Задать вопрос юристу

За что Ельцин снял министра Баранникова

КГБ и МВД всегда контролировали до мелочей всю деятельность преступного мира, заботливо пестовали воровские авторитеты. Автор подробно рассказывает о конкурентных разборках различных кланов всемогущей госбезопасности, которые и «ядерную кнопку»’президента России контролируют, и самого президента опекают, информируют и пр., а также вовсю занимаются всеми видами рэкета, насилия и теневой экономики.
Министра Баранникова не Ельцин снял, а коллеги-соперники самого министра, нарушившего правила игры — не то сказал, не на того руку поднял. Органы наши всегда много бдели и немного подворовывали. Теперь КГБ — МБР и МВД подвигли отечественный преступный мир на удесятерение темпов грабежей в масштабах России, СНГ и тех стран, где есть колонии советских эмигрантов. Администрации 88 российских республик, краев и областей одна за другой отказываются платить налоги московскому центру. Нет власти у президента, армии, парламента и правительства, а у органов наших есть. Потому что очень энергичные люди КГБ и подчиненного ему МВД олицетворяют собой теневую экономику России, командуют таможней, погранвойсками, правительственной связью, сыском, разведкой и т.д. Все отечественные нувориши заработали свои личные миллионы долларов с чьего-то милостивого разрешения; налоги государству богачи, может, и не платят, но избежать поборов рэкета у нас еще никому не удавалось. И еще: Российское государство стало «прачкой» для отмывания денег зарубежной наркомафии. «Продается министерство безопасности. Липкие руки, пустое сердце, глупая голова» — этот заголовок А. Минкина из «Московского комсомольца» (21.09.1993) подтверждает незыблемое правило совковой жизни. Поверженного врага топчут с удовольствием, тем более, что милицию и госбезопасность побаиваются и ненавидят в России. В. Баранников, уволенный летом 1993 года с поста министра МБ(КГБ), незадолго до того занимал пост главы МВД. Не желая объяснять действительные причины отставки Баранникова, президентская администрация подкидывала в прессу мелкий компромат на переметнувшихся на сторону Хасбулатова бывших демократов — Руцкого, Дунаева (МВД), Степанкова (Генеральная прокуратура), да и самого Баранникова. Смотря на фотографии упомянутых деятелей и их оппонентов (вице-премьер Шумейко, мелкий авантюрист из КГБ Якубовский, журналист Караулов, министр МВД Ерин, новый министр МБ Голушко), слушая их по телевизору и читая интервью с ними в прессе, испытываешь постоянное чувство стыда, что Россией управляют такие серые личности, ничтожества. Ерин после октябрьского путча заявил, что получил высшую награду России из рук президента за «четкую, профессионально грамотную работу» («Подмосковные известия», 10.11.1993). Прокурор Москвы Геннадий Пономарев, наоборот, считал, что милиция Москвы продемонстрировала 3 — 4 октября преступное бездействие, невыполнение своих прямых обязанностей; свезенный в Москву со всех концов России ОМОН вместе с местными силами милиции в полном смысле слова предали столицу огню и мечу. Милиция своими систематическими нарушениями прав человека превратилась в дестабилизирующий фактор общества. Милиция и госбезопасность сделали 3 октября 1993 года все от них зависящее, чтобы путчисты почти захватили столицу — у милиции «вдруг» ни слезоточивых газов не оказалось, ни ружей с резиновыми пулями, ни водометов, ни оружия. ОМОН перед натиском толпы покорно сдал ей свои щиты и дубинки, автобусы и грузовики и бежал. С середины 3 октября по середину четвертого октября милиция была заперта по своим казармам и участкам и выползла на улицы Москвы только с приходом войск и взятием ими Белого дома. А ведь у нас в России милиция не простая: обычных милиционеров, если они не справляются, поддерживает ОМОН. Когда и этого мало, вызываются регулярные войсковые части МВД. И наконец, есть элита элит МВД — войска спецназа. Но руководство МВД в самый пик путча на целых 24 часа самоустранилось от управления. «Эти суки вновь нас предали — подставили, а сами залегли в кусты, выжидая: чья возьмет!» — сказал офицер милиции корреспонденту журнала «Столица» (№47, 1993). Вооруженные боевики фашиста Баркашова и десятки офицеров из армии Приднестровской республики благополучно смылись, а тысячи ни в чем не повинных людей под шумок чрезвычайного положения заполнили все московские тюрьмы и КПЗ. Естественно, что задержанные спустя сутки отпускались на волю с абсолютно пустыми карманами, а на их место привозили новые партии «богатеньких», которые сразу после обыска становились бедными. Тех, кто протестовал против такого объема отъема денег, били нещадно, женщин, естественно, насиловали. Потом, когда Москва заголосила, милиция стала ссылаться на распущенность иногороднего ОМОНа. Авторитет государственной власти пал. Все понимали, что Голушко и Ерина наградили в Кремле или за неисполнение закона, или заискивая перед ними. Московские газеты (которые дальше Садового кольца не распространяются), не телевидение, заголосили, что неплохо бы Ельцину провести наконец чистку в армии, МВД, органах безопасности, судах и прокуратуре («Московский комсомолец», 16.10.1993; «Сегодня», 23.10.1993). Не в том виновен Баранников, что супруга его с женой Дунаева ездили в Швейцарию на деньги Якубовского и привезли оттуда 21 чемодан «подарков» на сотню тысяч долларов. Не потому не нравится нам Дунаев, что привозил из Калининграда военным самолетом тонны (I) янтарных украшений на перепродажу, а шеф МБ Голушко все свои чины заработал на преследовании диссидентов. А потому, что благодаря этим офицерам слово «мафия» стало в мире таким же символом России, как «водка», «медведь», «балалайка». Мы уж было подумали, что избавились от ГУЛАГа, пережили страшное время. АН нет, лучше не стало. МВД — КГБ все так ловко устроили, что зоной стало все СНГ. Как и в ГУЛАГе, порядки теперь в России напоминают дедовщину в армии или тюремный, лагерный беспредел для бедных и слабых. Всем заправляют урки (паханы, «воры в законе», респектабельные мафиози) с армией жестко подчиненных им сотрудников. При такой организации дела администрации (милиция, ГБ) остается только наблюдать за событиями, инструктировать урок и получать собранный ими оброк. В итоге налогоплательщика обирают дважды — приходится содержать органы правопорядка и переплачивать уголовно-торговому люду. Российские средства информации охотно наживают свою копейку за рекламирование всех власть имущих; и никогда не позволят себе назвать ГБ — МВД организаторами преступности в России. «Воров в законе» и известных мафиози называют в прессе по фамилиям только после их смерти или в силу форсмажорных политических обстоятельств. Чтобы запугать публику и выбить из Кремля дополнительные бюджетные вливания, милиция охотно твердит о небывалом росте преступности. Преступный мир в свою очередь в поисках паблисити охотно платит за красочность описания в кино и в газетах их влияния и абсолютной безнаказанности. Сотрудник милиции опишет журналисту схему получения доходов тех или иных дельцов, но без указания имен и адресов. Ужас в том, что государство возложило на уголовный мир и теневую экономику бремя