<<

Связь различных мер в человеке

Итак, наряду с многокачественностью и многомерностью сущности человека между различными сторонами, различными аспектами этой многоликой сущности имеются различные виды связей (генетических, структурных, функциональных).
Чрезвычайно важна уже сама по себе констатация этого положения. Но еще более важным представляется выявление особенностей, которые характеризуют разные виды связей многогранной сущности человека. Дело в том, что для изучения различных видов связей используются различные подходы и методы. Если для изучения структурных особенностей организма достаточны наблюдение, описание, сравнение и основанная на них классификация, то при изучении функциональных свойств и особенностей организма, как об этом свидетельствует история науки, к числу названных методов с необходимостью добавляются эксперимент, измерение, количественное сопоставление, редукция, моделирование, выявление системных связей и зависимостей, еще без разграничения самих этих связей на исходные и производные, причинно-следственные и функциональные. Наконец, изучение генезиса объекта и отдельных его систем и процессов, выявление закономерностей генезиса предполагают, наряду с использованием перечисленных выше методов и приемов, использование генетического (исторического) метода, позволяющего не просто дать струк- турно-функциональное описание определенной системы, но выявить основные этапы ее формирования и развития, понять и объяснить связь предшествующих и последующих фаз (состояний, этапов) развития исследуемой системы, с известной долей вероятности прогнозировать ее последующее поведение и развитие. При этом используются не только принципы детерминизма, единства анализа и синтеза, структурности, названные И. П. Павловым основными принципами точного научного исследования107, но и принципы вероятности, селективности, целесообразности, бифуркации, продуктивно работающие при изучении процессов развития.

И. П. Павлов отстаивал названные выше принципы точного научного исследования как принципы “вполне объективного” исследования, исключающие субъективизм, т. е. произвольное отнесение непонятных и необъясненных явлений поведения животных к области субъективной реальности. Напомню, что по этому поводу писал наш великий естествоиспытатель: “Что же касается человека, разве мы не слышим и теперь о свободе воли, и не вкоренилось ли в массе умов убеждение, что в нас есть нечто, не подлежащее детерминизации?! Я постоянно встречал и встречаю немало образованных и умных людей, которые никак не могут понять, каким образом можно было бы когда-нибудь целиком изучить поведение, например, собаки вполне объективно, т. е. только сопоставляя падающие на животное раздражения с ответами на них, следовательно, не принимая во внимание ее предполагаемого по аналогии с нами самими субъективного мира. Конечно, здесь разумеется не временная, пусть грандиозная трудность исследования, а принципиальная невозможность полного де- терминизирования. Само собой разумеется, что то же самое, только с гораздо большей убежденностью, принимается и относительно человека. Не будет большим грехом с моей стороны, если я допущу, что это убеждение живет в части психологов, замаскированное утверждением своеобразности психических явлений, под которым чувствуется, несмотря на все научно приличные оговорки, все тот же дуализм с анимизмом, непостредственно разделяемый еще массой думающих людей, не говоря о верующих”108.

Более шести десятилетий прошло со времени, когда были написаны эти слова. Значительно расширились и существенно изменились наши представления о детерминизме: были разграничены вероятностный и жесткий (лапласовский) детерминизм, создано понятие органической детерминации. В связи с этим меняется представление о силах, спонтанно действующих в животном организме, как о таких, которые являются не реактивными (ответными на воздействие среды) , а первоначальными, исходными, интимно связанными с метаболическими процессами в клетках, тканях и органах организма, с теми процессами, которые, согласно Л.

фон Берталанфи, характеризуют первичную активность живого. В организме сложным образом активные процессы переплетаются с реактивными (в частности, с рефлекторными), образуя целостные функциональные системы109.

Психические и физиологические процессы находятся в сложном диалектическом взаимоотношении. Они неразрывно связаны друг с другом, не могут существовать друг без друга, но они не “сводятся” одни к другим и не “выводятся” одни из других, т. к. существуют в разных системных “пространствах” (в разных системах детермина- ционных и функциональных связей и зависимостей). Физиологические процессы осуществляются в “пространстве” метаболических и физиологических систем организма. Психические же — в рамках “психических” систем (душевно-информационных “пространств”), возникающих на сложном перекрестке взаимодействия культурноинформационных (в том числе психических), природных (в том числе, физиологических) и социумных (создаваемых социумом) факторов.

Во взглядах и высказываниях И. П. Павлова явственно прослеживается известная тенденция к объективации психического, полному исключению из него субъективного. Эта тенденция была отражением присущего ученому убеждения о всемогуществе науки и ее методов, отражением антиагностического характера его мировоззрения. Отсюда не следует, что великий физиолог отрицал наличие всякой субъективной реальности, субъективного мира человека. Одйако, поскольку объективное и субъективное в человеке не разгорожены непроходимой стеной, можно объективным путем проникнуть в область субъективных переживаний и, напротив, на основе субъективных ощущений подойти к открытию объективных изменений жизнедеятельности организма.

Обосновывая возможность естественнонаучного подхода к изучению психических процессов, И. П. Павлов специально подчеркивал: “Говоря все это, я хотел бы предупредить недоразумение в отношении ко мне. Я не отрицаю психологии как познания внутреннего мира человека. Тем не менее я склонен отрицать что-нибудь из глубочайших влечений человеческого духа. Здесь и сейчас я только отстаиваю и утверждаю абсолютные, непререкаемые права естественнонаучной мысли всюду и до тех пор, где и покуда она может проявлять свою мощь. А кто знает, где кончается эта возможность!110

В наше время усиление антисциентистских настроений в обществе приводит к тому, что все большее число мыслителей пытаются ограничить претензии науки в познании человека и его отношений с окружающей природой, заменить научное исследование иррациональным подходом к природе и человеку. Отсюда и та враждебность и агрессивность в отношении предлагаемых учеными схем и систем, которая проявляется в современном обществе вообще и в гуманитарных интеллектуальных кругах, в частности.

