли многочисленные трудности, связанные прежде всего с необходимостью определения режима различных видов поступлений (товаров, оборотных документов и т.д.).

Отношения цессионария с третьими лицами по поводу поступлений от дебиторской задолженности регулируются на основании специальных правил.

В связи с этим для случаев, когда уплата произведена третьему лицу, было предложено включить в текст Конвенции специальную оговорку о необходимости учета приоритета прав этого третьего лица и цессионария на поступления.

При обсуждении прав цессионария на исполнение, произведенное должником третьим лицам, отмечалось, что цессионарий имеет право на любые поступления по уступленной дебиторской задолженности, полученные другим лицом в порядке платежа по дебиторской задолженности, при условии, что цессионарий имеет преимущественное право по отношению к этому лицу <*>.

--------------------------------

<*> См.: Документ A/CN.9/WG.II/WP.96 (п. 58). С. 21 - 22.

Предлагалось отказаться от использования ссылки на преимущественное право в связи с некоторой его неопределенностью и предусмотреть, что должна учитываться очередность удовлетворения требований в соответствии с применимым правом. Против этого были выдвинуты возражения на том основании, что очередность отнюдь не всегда является единственным основанием для определения того, кому принадлежит право. В некоторых случаях, например при передаче оборотных ценных бумаг, приоритет будет определяться не на основе очередности, а на основе добросовестности. Такая же ситуация может сложиться и в отношении иных поступлений.

В качестве примера приводился случай, когда поступления по дебиторской задолженности будут получены добросовестно депозитным учреждением и объединены с другими активами. Поскольку их уже больше невозможно идентифицировать как поступления по дебиторской задолженности, цессионарий не должен иметь возможности требовать эти поступления от депозитного учреждения, даже если он имеет преимущественное право <*>.

--------------------------------

<*> Такие коллизии нередко возникают в ситуациях, когда, например, продавец оборудования уступает разным финансовым учреждениям дебиторские задолженности от продажи в зависимости от вида оборудования. Они на практике часто устраняются путем соглашения между различными кредиторами (так называемые межкредиторские соглашения).

Однако в ситуации, когда поступления от дебиторской задолженности депонируются в какое-либо финансовое учреждение цедентом или от его имени, цессионарию все равно придется требовать поступления от цедента, который будет лицом, фактически получившим платеж, а не от учреждения, в которое поступления могут быть депонированы. Такое положение будет иметь место даже согласно предлагаемой формулировке, где говорится о преимущественном праве <*>.

--------------------------------

<*> См.: Пересмотренные статьи проекта Конвенции об уступке дебиторской задолженности в международной торговле. A/CN.9/WG.II/WP.96 (п. 60). С. 21 - 22.

На основании учета приведенных выше позиций ст. 14 Конвенции была принята в следующей редакции:

"1. В отношениях между цедентом и цессионарием, если они не договорились об ином и независимо от того, было ли направлено уведомление об уступке:

а) если платеж по уступленной дебиторской задолженности произведен цессионарию, цессионарий имеет право удержать поступления и возвращенные товары по уступленной дебиторской задолженности;

б) если платеж по уступленной дебиторской задолженности произведен цеденту, цессионарий имеет право на выплату поступлений, а также на товары, возвращенные цеденту по уступленной дебиторской задолженности;

в) если платеж по уступленной дебиторской задолженности произведен другому лицу, по отношению к которому цессионарий имеет приоритет, цессионарий имеет право на выплату поступлений, а также на товары, возвращенные такому лицу по уступленной дебиторской задолженности.

2. Цессионарий не может удерживать больше того, что ему причитается из дебиторской задолженности" <*>.

--------------------------------

<*> Проект Конвенции об уступке дебиторской задолженности в международной торговле. Приложение 1 к Докладу Комиссии ООН по праву международной торговли о работе ее 33-й сессии. А/55/17. С. 135 - 140.

Последнее положение отражает обычную практику при уступках в качестве обеспечения, согласно которой цессионарий может иметь право на получение полной суммы причитающейся дебиторской задолженности плюс проценты, причитающиеся на основании договора или норм права, однако должен отчитаться в этом и возвратить цеденту или его кредиторам любой остаток, образовавшийся после оплаты требования цессионария.

В этом пункте не повторяется ссылка на договоренность сторон об ином, которая включена во вступительную часть текста п. 1 данной статьи, поскольку право цессионария в уступленной дебиторской задолженности вытекает из договора уступки и на него в любом случае распространяется принцип автономии сторон <*>.

--------------------------------

<*> См.: Документ A/CN.9/470. С. 55.