по содержанию (неофициально, конечно) наших «правоохранительных» органов. Соответственно милиция и суды, ГБ и прокуроры кровно заинтересованы в том, чтобы жить не среди законнопослушных граждан, а контролировать растущий и богатеющий уголовный люд. Честный (он же бедный) не даст ведь взятку. При Горбачеве — Ельцине сажать чуть меньше стали — что человек в тюрьме заработает? А на воле, да под хорошим присмотром, вор этот так развернется, что все его контролеры сыты будут. Идет у нас процесс перераспределения собственности в условиях практически полного отсутствия судебных и законодательных структур. Все судьи-прокуроры, офицеры милиции и безопасности автоматически имеют от сделок с собственностью свой неофициальный процент. Рэкетир (20-летний качок) с коммерческого киоска дань собирает, милиция интересуется крупными коммерческими структурами и тоже как всегда предпочитает действовать при посредничестве уголовных элементов. Система теневой экономики в России налажена с конца 50-х годов так масштабно и хорошо, что незнакомому с ее практикой честному человеку — многие считают — лучше и не пытаться занимать административные высокие посты. Только дров наломает (Дудаев, Эльчибей, Гамсахурдиа). В России большой прохиндей, как Робин Гуд, всем нужен. Почему в Молдавии военные действия кончились? Да потому, что наш бывший соотечественник швейцарец Борис Бирш- тейн купил бывшие интуристовские гостиницы в Кишиневе и из-за войны прогорал; посему он посадил в свой самолет Руцкого и Баранникова и свозил их в Кишинев и Тирасполь на переговоры — в Приднестровье воцарился мир, и прибыли Бирштейна были спасены. И мятежная независимая» Чечня тоже кому-то очень нужна в России, но уже для других целей. «К осени 1991 года чеченцы активно доставляли оружие различным группировкам бывшей Югославии», — говорится в специальном докладе для Конгресса США («Литературная газета», 20.10.1993). Находящийся под контролем преступных группировок рынок города Грозный, продолжают эксперты, превратился в центр и биржу реализации крупных партий оружия, предназначенного на экспорт. В Чечне выпускается автомат «Узи» (копия израильской модели), и его постоянно обнаруживают то в Германии у местных криминальных банд, то в Боснии и Герцеговине. Грозный — единственное место в России, куда вот уже три года можно прилететь без визы в паспорте (или вообще без паспорта) и из Москвы, и из Стамбула. Генерал Дудаев патронирует нелегальный вывоз из России ядерных материалов в крупных количествах для радикальных стран, особенно на Ближнем Востоке, пишут эксперты американского доклада. Турки с дудаевским окружением дружат, так же как и Иран, Судан, Афганистан, Пакистан, Ливия, Алжир и. Татарстан. Чеченцы вербуют татар и башкир для банковских афер на тер ритории этих республик и в Казахстане, а также для «военных операций» в Таджикистане. Военно-кагэбистские круги России сомкнулись с Татарстаном (подпольные армейские арсеналы оружия), с деятелями ЯОК и местными властями, с Чечней (беспрепятственный и бестаможенный авиакоридор на Ближний Восток, в Турцию и на Балканы через Грузию или Абхазию), с Болгарией (где много сотрудников бывших спецслужб), с югославским и итальянским криминальным миром. На территории Хорватии и в других точках Западной Европы, по данным американских экспертов, находятся склады для ядерных материалов, привозимых с территории стран СНГ. В Германию привозят образцы и техническую документацию, в тамошних финансовых центрах и сделки совершаются под наблюдением итальянской мафии. Радикальные исламские государства снабжают итальянских посредников наркотиками и фальшивыми долларами в уплату за ядерные материалы. Цепочку Чечня — Балканы создали по мере выхода советских войск из Германии и Польши. В 1922 году польские агенты «неоднократно предпринимали попытки», говорится в тексте доклада, «перехватить ядерные боеголовки за пределами Легницы, главной базы Советского Союза на юго-западе Польши». В начале 1993 года, продолжают эксперты, «мафия предложила 9 атомных бомб странам Ближнего Востока». Все это похоже на правду, так как средней руки «специалист» из КГБ или ГРУ мог легко организовать доставку сотен тонн груза через российские военные аэродромы в Польше, Германии и России без вмешательства каких-либо таможенных служб. То же самое и воинскими эшелонами. Журналист Юрий Щекочихин, опубликовавший в своей газете цитируемый доклад для конгресса США экспертов Йозеффа Боданского и Вон С. Форреста от 7 июля 1993 года, напоминает, что ядерные материалы сегодня являются одним из самых главных источников преступных доходов. Но об этом, как правило, российская пресса молчит, так как наши официальные лица (Минатом, таможня, МБ) возмущаются и считают публикации западной печати на данную тему враждебной пропагандой. Безработные сотрудники спецслужб Болгарии и бывших ГДР, Югославии и СССР потенциально опасны, как конструкторы сейфовых замков, носители технологий изготовления бумажных денег, классные боксеры и каратисты, знатоки ядов, военные шифровальщики и т.д. Такого рода специалистов должно быть как можно меньше, они ни в коем случае не должны оказываться в оппозиции, в подполье, на положении изгоев. В вышеперечисленных странах большинство лиц, служивших бывшему КГБ СССР, передали свое ноу-хау, свои тайные связи и информацию на службы преступному миру и красно-коричневой оппозиции. В Германии к началу 1993 года полиция раскрыла более 120 случаев контрабанды радиоактивных материалов из стран СНГ, а в России на каждый раскрытый такой случай приходится 10 вполне успешных для преступников акций. Новая война против Запада началась, что ли? Как распался СССР, так и пошел по нарастающей тайный ядерный экспорт. Пал «железный занавес», и имеющие опыт общения с иностранцами деятели КГБ стали инструкторами российской мафии, бросившейся на захват иностранных рынков со своими дешевыми наркотиками из Средней Азии и Афганистана, таким же дармовым (краденым) ядерным оружием. «Новым средством транзита афганского опиума стала военнотранспортная авиация российских войск, базирующихся в Таджикистане», — писали «Московские новости» (12.09.1993). Газета указывала на любопытное совпадение в цифрах международного центра по борьбе с наркотиками: в разгар афганской войны было произведено в Афганистане в 1988 году до 750 тонн опиума, а в 1989 — 1990 годах, после вывода советских войск, производство упало до 415 тонн в год. С обострением конфликта в Таджикистане цифры снова стали расти: 1991 год — 570 тонн, 1992 год — 640 тонн. Мы можем гордиться — цены на наркотики в Таджикистане, Киргизии, Узбекистане из разряда самых низких в мире. И заготавливают здесь опиумный мак и коноплю практически официально. Иначе здесь половина населения с голода вымрет. А в России распространением наркотиков занимаются в основном азербайджанцы, под легальным прикрытием торговли овощами и фруктами. И цены у них оттого высокие, запредельные, что заинтересованы они сбывать не ананасы и помидоры, а совсем другой товар. Чем еще в СНГ торгуют? Советскими паспортами — газета «Век» (№ 34, 1993) утверждает, что число паспортов, выданных в Аджарии, намного превышает население этой республики. Иностранцы в городах Закавказья и Кавказа приобретают у милиции за взятки паспорта с эмблемой СССР на обложке (российского герба еще нет) и спокойно разъезжают по всему СНГ. И российскими консульскими визами тоже вовсю торгуют. Только в Москве нелегально проживает около 100 тысяч иностранцев. Половина из них — китайцы, занятые бизнесом. Остальные — в основном беженцы, по подложным документам попавшие в Россию и мечтающие продолжить свой путь куда-нибудь на Запад (африканцы, иракцы и т.д.). Теперь понятно, почему честных журналистов в России отстреливают еще больше, чем банкиров? Встретились английские журналисты в Чечне с коллегой Дмитрием Григорьянцем, пишущим для московской газеты «Экспресс-хроника». Поговорили час без свидетелей, а наутро после отъезда англичан Д. Григорьянца рас стреляли на глазах его матери («Комсомольская правда», 1.10.1993) . Естественно, погибший журналист рассказывал опытным репортерам-расследователям не только то, что парк легковых автомашин Чечни практически весь состоит из похищенных в СНГ и в Европе. Москва и Грозный официально друг друга не очень любят. Дудаев, первый чеченец, получивший в армии СССР звание генерала (значит, КГБ и ГРУ доверяли ему беспредельно?), считает сегодня, что Россия является причиной всех войн, с помощью своих солдат поддерживает то Армению, то Азербайджан, ведет такую же грубую игру в грузино-абхазской войне, стравливает осетин и ингушей, подстраивает ловушку гражданской войны для таджиков, для жителей Боснии и Герцеговины» (Из интервью турецкой газете «Миллиет», перепечатанного в «Труде», 1.10.1993). И далее Дудаев отвечает на вопрос: правда ли, что приводные ремни московской экономики перешли в руки чеченцев? Действительно, такое влияние у нас есть. Однако нельзя не учитывать следующего: русские — грубые, нерасторопные люди. Деловые успехи чеченцев устраивают и русских. Сейчас в Москве собрались не только чеченцы, но и мафия со всего мира. В Москве собрались все грабители и спекулянты, какие только были в бывших советских республиках. Ничем не отличаются от них и живущие там руководители. Они занимаются скупкой, воровством, торговлей. На этом фоне немного выделяются чеченцы. И это устраивает русских. Всю свою вину они возлагают на чеченскую мафию. А в принципе наша мафия — хорошая!» Дудаев также считает, что, «пока все мусульманские государства, объединившись, не разобьют голову этой змее (Имперская Россия. — Г,В.), ни для нас (для Чечни. — Г.В.), ни для других мусульманских стран будущего нет». Другой президент, в соседней с Чечней Калмыкии, очень богатый Кирсан Илюмжинов (который стремился тесно дружить капиталами со всеми, даже с Руцким), считает, что мафиозные структуры в нашей бывшей «Совдепии» создавались не столько по криминальной наклонности, но из насущной необходимости — чтобы выжить в условиях, непригодных для жизни. Этот Кирсан у себя в Калмыкии за первый же месяц власти разогнал Советы, парламент и госбезопасность, но сумел не нажить себе врагов — со всеми сумел договориться. Вот бы нашему Ельцину такие способности. Валерий Неверов (глава нефтеконцерна «Гермес») тоже считает, что не только коммунисты, но и демократы сделали все, чтобы «случилось худшее — значительная часть экономики России выдавлена в теневой бизнес» («Россия», 13.10.1993). Неверов еще добавляет, что «российская экономика до сих пор не протянула ноги отчасти и потому, что существует как бы отдельно от директив пра вительства». Выгодно это только ГБ — МВД, которые по собственной инициативе или по рекомендации номенклатурных чинов могут любого человека посадить за решетку или просто взять за горло. В России начала 1994 года еще выносили приговоры по уголовному кодексу от 1961 года; столь же устаревшими (против частной собственности и прав человека) были и уголовно-процессуальный кодекс и кодекс исполнения наказаний. В 1993 году в тюрьмах России отбывали срок тысячи заключенных за проступки хозяйственного толка (спекуляция, операции с валютой и т.д.), за что уже нынешние суды не преследуют. Сидят уже по многу лет не только мелкие жулики, но и шабашники-строители, промысловики и огородники, предприниматели-цеховики, снабженцы, посредники, не говоря уже о «несунах», которые нередко выносили то, что на предприятиях и стройках гноили и сжигали. Ни один предприниматель не может сегодня в России обойтись без неучтенных договорных отношений, а значит, любого из них, неудобного или непокорного, можно осудить за «взятку». У нас не только Общество защиты осужденных хозяйственников есть. Но и религиозно-благотворительная община «Братство заключенных» образовалась, которую охотно поддержали бы на политических выборах 30 миллионов бывших заключенных в России, не считая еще одного миллиона, который сейчас сидит. Каждый третий взрослый россиянин из ныне живущих когда-то сидел или был подвергнут судебным репрессиям. Самая массовая политическая партия в России — бывшие зэки. Каждый год около миллиона человек выходит из мест заключения, и почти столько же ежегодно по приговорам судов отправляются «туда». Множество людей осуждают несправедливо. Но еще большее число людей становятся просто бомжами после отсидки, если они были одиноки или от них отказалась семья, то былое жилье для них потеряно навсегда, а вместе с ним и знаменитая советская прописка, работа, медобслужива- ние и т.д. Просидев год-другой, человек вычеркивается из жизни навсегда. И все законно получается, некого винить, ни одна официальная инстанция человеку не поможет. Он снова отправится в ГУЛАГ, где очень нужны рабочие руки — правда, с 1993 года и среди зэков в трудовых лагерях повальная безработица началась. Странные у нас законы: уникальный вор-одиночка, ограбивший в Москве более ста квартир за 4 года получает по приговору от трех до пяти лет, т.е. столько же, как если бы он попался на первой краже. Фермер, вскрывший в собственной машине свою же банку консервов самодельным ножом в деревянных ножнах, уволакивается милицией и через несколько месяцев (!) отпускается на свободу в здании суда после оглашения приговора — 3,5 месяца заключения условно. Оказывается, на какие-то виды ножей разрешение надо иметь. Подрался пьяный в метро с кем-то, милиционер начал их разнимать, а пьяный с него фуражку сорвал: все, за сопротивление работнику милиции большой срок дают. Водитель автобуса дома, в подпитии полез к соседке по дому целоваться. Она его стукнула, он ее. Она привела милицию и за попытку изнасилования ему дали три года тюрьмы (а у него, разведенного, на руках остался парализованный ребенок, которого помогала воспитывать бывшая теща). И таких зэков, ставших ими в первый раз, т.е. и не преступников вовсе, до 90 процентов набирается в колониях, тюрьмах, следственных изоляторах. Специалисты считают, что до 20 процентов осужденных вообще получили свои сроки ни за что (из интервью бывшего замначальника Главного управления по исправительным делам МВД РФ Евгения Журавлева журналу «Огонек», № 39, сентябрь 1993). Условия содержания заключенных у нас незавидные, здоровым оттуда уже не выйдешь. В нашем ГУЛАГе смертность от туберкулеза в среднем в 10 раз, а заболеваемость в 17 раз выше, чем в среднем по России — это официальные данные («Российские вести», № 225, 1993). Право зэка на медицинскую помощь фактически не реализуется — нет врачей, нет лекарств, ужасное питание, нет овощей (витаминов), ужасны условия проживания и т.д. Денег у МВД, естественно, становится все меньше из-за общего спада производства, и если большинство тюрем-колоний не закрыть (а закрывать их никто не собирается), то они будут продолжать плодить новые миллионы инвалидов и рецидивистов. Места заключений — манна небесная для тех, кто их охраняет. А еще при Сталине эти зоны всю страну кормили, великие стройки коммунизма поднимали и при Хрущеве — Горбачеве. Медицинские работники в местах заключения не должны быть в подчинении МВД. И хватит сажать людей за малейшие провинности, пусть штрафы государству платят, а не вскармливают бонз МВД ценой рабского труда и собственного здоровья. Коммунизм ведь вроде кончился, а любое, даже мимолетное, касание темы о местах заключения вызывает у нормальных россиян содрогание и стыд — не по-человечески живем, так содержать людей и так издеваться, как это делают в наших зонах паханы и администрация, нельзя. Мы, оказывается, столь бедны, что не можем отказаться от смертной казни: нет возможности содержать 500 осужденных (это данные сентября 1993 года) пожизненно. Наш ГУЛАГ губит сегодня молодых солдат и вообще весь обслуживающий персонал, вольнонаемных работников, которые вынуждены жить бок о бок с заключенными, для которых государство делает все возможное для того, чтобы унизить их, растоптать физически и морально. На волю выползают все новые миллионы зэков, и вот уже весь российский народ перенимает жаргон и повадки, мораль (отсутствие морали) тюремного барака — в школе и в армии, на улице и в колхозе именно эти бывшие зэки воспитывают молодежь по своему образу и подобию. Эти же зэки с подорванным здоровьем в армии или в лагере, детей потом на свет производят. Нация вырождается сегодня для того, чтобы тысячи функционеров в милицейских погонах наживались на сотнях тысячах зэков? И красно-коричневые или демократы смеют после этого говорить о любви к русскому народу. Людей надо отпускать под залог, обществу от этого лучше будет. У нас в доме отдыха живешь за 15 долларов в сутки и то потом изжогой страдаешь от ужасной пищи, а зэку на еду и трети доллара не отпускают в день. Упал подъемный кран в России — крановщика слегка наказывают, но если случились жертвы крановщика сажают надолго. Не выгоняют с работы, не присуждают его к пожизненным выплатам, нет, а почему? У вора не конфискуют имущество, а тоже сажают. Вот и растет в России поколение, способное продать собственного младенца за бутылку первому встречному. У нас сейчас ежегодно более двух тысяч детей кончают жизнь самоубийством, 50 тысяч маленьких россиян уходят из семьи. Из-за резкого обнищания масс растет число беспризорников. Специалисты говорят, что, вот когда лет через пять — семь эти бездомные сегодня дети подрастут, вот тогда и наступит настоящий рост преступности. Что же мы, так и не будем строить детские приюты, а будем отстреливать беспризорников, как это делалось ЧК при Ленине, и как это делают сегодня полицейские в Бразилии? Низкий, падающий уровень жизни самой милиции вкупе с общим настроем общества толкает человека в погонах не только на мелкое вымогательство. Следователь по особо важным делам Прокуратуры СССР Владимир Калиниченко (ныне заместитель председателя Московского межрегионального коммерческого банка) рассказывал в газете «Мегаполис-Экспресс» (18.08.1993), как он расследовал убийство на станции метро «Ждановская» работника КГБ: «Результат был ошеломляющий — выяснилось, что работники милиции на Московском метрополитене убивали, насиловали, грабили; и совершал подобные преступления практически весь личный состав этой милиции». МВД давно уже стало в России разновидностью преступной общины. В ужасном сне только нашей милиции может присниться, что с коррупцией (взятками) и с торгово-мафиозным разгулом покончено. На что же тогда милиционер семью свою кормить будет? А ну как перестанут воры ежедневно с московских улиц по 120 новехоньких машин угонять, а парламент возьми да и постанови наказание за угон 10-15 лет тюрьмы или конфискацию имущества (а не год тюрьмы, да и то условно, как сегодня). Страхования машин у нас практически нет, зато у каждой банды автоворов свой инспектор в ГАИ есть, который мигом на ворованную машину новые документы выправляет — и на базар машину можно гнать. Там ее продали, за хозяином новым последили и это же авто опять украли. Опять документы переписали на какого-нибудь пенсионера и от его имени, с его паспортом, продали (выследили, украли — так до 9 раз за месяц одну и ту же машину обернули; удобно, замок зажигания ломать не надо, ключ всегда свой). А инспектор 36-го отделения ГАИ в Москве некто Чуркин за один только октябрь 1993 года 50 раз дорогие краденые иномарки «переоформлял», и всего по 300 долларов каждую. Попался злодей, с начальством видно плохо делился. Законы наши столь несовершенны, а практика их применения так непродуманна, что позволяет маленькому чиновнику в домоуправлении в мгновение ока переоформить только что приватизированную квартиру на другое имя; мошенник, сняв квартиру и заплатив вперед хозяину, может легко продать эту квартиру, и даже не один раз. Еще год назад, когда все квартиры были государственными, процесс их получения и обмена был всем понятен, долог и сложен. А после перевода их в частную собственность сотни тысяч стариков, больных и алкоголиков враз лишились жилья навсегда, потому, что подписали не тот документ (или их подпись подделали). Уехал одинокий человек на неделю в больницу (на дачу, в командировку), возвращается, а в его квартире уже новые жильцы живут, все законно, и ни милиция, ни суд ничем бедняге помогать не собираются. Приватизация жилья стала в России очень опасным _делом, а милиции выгодно, паспортный стол охотно торгует сведениями об одиноких людях. Еще наша милиция любит пускать воров на охраняемые ею объекты — склады, базы, аэродромы, железные дороги. Последнее приносит деловым уркам огромные барыши. В далекой Чечне брать товарный состав с импортом выходят целыми селениями (впереди, чтобы охрана не стреляла, идут женщины и дети, джигиты с автоматами сзади) — но это фольклор для журналистов. Основные хищения осуществляют сами железнодорожники с их же ведомственной милицией. Больше всего грабят поезда в Подмосковье (на долю столицы падает до 20% убытков от хищений на всех «железках» необъятной России), на больших товарных станциях, где к услугам воров и техника есть, транспорт и т.д. Население криминализируется. Все нищие — и берут взятки, от гаишника до министра. Школьники, что машины моют, к окончанию школы сбиваются в банды, откупаются от армии и начинают «крутой» бизнес — вымогательство, охранные услуги и пр. Сами кого-то бьют, и их пришибить могут. Милиция в их разборки совершенно не вмешивается, только в газетах появляются отчеты, что, мол, «Хрипатый завалил Копыто». При этом убийца гуляет на свободе. Никого это не волнует, и об этом заявляется официально.
Люди слышат по вечерам пальбу на городских улицах, и на них это плохо влияет. Одними овладевает страх, а молодежь начинает воспринимать такое положение вещей как норму, да и сама пытается при этом отличиться. В городах СНГ жизнь с наступлением темноты замирает, а с 10 часов вечера городской транспорт уже не ходит, водители боятся выезжать на линию. Общественное мнение пытаются настроить на виновников беспорядков — «лиц нерусских национальностей». Милиции нашей всегда что-то мешает навести порядок: законы негодные, прав у МВД мало, экипировка плохая, работы много, зарплата мала и т.д. Теперь милиционеры охотно сваливают все свои беды на «черных». Кого удивишь тем, что Иван вор и мафиози. А вот появление в прессе сотни статей об Акопе Юзбашеве из подмосковного города Пушкино — это уже сенсация. Красивый вор, удачливый молодой делец, прибравший к рукам всю местную власть. Отдали Акопа на растерзание прессе с указанием его фамилии только для того, чтобы как-то запятнать Руцкого. Знакомы они были или нет, неважно. Главное, что мы прочитали сагу о мафиозных разборках в отдельно взятом российском городке, где привлекать к суду за систематическую неуплату налогов или за бандитизм надо десятки чиновников мэрии, милиции, торговцев и предпринимателей. Всю местную элиту, одним словом. Акоп уехал за границу, а остальных никого не тронули. Зачем, Руцкой уже сел в Лефортовскую тюрьму к тому времени. А после октябрьского путча ОМОН неделю хватал по Москве всех «черномазых» и ставил их перед дилеммой: отдать на месте 10 — 20 долларов или быть обобранным дочиста в отделении милиции. А ведь за тридцать последних лет мы было уже привыкли, что во всем евреи виноваты. Сейчас-то они почти все уехали. Кавказ в огне, а кавказцы заполонили Москву. Но беды не от них, не они же, к примеру, выгнали на панель миллионы русских женщин. Только в Москве — более трехсот сексофирм, регулярно публикующих сведения о себе в газетах. Что делает милиция? Правильно, объезжает точки и пытается иметь свою долю с сутенеров. А ОВИР десятками тысяч оформляет будущих проституток на работу по контрактам за границу. В конце 1993 года МВД сумело обеспечить себе новый источник сказочных доходов — контроль над регистрацией и продажей в личное пользование огнестрельного и газового оружия. Число убитых и инвалидов в России отныне резко возрастет. Хотя их чи сло и так увеличивается из-за того, что милиция не желает реагировать на катастрофические масштабы завоза в Россию ужасного качества пищевых продуктов из Западной Европы и стран «третьего мира». Весь практически импорт или фальсифицирован в Польше и Подмосковье под товары известных западных марок. Или сами даже очень известные зарубежные фирмы специально изготовляют для бедных стран (и для СНГ тоже) продукты, которые они не осмелились бы продавать для своих собственных граждан. Последние люди грамотные и вряд ли купят продовольственные товары, на упаковке которых указаны вредные эмульгаторы (консерванты), вызывающие: — злокачественные опухоли (Е103, Е105, Е121, Е123, Е125, Е126, Е130, Е131, Е142, Е152, Е210, Е211, Е213-217, Е240, ЕЗЗО, Е477); — заболевания желудочно-кишечного тракта (Е221 — 226, Е320 — 322, Е338-341, Е407. Е450, Е461-466); — аллергию (Е230-232, Е239, ЕЗИ-313); — болезни печени и почек (Е171 — 173, Е320 — 322). Безопасность России зависит отнюдь не от количества подслушанных разговоров, полученных доносов и выловленных шпионов. Сегодня при президенте страны действует Совет безопасности, рассматривающий все проблемы, сильно подрывающие уверенность россиян в завтрашнем дне. Совершенно обнаглели у нас итальянцы и китайцы. Первые заваливают нас фальшивыми долларами иранского производства (по оценкам Интерпола, таковыми являются до половины крупных купюр), учат наших воров подделывать кредитные карточки отмывают у нас свои наркодоллары и прочие «грязные» деньги. Китайцы заполонили наше Приморье, да и весь наш Дальний Восток. Приятно сознавать, конечно, что есть еще страны, где живут хуже, чем в России или в СНГ. Но не наши условия жизни привлекают китайцев, а наша земля, обширные приграничные районы, которые вот уже 150 лет Китай считает не российскими, а своими. На всем нашем Дальнем Востоке населения — чуть более 7 миллионов человек. А в примыкающих к нам районах Китая живет более 100 миллионов человек, из которых каждый пятый безработный или болен туберкулезом. Китайцы разрешили в своих северных провинциях хождение нашего рубля; их власти всячески поощряют переселение, пусть даже временное, китайцев на наши территории. У китайцев своя мафия есть, знаменитые «Триады», которые извлекают миллиардные долларовые доходы не только от торговли наркотиками, но и от экспорта своих сограждан за границу. Развозят китайских беженцев по всему миру, в том числе и в Россию, находят им на Дальнем Востоке жилье, работу, организуют браконьерские многодневные рейды по тайге в поисках женьшеня, скупают недвижимость и флот, занимаются торговлей и сельским хозяйством. Китайцы такие же трудолюбивые, как десятилетия живущие у нас корейцы и уезжающие от нас в Германию российские немцы. Интересно, если бы мы обещали вернуть японцам оккупированные нами в 40-х годах Курильские острова, может, они бы взяли наше Приморье под свою экономическую опеку? Японцы даже с мафией своей справились, что вообще мало кому удается. Японцы многое могли бы сделать для России. Ну а от китайцев мы имеем сегодня ширпотреб, а завтра в наших «чайнатаунах» будут русских нанимать как дешевую, малоквалифицированную рабочую силу. Честное слово, лучше быть России сырьевым придатком Японии, чем Китая. Но влечет нас к коммунистам неведомая сила. Только-только, к 1 января 1994 года мы сумели очистить территорию Дальнего Востока России от тысяч подневольных лесорубов из трудовых концлагерей, организованных у нас Северной Кореей (с вышками, колючей проволокой, сторожевыми собаками, автоматчиками и легионом кагэбешников КНДР). Корейские леспромхозы с тюрьмой в каждом из них десятилетиями вполне устраивали администрации Хабаровского края и Амурской области, которые понятия не имели ни о численности корейских рабочих, ни о количестве часто умиравших там людей — всей документацией, перевозками живых и мертвых единолично распоряжалась северокорейская сторона. Такой вот заповедник фашизма, о котором после отмены в 1990 году цензуры с возмущением писала российская пресса. России надо пытаться заводить себе друзей — экономических партнеров из приличных стран. Россия, несмотря на ее распутный вид, пока еще не лишена привлекательности со своими 60% мировых запасов сырья. Эффективность наших российских правоохранительных (смешное советское словосочетание, при полном почти отсутствии права) органов может определяться стараниями по созданию в стране условий для прихода иностранных инвесторов. Придут они к нам, вложат свои деньги в наши малые и средние частные предприятия, приведут своих управляющих и советников, тогда сумеем сохранить страну. Разогнав Верховный Совет, президент России принял указ, по которому все уже имеющиеся у нас совместные предприятия получили гарантию на 3 года от предстоящих законов и нормативных актов России, которые могли бы нанести ущерб деятельности СП. Все же знают, что не юридические условия для иностранного капитала плохи в России, а тот факт, что эти условия игры постоянно меняются. Отныне на 3 года положе ние СП может только улучшаться или оставаться прежним, государство обязывается не мешать. СП сумели привлечь из-за рубежа за последние шесть лет не более б млрд. долларов инвестиций, тогда как западные эксперты считают, что в ближайшие 5 — 7 лет для нормализации своей экономики Россия должна получить инвестиции в размере до 300 млрд. долларов. Однако реально можно рассчитывать лишь на 100 млрд. долларов, да и то на условиях стабильности, гарантий и т.д. Президент Ассоциации СП в России Лев Вайнберг («Ивестия», 5.11.1993) считает, что вложение всего 50 млн. долларов в реконструкцию российских табачных фабрик даст возможность полностью отказаться от закупок сигарет на Западе. Все промышленные свалки и помойки России поделены сегодня между мафиозными абсолютно преступными, нигде не зарегистрированными структурами, которые заняты извлечением из узлов и деталей платины, золота, серебра. МВД также «сидит» на таких делах, неофициально. А если бы хоть наполовину решить в России проблемы утилизации отходов, проблем экономических у нас бы не было, считают те же знатоки из МВД и МБ. В декабре 1993 года президент России решился наконец на очередную перетряску МБ, упразднив большинство функций политического сыска. Так что, у нас больше не будет красно-коричневых путчей и политических партий, организованных профессионалами подрывной деятельности из КГБ? Талантливый Жириновский с такой мощнейшей поддержкой Лубянки в 1994 году легко мог бы стать президентом России, причем вполне легально. Грязная работа — грязные люди, польстившиеся на сферу деятельности, в которой отменены все нормы морали. Теперь за границей много нашему командированному не платят, на разнице мировых и наших цен мелкой спекуляцией уже не заработаешь, внутри России тюрьмой уже мало кого запугаешь. Стукач теперь, с отменой парткомов и их идеологических проработок, вроде бы уже и не всем, и не везде нужен. Вот и попер легион нелюдей, кадровых работников КГБ, к более теплым и хлебным местам, сначала в совместные предприятия, банки, кооперативы, в политические и управленческие структуры, в таможню и охранно-сыскные бюро, в торговлю и даже в производство. Надо сказать, что не только хороший нюх способствовал переориентации кагэбешников с контрольных функций над бизнесом и вообще над всей нашей жизнью непосредственно на бизнес. КГБ прочно занял самые доходные руководящие кресла. Причем сделал это еще лет пять назад, когда заниматься коммерцией многие еще традиционно опасались. Люди из КГБ были первыми во всех делах с иностранным капиталом, зарождающейся торговле оружием и охранными устройствами для населения России, перекачке денег из партийных и государственных структур в частный сектор. Вновь были раздуты штаты офицеров действующего резерва, которые расселись на ключевые бюрократические должности в аппаратах федерального, областного и районного управления, — это кагэбешники теперь собирают наибольшее количество взяток, потому как и сегодня они ничего не боятся, у них круговая порука. КПСС канула в Лету мгновенно, а КГБ остался живучим и вездесущим, наподобие некоего закрытого ордена. Глава КГБ Крючков, выйдя из тюрьмы, дал интервью «Правде» (22.04.1993), где говорил, что с конца 1991 года мы потеряли в войнах на территории бывшего Советского Союза примерно 150 тысяч убитыми. Около полумиллиона раненых у нас и несколько миллионов беженцев, которым Россия не в состоянии помочь жильем и работой или нормальным пособием. Крючков всю свою сознательную жизнь говорил только полуправду. И здесь соврал, не взяв на возглавляемую им контору значительную (львиную) долю вины за спровоцированную КГБ — ГРУ массовую и нескончаемую резню в Закавказье и в Средней Азии. В Прибалтике сделать то же самое не смогли, а на Северном Кавказе побоялись, так как поняли правильно угрозу чеченцев незамедлительно устроить второй Бейрут в Москве и в каждом крупном городе России. Лучше бы действительно актив КГБ занимался бизнесом, нежели инструктажем проиранских исламистских боевиков в Ливане, убийством чеченских нуворишей в Англии, организацией отечественных преступных кланов на территории ФРГ и США. Именно нашим органам принадлежит заслуга успешного строительства на просторах СНГ криминальных государств, в которых мафия или пришла к власти, или находится за спиной у правительства. Россия не сумела навязать миру волчью идеологическую цивилизацию, она навяжет миру цивилизацию уголовную, цивилизацию крыс, которые сожрут все под собой и вокруг, а потом друг друга, заметил очень умный политик Владимир Буковский («Комсомольская правда», 15.07.1993). Наши органы или отдельные их представители имеют долю от массовых подпольных поставок краденных иномарок из Германии в Россию, от массового экспорта наших девиц на панельный рынок во все без исключения регионы мира, от систематической отлаженной системы вызова из России наемников для исполнения разовых заказных убийств, от нелегальной торговли оружием в Восточной Европе, от поставок наркотиков в Европу из стран СНГ, от неофициального экспорта из СНГ радиоактивных материалов и редкозе мельных и высококачественных благородных металлов. КГБ не только науськивал наивных провинциальных националистов в Азербайджане и Таджикистане на кровавые побоища с десятками тысяч жертв. Но и заправлял такими крупными международными аферами, как перекачкой из СССР — СНГ государственных средств в сейфы Швейцарии по каналам фирма «Сиабеко». Схема была проста как всегда: специально для «Сиабеко» с помощью управделами ЦК КПСС Кручины, министра финансов СССР В.Орлова, вице-президента СССР Янаева, предсовмина СССР Рыжкова устанавливались на вывозимые за кордон наши ресурсы вдвое заниженные цены по сравнению с мировыми. Разница где-то оседала, на чьих-то счетах, Крупные представители КГБ и МВД (Баранников, офицеры Л.Веселовский и Д.Якубовский) обеспечивали интересы «Сиабеко», связи этой компании с теперь уже бывшим вице-президентом России Руцким и генеральным прокурором Степанковым. Единственная оптимистическая нотка во всем этом финансовом бедламе — вопиющий непрофессионализм бизнесменов в погонах, что и способствует большей частью их краху. Резвый старт кагэбешные дельцы могли взять еще при Горбачеве потому, что имели доступ к государственным складам с дешевыми товарами и сырьем. В 1993 году деловые люди первой большой волны из комсомола и «органов» увидели, что золотой век хапания и спекуляций, посреднических услуг и мелкотоварных перепродаж импорта закончился. Началось сращивание общеуголовной и экономической преступности. Люди, заимевшие большие деньги на хищениях, подпольных цехах и контрабанде, оказались вынуждены слиться или подмять под себя уголовный люд, который выполняет сегодня в России функции налогового инспектора, таможенника, полицейского, судьи, тюремщика и палача одновременно. Разумеется, без отчислений в пользу государства. С начала 1992 года Россия оказалась лишенной экономических, таможенных границ с внезапно получившими независимость странами СНГ. Последние, разумеется, тут же перестали платить налоги Кремлю и одновременно обрели всю полноту контроля над своими официальными пунктами перехода государственной границы. Социалистические страны Восточной Европы, от ГДР до Болгарии, десятилетиями зарабатывали твердую валюту на скрытом реэкспорте энергоносителей, получаемых от СССР по очень низким ценам. С конца 1991 года таким же бизнесом стали заниматься и бывшие наши союзные республики: пограничный контроль в странах СНГ по-прежнему подчиняется только Москве, а таможенный перешел в ведение местных властей. И — о лафа! — в Грузию поволокли медь, нефть и лес из России точно с таким же усердием, как и в Эстонию. Вот и стали грузины с эстонцами «солидными экспортерами», бельмом на глазу у экономических служб Скандинавии и Средиземноморья. Если быть объективными до конца, то следует признать, что таможенные власти в тех же Грузии с Эстонией получили возможность полностью игнорировать экономические интересы Кремля начиная с 1989 года. И при коммунистах, и при националистах оборотистые дельцы не только из названных республик, но и Чечни, всей Прибалтики перли на Запад через порты Черного и Балтийского морей и автомобильный переезд в Батуми все, что хотели и в любых количествах. Ну какому бизнесмену могла присниться такая норма прибыли: покупаешь тонну бензина за сто долларов (включая цену доставки его до государственной границы) и сдаешь его в пять раз дороже на первой же турецкой автозаправке или в порту Турции (Греции и т.д.). К 1994 году все игры с реэкспортом российского добра из Грузии и Эстонии по разным причинам кончились. Россияне окончательно перекрыли мафиозный кислород этим двум странам. Украина, Белоруссия в зиму 1993/94 годов жили намного труднее, чем россияне. Армения, Грузия и Таджикистан оказались тогда на грани вымирания от голода и холода. А в самой России в 90-х годах, как и при Горбачеве, те, кто имел минимальное отношение к таможенным и внешнеторговым структурам в Москве или прочих 88 субъектах РФ, имели полную свободу экспорта и делали себе многомиллионные (в долларах) состояния. Во всех российских республиках, краях и областях есть свои, двойного подчинения (местной власти и Кремлю), бригады таможенников, подразделения МБ и МВД. С 1987 года Москва практически не имела возможности особенно вмешиваться в дела местных царьков и довольствовалась лишь контролем за сбором налогов в общегосударственную казну. Лояльность местных властей по отношению к Кремлю покупалась предоставлением лицензий на экспорт или частичным снижением доли отчислений Кремлю в общей сумме налоговых сборов. В 1992 году РФ должна была продать за границу 59 млн. тонн нефтепродуктов, не больше, так как самим россиянам не хватает. В тот же год МВЭС выдало лицензий на 100 млн. тонн, а фактически за рубеж было тогда продано не 59, а 68 млн. тонн («Деловые люди», 6.07.1993) . Наверное, еще столько же было вывезено за пределы границ РФ незаконно, т.е. без лицензий — под видом отходов, за взятки или тайком, по фальшивым документам или путем якобы транзитных перевозок в Калининградскую область через Литву (где, конечно же, все вагоны и контейнеры застревают навсегда). Очень часто пытаются перемещать через российскую государственную границу просто украденное: кто хочет вывезти состав с «левой» нефтью, а кто грузит на военный самолет угнанные в Москве новенькие роскошные иномарки и доставляет их заказчикам куда- нибудь в другие страны СНГ. Для России прозрачность границ обернулась ее ограблением со стороны бывших советских республик, по самым скромным оценкам, в 250 млрд. долларов, считает Михаил Хацанков из газеты «День» (№ 31, 1993). Только крохотная Эстония вывезла через неохраняемую границу сырья и товаров из России на 8 млрд. долларов. Пусть трудно принять на веру данные цифры из «Дня». Но факт остается фактом, что потери России огромны. Согласно данным Института системного анализа РАН («Российская газета», ‘ 13.07.1993) , безвозмездный вывоз сырья и товаров из России в 1992 году оценивается в 80 млрд. долларов (примерно по 1000 долларов в год на каждого работающего россиянина). Из них в страны СНГ вывезено в тот год материальных ценностей на 45 млрд. долларов — это все официально, в качестве подарка, или иначе это называется «технический кредит» (практически безвозмездный, бесплатный, но полностью обеспеченный товарными поставками из России). Таким же путем странам дальнего зарубежья мы подарили в 1992 году 35 млрд. долларов, оторвав их от своих собственных несытых детей. ИСА РАН считает, что 72 процента российской инфляции обусловлено прямым расхищением российского богатства. Грабеж страны в эпоху Горбачева — Ельцина сопровождался искусственно организованным регулярным снижением курса рубля по отношению к доллару, что было крайне выгодно российским не очень легальным экспортерам — при достаточно стабильных и малых по сравнению с западными нашими фиксированными государственными ценами. Это только в 1993 году цены на российские товары и сырье доползли до мировых. А в 1987 — 1992 годах была создана парадоксальная ситуация (теплица для выращивания миллионеров), когда с каждым месяцем падала долларовая цена российского продукта: тот, кто вез на Запад из России эшелон (вагон, чемодан), возвращался с долларами, менял их на рубли и проводил ту же операцию снова и снова при росте барышей чуть ли не в геометрической прогрессии. Если бы не определенная коррумпированная часть руководителей аппарата Генеральной прокуратуры, МБ и МВД, уже давно вертелись бы дела погромче «узбекского», сказал Александр Котенков («Мегаполис-экспресс», 25.08.1993). Этот член межведомственной комиссии по борьбе с коррупцией прямо объявил, что МВК раскрыла государство в государстве — налаженную систему вывоза за взятки экспортных товаров, в которую вовлечены десятки высших управленцев из правительственных структур. Министры и их замы, начальники управлений и крупные банковские служащие делят экспортные лицензии, распределяют кредиты, возмущался Котенков. Правда, в пофамильно названных конкретных виновных почему-то оказались именно те, кто играл не за президентскую команду. А «узбекское дело», которое так любят вспоминать в Кремле, было при Горбачеве — понаехала со всех концов СССР тысяча следователей и посадила за решетку тысячи узбекских чиновников со всех ключевых должностей. Как при Сталине, от первого секретаря ЦК и первых секретарей обкомов до председателей колхозов и директоров. Горбачев потерял СССР во многом именно потому, что многие республики не захотели оказаться в подобной же ситуации. Преступная схема приписок к государственной отчетности была часто одинакова, что в Узбекистане (ориентированном на производство хлопка), что в Грузии (чай, вино). Каждый год Рашидов и Шеварднадзе клялись с высоких московских партийных трибун еще больше повысить урожайность вверенных им плантаций. Повышенные планы можно было выполнить, только примешивая в хлопок листья и мусор, а к нежным чайным листочкам — стебли с чайного куста. Сборщики и председатели колхозов получали за сданное сырье звонкой монетой от государства. Партийное начальство также имело свою долю незаконных для них прибылей с мест и почести от Москвы. (Вино фальсифицировали добавлением сахара. В Грузию под это дело сахар завозили эшелонами, а потом спаивали бурдой все население СССР.) Со среднеазиатскими и закавказскими овощами, фруктами, цитрусовыми схема была другая. Скоропортящийся товар шел в Россию, и там уже директора государственных оптовых баз крали добрую половину — мол, сгнили фрукты, усохли, испортились. Поэтому все рынки России всегда были полны частными торговцами южных советских национальностей. Южные республики СССР переполнялись, таким образом, деньгами. Соответственно, в Кремле и прочих центральных учреждениях выделение южным республикам каждой тонны горючего, каждого автомобиля и т.