<<
>>

Сокращение протогенетического интервала

В послевоенный период в России не только снизился средний возраст невесты, но уменьшился и протогенетический интервал — средняя продолжительность брака при рождении первенца.

В таблице 12.6 представлена оценка среднего протогенетического интервала для поколений женщин, вступивших в первый брак в 1925-1993 годах (т.е. для всех женщин, родившихся с начала века и примерно до 1970 года).

Таблица 12.6. Протогенетический интервал для когорт россиянок, вступивших в брак в 1925-1989 годах, годы Годы вступления Протогенетический Годы вступления Протогенетиче в первый брак интервал в первый брак интервал 1925-1929 2 30 1980-1984 1,35 1930-1934 2 18 1985 1,27 1935-1939 1 93 1986 1,23 1940-1944 2 28 1987 1,19 1945-1949 1 93 1988 1,13 1950-1954 1 88 1989 1,11 1955-1959 1 69 1985-1989 1,19 1960-1964 1 74 1965-1969 1 61 1970-1974 1 51 1975-1979 1 38 Источники: Сифман 1974: 147; неопубликованные данные микропереписи 1994 года; интерполяционные расчеты С. Захарова.

Для второй половины XIX века с ее традиционной моделью рождаемости средний протогенетический интервал можно оценить примерно в 2-2,5 года. С небольшой вариацией этот показатель продолжал оставаться на прежнем уровне вплоть до начала 1950-х годов. Затем в течение четырех десятилетий протогенетический интервал непрерывно уменьшался, достигнув і года к концу 1980-х и полугода (!) к середине 1990-х годов. Столь высокая скорость появления на свет первенца объясняется широким распространением, особенно среди молодых женщин, добрачных зачатий, реализовывающихся в рождениях уже после регистрации браков — так называемых браков «вдогонку» или «стимулированных», «вынужденных» браков.

Распространение подобных браков в России имело, видимо, те же причины, что и на Западе. Снижение возраста сексуального дебюта, особенно для городских женщин (Broderic, Fowler 1961: 27-30), омоложение брачности, произошедшие в послевоенное время, существенно 191

увеличили период времени, когда женщина рискует забеременеть, и, соответственно, число незапланированных беременностей до брака, в браке и вне брака.

Так как люди следовали традиции, значительная часть незапланированных добрачных беременностей реализовывалась далее в «нежеланных», «ненамеренных» рождениях и стимулированных браках, повышая конфликтность во взаимоотношениях между партнерами, стимулируя разводы и т.п. По оценке американских специалистов,

20% всех первенцев в США в то время были зачаты до брака (в самых молодых возрастных группах, естественно, еще выше). От трети до половины ранних браков заключалось при наличии добрачной беременности, а на долю молодежи до 25 лет приходилось свыше половины всех детей рожденных вне брака (Nye, Berardo 1973: 207-208, 231). В середине 1960-х годов среди всех заключенных браков браки, стимулированные добрачными зачатиями (dependent marriages), составляли во Франции, в Западной Германии и Швейцарии 25-30% (Bourgeois-Pichat 1986: 15-19). О том, что большая часть добрачных беременностей прикрывалась скоропалительным браком и ребенок со статистической точки зрения рождался как «брачный», свидетельствует динамика доли внебрачных рождений в общем числе зарегистрированных рождений. Этот показатель, оставаясь низким, демонстрировал едва заметное увеличение в развитых странах вплоть до середины 1960-х годов, несмотря на существенное снижение возраста сексуального дебюта. Только затем наступил перелом, и внебрачная рождаемость в большинстве развитых стран начала быстро расти по мере увеличения брачного возраста и разворачивания нового витка снижения рождаемости.

Американский демограф Н. Райдер разработал специальную статистико-демографическую модель, позволяющую оценить, какую долю в рождениях детей каждой очередности занимают ненамеренные/нежеланные (unintended) рождения3. Согласно его расчетам,

30% общего прироста итоговой рождаемости реальных поколений в США за период «бэби-бума» было обеспечено приростом нежеланных рождений. При этом рост вероятности третьих по счету рождений был преимущественно связан с ненамеренными рождениями (вероятность рождения четвертых и последующих детей продолжала неуклонно снижаться от поколения к поколению и в период «бэби-бума») (Ryder 1982; Ryder 1986).

Если бы планирование семьи в то время в американских семьях было более эффективным и рождались бы только желанные дети, распределение женщин, родившихся между 1901-1905 и 1931-1935 годами, по числу рожденных ими детей оказалось бы существенно более смещенными в сторону низких порядков рождений (1-2 ребенка) по сравнению с фактически наблюдаемыми распределениями (табл. 12.7).

Браки «вдогонку» быстро распространялись и в России. Первым среди отечественных специалистов обратил внимание на этот феномен М. Тольц, который провел специальную разработку актов о рождении в г. Перми за 1966 год. Анализ показал, что 67,9% всех рождений (первых и последующих) у матерей в возрасте до 20 лет и 34,9% — в возрасте 20-24 года были следствием добрачных зачатий (Тольц 1974: 48). Позднее по той же методике была проведена разработка данных 192 в г. Ленинграде (1970), показавшая сходные результаты — 64,5%

и 37,3% для тех же возрастных групп женщин (Миняев, Поляков 1979: 48). Спустя 15 лет М. Тольц повторил свое исследование в Перми и показал, что за истекшее время доля добрачных зачатий увеличилась (Тольц, Оберг 1983: 121). Среди первенцев доля добрачных зачатий, реализовавшихся в рождениях в первые 8 месяцев после регистрации брака, существенно выросла, наиболее значительно — у самых молодых женщин (табл. 12.8). Интересно, что при этом сократилась доля первенцев, зачатых и успевших родиться до регистрации брака с отцом ребенка. Юридическое «прикрытие» ускоренным браком добрачной беременности усилилось у женщин всех возрастов, на что, вероятно, повлияло упрощение процедуры регистрации и расторжения брака в результате изменений законодательства в 1968-1969 годах (Тольц 1986: 44). «Вместе с тем. значительная часть пар откладывает регистрацию брака и только перспектива появления ребенка побуждает их к его оформлению. Распространение добрачных зачатий снижает возраст вступления в первый брак», — писал М. Тольц (Там же, 44).