Право на "поступления" в отношениях между цедентом и цессионарием в российском праве. Глава 24 ГК РФ не содержит развернутых положений, которые бы определяли объем и характер прав цессионария на денежные суммы, выплаченные должником во исполнение обязательства по первоначальному договору. Прямо не определяются и права на поступления в неденежной форме (например, в случаях прекращения обязательства должником путем передачи отступного цессионарию или цеденту).

Вместе с тем было бы неправильно утверждать, что характер прав цедента и цессионария в отношении имущества, переданного должником во исполнение денежного обязательства, права по которому уступлены, в российском гражданском праве не определен.

Ранее уже указывалось, что момент уступки, т.е. момент перехода имущества в виде прав требования, связан с моментом совершения акта уступки права (цессии) между первоначальным и новым кредиторами и по общему правилу не связан с моментом направления должнику или получения должником уведомления об уступке. Для должника исполнение будет считаться надлежащим, если он платит лицу, известному ему в качестве кредитора.

Если уступка в отношениях между цедентом и цессионарием была осуществлена, но должник, не получивший уведомления, исполнил обязательство цеденту (первоначальному кредитору), то последний считается получившим платеж неосновательно и новый кредитор (цессионарий) вправе истребовать полученное по иску из неосновательного обогащения. Такая ситуация рассматривалась в одном из обзоров судебной арбитражной практики.

"В соответствии с соглашением о возмездной уступке права требования банк уступил другому банку право на получение от заемщика денежных средств, предоставленных ему по договору займа.

До получения уведомления о состоявшейся уступке заемщик произвел частичное исполнение обязательств прежнему кредитору. Новый кредитор обратился к прежнему кредитору с иском о взыскании неосновательно полученных денежных средств на основании ст. 1102 ГК РФ.

При этом истец указывал, что ответчик в порядке, установленном гл. 24 ГК РФ, уступил свое право требования по договору займа истцу. По соглашению между истцом и ответчиком право считалось перешедшим к истцу с момента подписания ими договора о возмездной уступке. Свои обязательства истец выполнил и обусловленные договором суммы ответчику перечислил. Уступив права другому лицу, прежний кредитор сам утратил правовое основание для получения средств от должника-заемщика.

Поскольку права требования по обязательству перешли к новому кредитору, получение прежним кредитором от должника денежных сумм не имело правового основания. При таких условиях прежний кредитор обязан возместить стоимость полученного им лицу, за счет которого он обогатился.

Ответчик в своих возражениях ссылался на п. 3 ст. 382 ГК РФ, в соответствии с которым, если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий. В этом случае исполнение обязательства первоначальному кредитору признается исполнением надлежащему кредитору. Ответчик полагал, что новый кредитор в силу указанной нормы не вправе требовать полученное от прежнего кредитора, поскольку удовлетворение такого требования противоречит правилу о возложении риска на нового кредитора и означало бы истребование надлежаще исполненного.

Суд не согласился с доводами ответчика и удовлетворил исковые требования на основании ст. 1102 ГК РФ. При этом суд указал, что п. 3 ст. 382 ГК РФ устанавливает правило, обеспечивающее защиту интересов должника, запрещая предъявление к нему повторного требования новым кредитором.

Возложение на нового кредитора риска последствий ненаправления должнику письменного уведомления не означает освобождения прежнего кредитора от обязанности передать новому кредитору неосновательно полученное. Новый кредитор несет риск неполучения этих средств от прежнего кредитора в силу, например, неплатежеспособности последнего" <*>.

--------------------------------

<*> Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении (п. 10). Приложение к информационному письму Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 N 49 // Вестник ВАС РФ. 2000. N 3. С. 21.

Если должник после получения уведомления об уступке исполняет обязательство первоначальному кредитору, то новый кредитор, по нашему мнению, вправе по своему выбору истребовать исполненное от первоначального кредитора как неосновательно полученное либо требовать от должника надлежащего исполнения в свой адрес. Правовое обоснование требования цессионария к цеденту (первоначальному кредитору) аналогично изложенному в обзоре судебной практики.

Сказанное не исключает возможности предъявления иска из договора между цедентом и цессионарием, в котором может быть определена обязанность цедента передать полученное от должника цессионарию.

Возможность предъявления требования цессионария к должнику определяется тем, что исполнение было произведено лицу, которое уже уступило право и не является вследствие этого кредитором, о чем должник при получении уведомления узнал. Обязательство прекращается в том случае, если исполнение было надлежащим (п. 1 ст. 408 ГК РФ). При исполнении, не соответствующем условиям обязательства, обязательство не может считаться прекращенным. Надлежащий кредитор вправе требовать от должника исполнения обязательства в свой адрес <*>.