Занимаясь одним и тем же объектом (если так можно выразиться о человеке) различные естественные, гуманитарные и социальные науки существенно различаются по предмету и методам исследования. Их предмет возникает на различных “срезах” человека — естественнонаучном, социогуманитарном, историко-культурном. В каждом из этих “срезов” перед исследователем возникают онтологические, гносеологические и аксиологические аспекты исследуемых вопросов и их отношение к целостному рассмотрению человека. В связи с этим возникают различные типы осмысления проблемы человека, жизни и смерти, свободы и ответственности, соотношения биологического, социального и культурного: целостное (нерасчлененное) познание человека в философии и религии проявляется в попытках монистического либо дуалистического решения вопроса о сущности человека и соответствующих методах, дифференцированное и множественное познание на основе принципов редукционизма и интег- ратизма в конкретных естественных и гуманитарных науках, рассмотрение человека и его отношения с окружающим миром с позиций информационного подхода и проективных методов в инженерно-технических, прикладных науках.

Изучение всех рассмотренных аспектов многоликой (социокультурно-природной) сущности человека чрезвычайно важно, оно продолжается в различных сферах и областях познания.

Одним из новых и перспективных направлений исследования человека становится социальная антропология, внимание которой со средоточивается на изучении человека как творца окружающей его действительности, как активного существа, изменяющего современный ему социум (мировую цивилизацию) и окружающую его природную среду. Здесь возникают конкретные вопросы о роли субъективного мира людей, духовного фактора в осуществлении их бытия, в решении возникших перед человечеством глобальных проблем современности (экономических, геополитических, экологических, этнических, демографических, энергетических и ресурсных). Равным образом, нуждаются в углубленном исследовании вопросы о возможных изменениях человеческих популяций, конституции и здоровья людей под влиянием природных факторов, измененных антропогенными воздействиями. Социальная антропология таким образом оказывается связанной с широким кругом естественных, общественных, технических наук, медициной и здравоохранением.

Появление в науке новых отраслей обычно ведет к возникновению новых концептуальных систем, к появлению новых научных языков и дальнейшему разобщению различных дисциплин. Однако наряду с этим в истории науки известны случаи появления новых наук, дающих обобщенное решение проблем, способствующих интеграции и генерализации усилий различных наук.

Изложенные выше соображения подводят к заключению, что социальная антропология сможет выполнить свою основную задачу — исследовать человека в единстве многообразных сторон его сущности, если она поднимется над отдельными частными науками о человеке, создаст такой обобщенный язык (концептуальный аппарат), который будет одинаково приемлем как в естественно-научном, так и в социогуманитарном знании. Аналогией здесь может служить кибернетика, которая введя понятия “обратной связи”, сигнала, информации и другие создала тем самым общий язык, приемлемый для далеко разошедшихся областей научного знания.

Сказанное, конечно, не означает, что социальная антррпология не будет пользоваться понятийным аппаратом других наук и научных дисциплин, но ее выход на путь самостоятельного развития предполагает появление новых понятий, общих для различных наук и связующих их воедино при решении определенных проблем.

К числу такого рода понятий, на наш взгляд, относятся прежде всего понятия “естественное” и “искусственное”, “природное” и “социальное”, “спонтанное” и “целенаправленное” и ряд других постольку, поскольку они связаны не просто с человеком, но с деятельным человеком, активно творящим себя и свою среду и стремящимся сохранить себя как особый род живых существ, придав своему существованию устойчивое развитие. <.>» -

<< |
Источник: Шаронов В.В.. Очерки социальной антропологии. С.-Петербург ТОО ТК "Петрополис", 1995г.— С. 154. 1995

Еще по теме Связь различных мер в человеке:

  1. 2.2. ПРАВОВОЕ ПОВЕДЕНИЕ И СВОЙСТВА ЧЕЛОВЕКА
  2. Обменные связи
  3. 7.1. Функциональное состояние человека как регулятор профессиональной деятельности
  4. Глава II МЕЖДУНАРОДНЫЕ СВЯЗИ РОССИИ В 70-е ГОДЫ XV — ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVI ВЕКА
  5. Глава 5 БЫТИЕ ЧЕЛОВЕКА В МИРЕ И ПЛЮРАЛИЗМ ПРАВОВЫХ КУЛЬТУР
  6. § 2. Права и обязанности в контексте юридико-антропологического анализа отношений человека и государства
  7. § 3. Человек - центральное звено правового регулирования
  8. Работа с СОВ в различных временных интервалах
  9. Связь различных мер в человеке
  10. Е.Н. Квилинкова ГАГАУЗСКИЙ ЯЗЫК СКВОЗЬ ПРИЗМУ ДИНАМИКИ ЭТНИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ГАГАУЗОВ О способах идентификации своего языка различными группами гагаузов
  11. 7.1. Функциональное состояние человека как регулятор профессиональной деятельности
  12. § 3.1. Применение общих положений теории криминалистической идентификации к задаче экспертного отождествления человека по голосу и звучащей речи