Таблица 12.7. Распределение женщин 1901-1905 и 1931-1935 годов рождения

по числу фактически рожденных детей и по числу детей,

которые были бы рождены при эффективном планировании семьи, США, % Годы рождения женщин Женщины с числом рождений 0-1 2 З и более Фактическое распределение 1901-1905 35 22 43 1931-1935 16 22 62 Гипотетическое распределение* 1901-1905 53 19 28 1931-1935 23 32 45 * При условии, если бы внутрисемейный контроль рождаемости был эффективным.

Источник: Ryder 1986: 635.

Пермь, 1966 Пермь, 1981 Москва, 1995 Пермь, 1966 Пермь, 1981 18-19 46,5 65,5 44,7 9,5 1,5 20-24 28,0 36,7 25,1 4,4 0,6 25-29 19,7 26,1 19,0 6,1 0,4 30-34 20,4 28,6 21,5 12,6 0,3 35 и старше 25,9 24,0 23,8 16,7 - Таблица 12.8.

Доля зачатых до брака среди первенцев, родившихся в браке, Пермь, 1966 и 1981, и Москва, 1995, %

Возраст

матери

Рождения в первые 8 месяцев брака

Рождения до регистрации брака

Источники: Тольц 1986: 44 (Пермь); неопубликованные расчеты Е. Ивановой (Москва).

Данные, полученные Е. Ивановой в результате сплошной разработки актов о рождении в Москве за 1995 год, дают основание предполагать, что хотя доля добрачных зачатий и остается высокой, тенденция к ее повышению, видимо, исчерпала себя: доля добрачных зачатий, реализовавшихся в рождениях в первые 8 месяцев брака у женщин в возрасте до 20 лет составила 44,7%, а у 20-24-летних — 25,1%. К сожалению, у нас отсутствуют сведения о Москве за более ранний период, а о Перми и Петербурге, наоборот, за 1990-е годы. И все же, располагая и другими косвенными признаками, о которых пойдет речь ниже, можно предположить, что перелом тенденции к омоложению рождаемости

и брачности в России произошел именно в середине 1990-х годов. 193

Таким образом, фактор быстрого распространения добрачных зачатий в молодежной среде, по всей видимости, сыграл едва ли не решающую роль в наблюдавшемся в 1960-1990-х годах снижении возраста вступления в регистрируемый брак в России, в условиях, когда для значительной части молодежи была характерна ориентация на брак не с целью создания семьи, а с целью узаконивания сексуальных отношений, так как ни моральные соображения, ни материальные условия не позволяли молодым людям сожительствовать до брака (что, вероятно, было одной из наиболее существенных черт, отличавших поведение молодежи в СССР от ее поведения в странах Запада) (Гурко, Игнатова 1997: 51).

В свою очередь, распространение добрачных зачатий означает не что иное, как расширение в юном возрасте практики сексуальных отношений, изначально не связанных с браком и рождением детей. Как показывали локальные выборочные обследования (Голод 1996; Бочарова 1994: 98-107; Червяков 1995: 25-28; Денисенко, Далла-Зуанна 1999), возраст сексуального дебюта имел тенденцию к снижению в России все 1960-е и 1970-е годы, а последнее ускорение этого процесса произошло в начале 1990-х годов.

Данная тенденция, ее социальный контекст и последствия достаточно полно освещены И. Коном (Кон 1997: 262-264, 280-298, 299-312). Повышение добрачной сексуальной активности в России, в отличие от западных стран, переживших в те же годы контрацептивную революцию, было не обеспечено эффективной контрацептивной защитой, отсюда — массовое распространение незапланированных беременностей, нередко заканчивающихся в молодом возрасте и криминальными абортами (Шнейдерман 1991: 122), и рождениями нежеланных детей.

Итак, за снижением возраста вступления в брак и снижением возраста матери при рождении первого ребенка (а соответственно, и материнства в целом), произошедшим в 1960-1980-х годах, стоит одна и та же главная причина — изменение добрачного сексуального поведения молодежи, и, в первую очередь, снижение возраста сексуального дебюта у девушек на фоне низкой эффективности используемых контрацептивных средств и низкой культуры в области планирования семьи в России вообще4. Снижение возраста сексуального дебюта в среднем на 2-3 года оказалось достаточным, что уменьшить средний возраст матери при рождении первого ребенка на 1,5-2 года. М. Тольц писал 30 лет назад:

«Переход к широкому применению высокоэффективных и простых в употреблении гормональных контрацептивов, может быть, явится фактором, повышающим как брачный возраст (для женщины), так и возраст при рождении первого ребенка. Преждевременное наступление беременности уже не будет стимулировать более раннее вступление в брак в тех случаях, когда оно откладывается молодыми людьми. Эту возможную тенденцию следует принимать во внимание при составлении прогнозов рождаемости и брачности» (Тольц 1974: 52). Как показала практика, условия для реализации этого прогноза появились лишь во второй половине 1990-х годов.

<< | >>
Источник: Вишневский А.Г.. Демографическая модернизация России М.: Новое издательство,. — 608 с. — (Новая история).. 2006

Еще по теме Сокращение протогенетического интервала:

  1. Сокращение протогенетического интервала