д. сопровождалось усиленным выжиманием от просителей грандиозных взяток. Социалистическая экономика была движима личными интересами и могла функционировать или под страхом смертной казни при Сталине, или в условиях расцвета теневой экономики при всех его преемниках. Россия при большевиках всегда была криминальным государством. И осталась им сегодня. В 1989 году, когда советским коммерческим структурам, государственным и частным, было предоставлено право устанавливать прямые связи с зарубежными партнерами — отечественная таможня предотвратила незаконный вывоз из страны 2,7 тыс. тонн металла. В 1990 году этот показатель возрос до 57 тыс. тонн, в 1991 году — до 67 тыс. тонн, в 1992 году — до 5 млн. тонн! И это притом, что специалисты самого Государственного таможенного комитета оценивают эффективность своей работы не более чем в 30 процентов («Двадцать четыре», 16.02.1993). Многие эксперты считают, что такое соотношение выявленной и пропущенной контрабанды — чрезмерно оптимистично, и убеждены: таможенникам удается перехватывать не более 10 — 15 процентов контрабандных поставок. Государство, кажется, все сделало для того, чтобы максимально криминализировать внешнеторговые связи. Торговать с заграницей, в том числе и со странами СНГ, официальным путем — самому дороже станет: хорошенько помасли за лицензию, оплати высокие таможенные пошлины, страховые расходы, налоги. Все эти запредельные поборы разоряют как частное, так и государственное предприятие. И заставляют директоров идти на махинации, смыкаясь с криминальным бизнесом и. военными структурами. Армия дает охраняемые склады и аэродромы, военно-транспортные самолеты и воинские литерные железнодорожные составы, автомобильные колонны и бестаможенный проезд через государственные границы («Московские новости», 6.12.1992). Армия ведь практически никому не подчиняется. Закон пока тоже на стороне контрабандистов, которые успешно пользуются его противоречивыми положениями и либеральной системой небольших штрафов. Свое требуют — и получают — от вала контрабанды и работники МБ (КГБ) и МВД. Торгует сырьем и полуфабрикатами российский корпус промышленных директоров. И делает это при посредничестве преступных авторитетов, дабы обезопасить себя от неожиданностей. Вот и получается, что реальную власть в обществе обретает именно уголовный и прочий криминальный люд — они всем нужны, обо всем со всеми договорятся, за всем проследят так, чтобы в итоге все партнеры остались довольны. Раньше человек в поисках заступника шел со взяткой к партийному боссу, теперь идет к бандюге. Близкое знакомство с которым убеждает, что этот очень влиятельный человек или сам служил в кадрах органов, или был связан с ними многолетним сотрудничеством (иначе после первой же своей махинации он бы трудился на лесоповале в ГУЛАГе). В 1992 году Эстония неожиданно стала одним из крупнейших поставщиков цветных и редкоземельных металлов на мировой рынок (в самой республике их не добывают). А МБ РФ с тревогой сообщило журналистам, что из России в Эстонию теперь перевозится в 22 раза больше товаров, чем в обратном направлении (24.08.1992). Эта статистика по Прибалтике может быть дополнена данными по всем остальным бывшим республикам СССР. Если поговорить по душам с каким-нибудь директором, экспортером нашего сырья, то он будет жаловаться на то, что родная власть не может обеспечить ему безопасность для денег его предприятия (их инфляция съест, отнимет государство или рэкетиры), разумных налоговых ставок, сохранности принадлежащих его предприятию грузов (10 процентов стоимости убытка от всех грабежей грузов из железнодорожных вагонов в России приходится на Чечню, 40 процентов — на Забайкалье, у границы с Китаем. Считается, что на стальных магистралях совершается более половины всех преступлений в России). Наш предприниматель, будь то директор оборонного завода или прачечной, всегда находится в поле зрения влиятельнейших криминальных сил. Мафия у нас — это спайка чиновников правительства или местных властных структур, МБР и МВД, представителей теневого бизнеса для проведения наиболее успешных коммерческих операций. При этом все может делаться и почти законным способом, хотя часто конкурентов уничтожают физически, подводят под банкротство, заставляют закрываться, отнимают недвижимость и товары. Как считают работники МУРа, мафиозные группировки держат под контролем не только территорию Москвы, но и правительственных чиновников («Московский комсомолец», 31.08.1993) . Делается это все руками тех же сотрудников «органов», так как сливки милицейского и чекистского сыска давно уже формально уволились и открыли собственное дело: собирают компрометирующую информацию на деловых людей, торгуют, консультируют, вымогают потихоньку что можно у «замазанных» коррумпированных чинуш. В результате главный советник мэра Москвы по проблемам правопорядка Сергей Донцов заявил, что милиции нет смысла даже ввязываться в борьбу с рэкетом, который она не одолеет, пусть, мол, мафия сама регулирует свою деятельность под надзором милиции («Деловой мир», 20.08.1993). Предприниматель при этом теряет дважды: платит за собственную безопасность — рэкетирам и милиции (которую он содержит налогами в госказну). Наша милиция определенно не стоит тех денег, которые за нее взимают с налогоплательщика. На фоне гигантизма армии и астрономических сумм на содержание ВПК, последний умудрился ничего не сделать для технического оснащения милиции. Никаких щадящих полицейских средств нет на вооружении у нашего МВД, кроме резиновой дубинки. Весь мир с ужасом наблюдал через CNN, как танками и пулеметами расстреливали осажденных в парламентском Белом доме в Москве 4 октября 1993 года. Притом, что бригада соответствующим образом экипированных и обученных людей могла бы провести эту операцию захвата здания почти без потерь с обеих сторон. Такое впечатление, что государство специально взращивает бессильную и коррумпированную милицию, наглеющие теневые экономические структуры, уголовный беспредел и разбой на улицах, повальные взяточничество и казнокрадство только для того, чтобы народ в один далеко не прекрасный день взмолился бы и призвал на власть диктатора типа Сталина, Андропова, Жириновского (Стерлигова и т.д.).
<< | >>
Источник: Георгий ВАЧНАДЗЕ. ВОЕННЫЕ МАФИИ КРЕМЛЯ. 1994

Еще по теме За что Ельцин снял министра Баранникова:

  1. 5. Рекомендация Комитета министров Совета Европы Rec(2004)6 государствам-членам относительно совершенствования внутренних средств правовой защиты (принята Комитетом министров 12 мая 2004 г. на 114-й сессии)
  2. 3. Рекомендация Комитета министров Совета Европы Rec(2004)4 государствам-членам по вопросу изучения Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод в университетах и в рамках профессионального обучения (принята Комитетом министров 12 мая 2004 г. на 114-й сессии)
  3. 4. Рекомендация Комитета министров Совета Европы Rec(2004)5 государствам-членам по вопросу контроля за соответствием проектов законов, действующих законов и практики их применения стандартам, закрепленным в Европейской конвенции по правам человека (принята Комитетом министров 12 мая 2004 г. на 114-й сессии)
  4. Оценки Ельцина
  5. § 2. Россия при Борисе Ельцине
  6. Ельцин на фоне Сталина
  7. Преемники Ельцина: итоги их деяни
  8. ОТ ПОЗДНЕГО ЕЛЬЦИНА К РАННЕМУ ПУТИНУ Время требует новых слов
  9. РАЗДЕЛ II Министры
  10. РАЗДЕЛ I Министры
  11. 1.5.5. Государственные министры.
  12. Глава 7 ЭПОХА ЕЛЬЦИНА
  13. 8. ОМСКИЙ МИНИСТР
  14. Глава VI. ИНТЕРПЕЛЛЯЦИИ И ВОПРОСЫ МИНИСТРАМ