--------------------------------

<*> Давая характеристику отношениям между цедентом и должником, Д.И. Мейер указывал, что "до передачи права по обязательству отношения между ними определяются существом обязательства; по уступке же права они, собственно, прекращаются: на место цедента вступает цессионарий; а цедент выбывает из обязательства, так что ни он уже не вправе требовать совершения действия от должника, ни должник, удовлетворяя цедента, тем не освобождается от обязательства" (Мейер Д.И. Русское гражданское право. Ч. 2. С. 120).

Выделение в данной цитате положения о последствиях "выбытия" цедента из обязательства сделано с целью обратить внимание на смысл, вкладываемый российскими цивилистами в это положение. В правоприменительной практике недавнего времени это положение нередко связывалось с невозможностью уступки права по сделкам, в рамках которых цедент уступает право цессионарию, а последний обязан уплатить определенную часть полученного от должника цеденту. Указывалось, что в этих случаях цедент якобы "не выбыл" из обязательства, а лишь "изменил источник получения долга". Очевидно, однако, что в рассматриваемых сделках происходит замена лиц в обязательстве. На место первоначального кредитора в отношениях с должником становится новый кредитор, а прежний кредитор права в отношении должника утрачивает. Требование первоначального кредитора к лицу, которому было уступлено право, основано на самостоятельном обязательстве, лежащем в основе сделки уступки.

Однако этот общий подход должен применяться в конкретных ситуациях с учетом требований ст. 385 ГК РФ, которая, в частности, устанавливает право должника не исполнять обязательство новому кредитору до представления ему доказательств перехода права требования к этому лицу.

Не вызывает сомнений право должника, уплатившего новому кредитору, в описанной выше ситуации истребовать от первоначального кредитора неосновательно уплаченное.

Нет оснований для изменения этой конструкции и в том случае, когда была произведена замена исполнения и вместо денег, являвшихся предметом первоначального обязательства, было передано другое имущество.

В современном российском праве вопрос о правах на поступления наиболее детально урегулирован применительно к отношениям по залогу прав требования.

В целом можно констатировать, что права цессионария на поступления от уступленной ему дебиторской задолженности в отношении цедента носят личный характер и их защита обеспечивается по правилам об обязательствах. В связи с недостаточной разработкой проблем, связанных с правами цессионария на поступления, эти вопросы необходимо детально урегулировать в соглашении с цедентом.

Права на поступления в отношениях по финансированию под уступку денежного требования. Положения гл. 43 ГК РФ не изменили общей конструкции прав цессионария на имущество, передаваемое должником в качестве исполнения по уступленному требованию. Вместе с тем положения указанной главы более подробно регламентируют права цессионария (финансового агента) на полученные от должника суммы, с учетом характера договора между финансовым агентом и клиентом (цедентом).

Статья 831 ГК РФ устанавливает, что, если по условиям договора финансирования под уступку денежного требования финансирование клиента осуществляется путем покупки у него этого требования финансовым агентом, последний приобретает право на все суммы, которые он получит от должника во исполнение требования, а клиент не несет ответственности перед финансовым агентом за то, что полученные им суммы оказались меньше цены, за которую агент приобрел требование.

Если уступка денежного требования финансовому агенту осуществлена в целях обеспечения исполнения ему обязательства клиента и договором финансирования не предусмотрено иное, финансовый агент обязан представить отчет клиенту и передать ему сумму, превышающую сумму долга клиента, обеспеченного уступкой требования. Если денежные средства, полученные финансовым агентом от должника, оказались меньше суммы долга клиента финансовому агенту, обеспеченного уступкой требования, клиент остается ответственным перед финансовым агентом за остаток долга.

<< | >>
Источник: Л.А. НОВОСЕЛОВА. СДЕЛКИ УСТУПКИ ПРАВА (ТРЕБОВАНИЯ) В КОММЕРЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ. ФАКТОРИНГ. М.: Статут, - 494 c.. 2003

Еще по теме 12.6. Право цессионария на платеж. Право цессионария на полученное от должника:

  1. ЦЕССИЯ СВЯЗАННЫХ С ОБЪЕКТОМ ПРАВ И МЕЖДУНАРОДНЫХ ГАРАНТИЙ; ПРАВА СУБРОГАЦИИ
  2. 2. Права и обязанности взыскателя и должника
  3. 9.2. Уступка права требования
  4. 1.7.1. Право граждан на получение информации, связанной с выборами
  5. Осуществление прав из ценной бумаги представителем легитимируемого субъекта
  6. 4. Право акционеров на получение стоимости акций. Другие возможные права
  7. § 7. Злоупотребление правом на предъявление иска
  8. 3.2. Договоры, на основании которых совершается передача права требования
  9. 11.4. Момент и порядок перехода будущего права цессионарию
  10. 12.6. Право цессионария на платеж. Право цессионария на полученное от должника
  11. Право цессионария на платеж. Права цессионария на поступления от дебиторской задолженности
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -