<<
>>

§ 2. ПРОФЕССИЯ — АДВОКАТ

Слово «адвокат» произошло от латинских «advocare», «advoca- tus» — призывать на помощь, призванный, что совершенно точно передает сущность деятельности адвоката: он призван помогать тому, кто к нему обратился, или обязан это делать в силу требований закона.
Адвокаты образуют адвокатуру, которая «в собственном смысле слова представляет собой правозаступничество, т. е., другими словами, юридическую помощь, оказываемую нуждающимся в ней лицам специалистами — правоведами»72. Статья 48 Конституции РФ устанавливает право каждого на получение квалифицированной юридической помощи; в случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бес- платно. Адвокат (защитник) упоминается лишь в части второй данной статьи Конституции РФ в связи с правом каждого задержанного, заключенного под стражу, обвиняемого в совершении преступления воспользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения. I Назначение адвокатуры как объединения адвокатов должно найти свое правовое закрепление в первую очередь в Конституции, ибо адвокатура призвана оказывать юридическую помощь гражданам, защищать их права и свободы, которые согласно ст. 2 Конституции РФ являются высшей ценностью. Мягко говоря, странно, что объединение людей, профессионально занимающихся защитой прав человека и гражданина, даже не упоминается в Конституции РФ. Профессия адвоката является видом юридической профессии, под которой понимается «официально признанный государством и регламентированный законом род деятельности, связанный с правовым регулированием общественных отношений, обеспечением соблюдения членами общества правовых предписаний, требующий необходимых знаний и навыков, приобретаемых путем юридического образования или практического опыта, накладывающий на юристов социальную ответственность за эффективное выполнение возложенных на них обязанностей в системе разделения труда»73.
Характер профессиональной деятельности адвоката можно определить, уяснив прежде всего юридическую природу адвокатуры. Е.В. Васьковский рассматривал адвокатуру как представительницу общества, а в судебном процессе как фактор правосудия и элемент судебной организации; адвокатура является таким образом, институтом в той ветви публичного права, которая носит название судебного или процессуального74. Дореволюционные юристы называли деятельность адвокатов общественным служением, адвоката — об щественным деятелем, его профессию — общественной должностью, подчеркивая тем самым, что адвокатура создана для того, чтобы представлять общество в судебном процессе. Н.Н. Полянский писал: «Как важно так организовать адвокатуру, чтобы она состояла из лиц, представляющих надежные ручательства, с одной стороны, знания дела, с другой — честности и порядочности»75. Н.Н. Полянский предъявлял к адвокатам требование компетентности и нравственности, для чего он предлагал установить постоянный и бдительный надзор за деятельностью членов адвокатского сословия; цель установления такого надзора достигается лучше всего, если адвокаты представляют собой самоуправляющийся союз76. Юридическую природу советской адвокатуры М.А. Чельцов в 1940 г. определял как государственное представительство прав и законных интересов отдельных граждан77. Государство несет обязанность по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина (ст. 2 Конституции РФ), поэтому оно должно быть заинтересовано в активной деятельности адвокатуры. Однако адвокат не может представлять государство в судебном процессе. Государство в уголовном процессе на стороне обвинения представляет прокурор, который не в состоянии одновременно защищать права и законные интересы стороны обвинения и стороны защиты, имеющих ярко выраженную противоположную направленность, хотя и обязан реагировать на нарушение закона как выраженной в нормах правах воли государства. О. В. Орлова и Н.Н. Деев полагали, что адвокатуру можно отнести к общественно — государственным организациям, имея в виду, прежде всего, характер ее взаимоотношений с министерством юстиции, которое осуществляло общее руководство коллегиями адвокатов в социалистическом обществе78.
Хотя государственные органы в то время и осуществляли общее руководство коллегиями адвокатов (ст. 31 Положения об адвокатуре РСФСР, утвержденное 20 ноября 1980 г.), тем не менее даже это не меняло юридической природы коллегий адвокатов как общественных организаций, так как такое государственное руководство сводилось лишь к обеспечению законности в деятельности адвокатуры, а также прав и законных интересов граждан. Большинство авторов считали и считают коллегии адвокатов общественными объединениями79. Согласно ч. 1 ст. 3 Федерального закона адвокатура является профессиональным сообществом адвокатов; формы адвокатских образований — адвокатский кабинет, коллегия адвокатов, адвокатское бюро и юридическая консультация (ч. 1 ст. 20 Федерального закона). Адвокатские палаты субъектов РФ и Федеральная палата адвокатов являются негосударственными, некоммерческими организациями, основанными на обязательном членстве адвокатов субъектов РФ (адвокатская палата субъектов РФ) и на обязательном членстве адвокатских палат субъектов РФ (федеральная палата адвокатов), что роднит их с общественными объединениями. Но все объединения адвокатов принципиально отличаются от организаций, создаваемых в рамках Закона РФ «Об общественных объединениях»80. Федеральный закон устанавливает различные формы адвокатской деятельности и деятельности адвокатуры. Данный закон также разграничивает понятия адвокатской деятельности и адвокатуры и соответственно их цели. Основа адвокатуры — адвокатская деятельность, под которой в Федеральном законе (ч. 1 ст. 1) понимается квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав, свобод, интересов, а также обеспечения доступа к правосудию. Итак, цель деятельности адвоката как профессионала (лица, оказывающего квалифицированную юридическую помощь) — защита граждан, организаций и обеспечение доступа к правосудию. Целью же деятельности адвокатуры (адвокатской палаты субъекта РФ) как профессионального сообщества является обеспечение квалифицированной юридической помощи, ее доступности для населения (ч. 4 ст. 29 Федерального закона). Если адвокат обеспечивает доступ населения к правосудию, то адвокатская палата обеспечивает доступность для населения квалифицированной юридической помощи, т. е. адвокатура в субъектах РФ должна так организовать работу адвокатов, чтобы их профессиональная деятельность служила защите прав, свобод и интересов физических и юридических лиц и обеспечивала им эту защиту при осуществлении правосудия. Целью федеральной палаты адвокатов РФ также является обеспечение высокого уровня оказываемой адвокатами юридической помощи (ч. 2 ст. 35 Федерального закона). Таким образом, и каждый адвокат, и адвокатура в целом обязаны обеспечивать квалифицированную юридическую помощь, которая гарантируется каждому согласно ст. 48 Конституции РФ. Тем самым деятельность адвоката и адвокатуры носит конституционный характер. Адвокатуре сейчас присуши такие признаки общественной организации как самоуправляемость, некоммерческий характер деятельности адвокатуры и непредпринимательский — деятельности адвокатов, добровольность, членство в адвокатской палате, общая цель — оказание квалифицированной юридической помощи. Кроме того, и общественные организации, и адвокатура — институты гражданского общества, которое еще только формируется в России. Однако адвокатские палаты образуются по профессиональному признаку. Они объединяют профессиональных юристов, которые защищают права, свободы и законные интересы граждан и охраняемые законом интересы юридических лиц. Хотя в Федеральном законе не указано прямо на добровольность организации адвокатской деятельности и адвокатуры, тем не менее из содержания главы четвертой данного Закона следует, что все формы адвокатских образований создаются добровольно. Однако адвокатская палата субъекта Российской Федерации и Федеральная палата адвокатов Российской Федерации основаны на обязательном членстве адвокатов одного субъекта Российской Федерации и соответственно адвокатских палат Российской Федерации (ч. 1 ст. 29, ч. 1 ст. 35 Федерального закона), т. е. членство в адвокатских палатах для адвоката является обязательным. В резолюциях Первого Всероссийского конгресса адвокатов, принятых 13 октября 1999 г., адвокатура определялась как независимый самоуправляемый правовой институт, действующий на профессиональной и некоммерческой основе, осуществляющий конституционную функцию оказания квалифицированной юридической помощи населению, содействующий защите прав и законных интересов граждан и юридических лиц, а также осуществлению правосудия.81 Адвокатура — это адвокаты, объединение адвокатов, а не правовой институт, представляющий собой такую общность норм — предписаний, которая в свою очередь является элементом следующего главного подразделения — отрасли права82. Поэтому совершенно очевидно, что адвокатура не может быть правовым институтом. Она может быть и является институтом гражданского общества. Согласно ч. 1 ст. 3 Федерального закона адвокатура является профессиональным сообществом адвокатов и как институт гражданского общества не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления. Адвокатура во все времена была профессиональным сообществом; она объединяла людей одной профессии — профессии адвоката. Деятельность адвокатуры носит негосударственный характер. Адвокаты не являются представителями государственных органов. Они не вправе заниматься другой оплачиваемой деятельностью, за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельности (ч. 1 ст. 2 Федерального закона). Членство в адвокатуре не может служить целью получения прибыли адвокатами, однако работа адвоката, как и любая другая работа, должна быть оплачена, поэтому ст. 25 Федерального закона устанавливает, что адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем. Данное соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу. Договор заключается с конкретным адвокатом, а не с адвокатским бюро, юридической консультацией и т. п. Именно адвокату вверяет свою защиту подозреваемый, обвиняемый, а не адвокатскому образованию. Независимо от формы судопроизводства соглашение между доверителем и адвокатом является гражданско-правовым договором, а именно поручением, что подтверждается также и тем, что одним из существенных условий такого соглашения является предмет поручения (п. 2 ч. 4 ст. 25 Федерального закона). Предмет поручения в уголовном судопроизводстве — защита или представительство доверителя либо назначенного им лица. Размер и характер ответственности адвоката, принявшего исполнение поручения, должны быть указаны в соглашениях, заключаемых по уголовным делам. На практике в соглашении между адвокатом и доверителем указываются последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения адвокатом поручения, в том числе и возмещение причиненного ущерба. Страхование риска ответственности адвоката установлено в ст. 19 Федерального закона. Поскольку Конституция РФ каждому гарантирует право на получение квалифицированной юридической помощи, постольку государство обязано обеспечивать данное право. Однако далеко не все подозреваемые, обвиняемые могут пригласить адвоката для защиты своих прав и законных интересов. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод провозгласила: «Каждый человек, обвиняемый в совершении уголовного преступления... имеет право защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника или, если у него нет достаточных средств для оплаты услуг защитника, иметь назначенного ему защитника, когда того требуют интересы правосудия» (п. 1 ч. 3 ст. 6). Адвокат-защитник в уголовном процессе может быть либо приглашен подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого, либо назначен должностными лицами, ведущими производство по уголовному делу. Дознаватель, следователь, прокурор или суд назначают защитника в случаях его обязательного участия, если защитник не был приглашен (ч. 3 ст. 51 УПК) и по просьбе подозреваемого, обвиняемого (ч. 2 ст. 50 УПК). В этих случаях согласно ч. 5 ст. 50 УПК расходы на оплату труда адвоката компенсируются за счет средств государственного бюджета. Порядок расчета оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда в зависимости от сложности уголовного дела установлен приказом министерств юстиции и финансов РФ от 6 октября 2003 г. №257/89н. Н.А. Колоколов полагает, что дознаватели, следователи, прокуроры и судьи не должны принимать процессуальные решения об оплате труда адвокатов, а суммы, предназначенные на оплату труда адвокатов, выполняющих свои обязанности по назначению правоохранительных структур, должны аккумулироваться в специальных фондах и оттуда напрямую, т. е. минуя правоохранительные органы и суды, поступать в адвокатские ассоциации, специализирующиеся на оказании юридической помощи обездоленным, и распределяться на месте в зависимости от количества и качества труда.83 Согласно ч. 10 ст. 25 Федерального закона адвокату, участвующему в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению, выплачивается дополнительное вознаграждение за счет средств адвокатской палаты. Размер данного вознаграждения и по рядок его выплаты устанавливаются ежегодно собранием (конференцией) адвокатов. Но это — не основное, а дополнительное к основному вознаграждение адвокату за его труд в качестве защитника в уголовном процессе. Адвокаты правильно обращают внимание на то, что федеральный бюджет далеко не всегда покрывает расходы адвоката, который участвует в уголовном деле по назначению дознавателя, следователя, прокурора или суда. Так, в некоторых субъектах РФ не возмещали командировочные затраты. Кроме того, подозреваемые могут заявлять и заявляют, что у них нет средств для приглашения защитника, хотя на самом деле это не так. И никто не проверяет, действительно ли подзащитный адвоката — малоимущий. Государство таким образом несет расходы как за действительно малообеспеченных, так и не стесненных в средствах граждан. Вряд ли это оправдано. В Советском Союзе оплата труда адвоката-защитника по уголовным делам осуществлялась самими осужденными, которые даже в местах лишения свободы имели возможность трудиться, получать заработную плату и по исполнительному листу из их заработной платы перечислялись ежемесячно соответствующие суммы в Президиум коллегии адвокатов на счет конкретного адвоката. Суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае, когда он участвует в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам (п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК). Они возмещаются в соответствии с ч. 6 ст. 132 УПК за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Поэтому имущественная несостоятельность лица, защиту которого осуществлял адвокат по назначению, должна быть подтверждена в ходе производства по уголовному делу справкой о среднедушевом доходе семьи (одиноко проживающего гражданина), полученном за три последних месяца, предшествующих месяцу назначения адвоката-защитника84. Тем более, что суд согласно вышеуказанной норме УПК вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного. Процессуальные издержки в виде оплаты труда адвоката по назначению в порядке регресса могут быть взысканы с осужденного. По уголовному делу Рянцева, осужденного на 11 лет лишения свободы, принимали участие два адвоката. Судья постановил произвести оплату их труда за счет государства. После исполнения данного решения судья вынес новое постановление о взыскании этой суммы с осужденного. На данное решение суда осужденный Рянцев подал кассационную жалобу, в которой указывал, что расходы по осуществлению защиты должны быть возложены на государство, так как его материальное положение не позволяет ему компенсировать эту сумму. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила постановление без изменения, а кассационную жалобу осужденного — без удовлетворения. Суд кассационной инстанции указал, что имущественно несостоятелен осужденный лишь в настоящее время, Рянцев молод, его материальное положение изменится, и он будет иметь материальную возможность погасить задолженность перед государством85. Следовательно, суду при решении вопроса об оплате труда адвоката, который участвовал в уголовном судопроизводстве по назначению дознавателя, следователя, прокурора или суда, за счет средств федерального бюджета следует учитывать имущественное положение осужденного не только в момент принятия решения, но и после, используя при этом порядок регресса. Совет Европы и Европейское сообщество обращают повышенное внимание к проблемам доступности юридической помощи всем, кто в ней нуждается. И это вполне закономерно, так как без помощи юриста, без квалифицированной юридической помощи человеку весьма затруднительно защищать и защитить свои права и законные интересы, что порождает неверие его в возможность добиться справедливости, удовлетворения законных интересов, а отсюда — и неверие государству, существующему строю и т. п. В рекомендации № Р (93/ 1 «Об эффективном доступе к праву и правосудию малообеспеченных» от 8 января 1993 г. Комитет министров Совета Европы рекомендовал правительствам государств-членов, в частности, поощрение развития служб юридической консультации для беднейших слоев населения и содействие эффективному доступу беднейших слоев населения путем признания права на помощь соответствующего адвоката, насколько возможно, по выбору обвиняемого, за надлежащее вознаграждение86. Проблема доступности юридической помощи — не только российская проблема и проблема стран Центральной и Восточной Европы. Так, в Великобритании обсуждается законопроект об уголовном правосудии и предпринимаются шаги к созданию системы юстиции с двумя путями защиты, т. е. государственными и частными адвокатами87. В США получает все большее распространение защита, осуществляемая юристами, состоящими в так называемых публичных агентствах по оказанию юридической помощи неимущим (pablic defenders aqencies). Финансируются такие агентства преимущественно за счет средств местных бюджетов, а по уголовным делам, рассматриваемым федеральными судами, финансирование осуществляется в значительной мере за счет средств федерального бюджета, которые поставлены под жесткий контроль88. Система государственной юридической помощи малоимущим гражданам существует в Нидерландах, Финляндии, Израиле, Франции, Германии и других странах, но эти системы имеют различия. Например, в Германии юридическую помощь малоимущим оказывают не госслужащие за счет государства и не адвокаты, а частнопрактикующие юристы. Уже давно высказывались предложения о создании государственной адвокатуры в России для оказания юридической помощи малоимущим. В 2005 г. в «Российской газете» развернулась дискуссия о том, нужна или не нужна государственная адвокатура89. Адвокатское сообщество выступает против государственных адвокатов и считает, что расходы на нее могли бы полностью покрыть расходы на деятельность адвокатов, не имеющих соглашений с доверителем90. А. Кучере на предлагает возродить «социальную адвокатуру» — систему добровольных, бесплатных юридических консультаций, которые будут вести независимые от государства адвокаты, а в создание такой адвокатуры мог бы активно включиться отечественный бизнес91. Блажен, кто верует. Наш бизнес никакой социальной ответственности не несет и не желает нести, поэтому надежды на то, что бизнесмены будут содержать социальную адвокатуру, весьма призрачны. Тем более, что, даже соглашаясь на такие траты, отечественные бизнесмены в любой момент могут отказаться от них, и тогда социальная адвокатура перестанет существовать. Прежде всего, по моему мнению, речь не может идти об адвокатуре как государственной, так и социальной, ибо адвокатура является профессиональным сообществом адвокатов и как институт гражданского общества не входит в систему органов государственной власти и местного самоуправления, а адвокатской деятельностью не является юридическая помощь, оказываемая работниками органов государственной власти и органов местного самоуправления. Поэтому в постановлении Правительства РФ от 22 августа 2005 г. № 534 «О проведении эксперимента по созданию государственной системы оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам» речь идет не об адвокатах, не об адвокатуре, а о федеральных государственных учреждениях «Государственное юридическое бюро», создаваемых в порядке эксперимента в 10 субъектах РФ. Эксперимент проводился с 1 января 2006 г. по 31 декабря 2006 г. и продлен на 2007 г.; начался он, как отмечается в средствах массовой информации, с непроходимой бюрократической волокиты: «В некоторых регионах доказать, что ты беден, оказалось настолько сложно, что впору привлекать для этого специально обученных людей»92. Реализация конституционного права на квалифицированную юридическую помощь играет важную роль в обеспечении юридической безопасности граждан. Юридическая безопасность рассматривается как состояние юридической защищенности жизненно важных интересов личности (общества, государства) от внешних и внутренних угроз; она включает правовое обеспечение безопасности и надлежащую деятельность правоохранительных, судебных и правоприменительных органов93. Хотя адвокатура — не государственный орган, но ее деятельность, деятельность адвокатов носит правозащитный характер, ибо они защищают права, свободы и законные интересы граждан отлюбых посягательств любых лиц, в том числе и должностных, а также от посягательств любых государственных и общественных организаций. Без активной профессиональной деятельности независимых от государства адвокатов невозможна юридическая безопасность человека и гражданина. Государство обязано создать все условия для реализации такой деятельности адвокатов, которая обеспечила бы равное право всех граждан Российской Федерации, независимо от имущественного положения, на получение квалифицированной юридической помощи и равный доступ к правосудию. Адвокатура является институтом гражданского общества, которое в теории государства и права определяют как систему самостоятельных и независимых институтов и отношений, обеспечивающих условия для реализации частных интересов и потребностей индивидов и коллективов, для жизнедеятельности социальной, культурной и духовной сфер, их воспроизводства и передачи от поколения к по колению94. По Гегелю в гражданском обществе каждый для себя цель. Из этого утверждения Гегеля можно было бы сделать вывод о том, что частный интерес — превыше всего, а общественный интерес для гражданина не существует. Но далее о частном интересе Гегель писал: «Однако без соотношения с другими он не может достигнуть своих целей во всем их объеме. Эти другие суть поэтому средства для цели особенного. Но особенная цель посредством соотношения с другими придает себе форму всеобщего и удовлетворяет себя, удовлетворяя вместе с тем стремление других к благу»95. Следовательно, частный интерес не противостоит и не должен противостоять общественному интересу. Только их гармония позволяет удовлетворить как интерес каждого, так и интересы всего общества. Именно потому, что адвокатура — институт гражданского общества, она не может обслуживать только частные интересы граждан, какими бы ни были, т. е. в том числе и такие, которые противоречат общественным интересам и даже вредят им. В связи с этим возникает вопрос: адвокатура — частный или публичный институт гражданского общества, или частно-публичный? Но сначала надо разобраться в понятиях частного и публичного. Частный означает личный — не общественный96. Публичный — 1) осуществляемый в присутствии публики, открытый; 2) общественный, не частный (устаревшее)97. Понятие публичности в своем первом значении употребляется и в международно-правовых актах. Таким образом, публичность представляет собой открытость, гласность. В уголовном судопроизводстве под публичностью понимают официальность (ex officio — по должности, по обязанности, по долгу службы). Официальный — 1) правительственный, должностной; 2) соблюдающий все правила формальности.98 Полагаю, что необходимо вообще отказаться от понятия публичности как обществен ного, а вместо термина «публичность» ввести в уголовном судопроизводстве термин «официальность» — обязанность государственных органов возбуждать, расследовать, рассматривать и разрешать уголовные дела. Официальность означает также обязанность соответствующих государственных органов, должностных лиц защищать охраняемые законом интересы человека и гражданина, общества и государства. С.И. Викторский писал: «Адвокатская деятельность — профессия в том смысле, что адвокатуру составляют люди, специально посвятившие себя ей; она — публичного характера, потому что ведет за собой определение в законе условий вступления в адвокатуру и прав и обязанностей адвоката и контроль за их деятельностью»99. Поскольку законы принимаются органами государственной власти, то вполне очевидно, что С.И. Викторский под публичностью адвокатуры понимал ее как организованную и признанную официально государством, т. е. официальность адвокатуры. Адвоката же он называл «общественным служителем»100, как и многие другие дореволюционные юристы. Разумеется, если адвокатура — институт гражданского общества, то она не должна противопоставлять себя обществу и, защищая частные интересы, адвокаты удовлетворяют не только эти частные интересы, но и вместе с тем, по Гегелю, стремление других к благу. Следовательно, только тот частный интерес защищают адвокаты, в котором заинтересовано все гражданское общество. Такой интерес является законным интересом, поэтому согласно п. 1 ч. 1 ст. 7 Федерального закона адвокат обязан честно, разумно, добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами. Хотя адвокатура — не государственный институт, но без нее немыслимо осуществление органами государственной власти своих должностных обязанностей: следователем — расследова ния, судом — рассмотрения и разрешения судебных дел (осуществления правосудия). Таким образом, адвокаты содействуют деятельности государственных органов. Адвокатура, по образному выражению Е.В. Васьковского, — «спица в колесе правосудия», без которой «колесо» правосудия никуда не «покатится»101. В резолюциях Первого Всероссийского конгресса адвокатов отрицалась возможность и необходимость государственного руководства адвокатурой и адвокатом в условиях правового государства. Однако Конгресс считал необходимым совместное участие адвокатуры и государства в лице полномочных органов в решении вопросов формирования профессионального правозащитного (адвокатского) сообщества и приобретения статуса адвоката, формирования налоговых и других экономических условий формирования адвокатуры102. Постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 1997 г. предусмотрено, что, гарантируя право на получение квалифицированной юридической помощи, государство должно, во-первых, обеспечить условия, способствующие подготовке квалифицированных юристов для оказания гражданам различных видов юридической помощи, в том числе в уголовном судопроизводстве, и, во-вторых, установить с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерии. Согласно данному постановлению Конституционного Суда РФ критерии квалифицированной юридической помощи в уголовном судопроизводстве устанавливает законодатель путем определения соответствующих условий допуска тех или иных лиц в качестве защитника. Если государство согласно ч. 1 ст. 48 Конституции РФ гарантирует квалифицированную юридическую помощь (а адвокаты оказывают такую помощь), то оно должно обладать какими-то механизмами воздействия на то, чтобы юридическая помощь гражданам во всех случаях была действительно квалифицированной. В Федеральном законе установлено, что органы государственной власти обеспечивают гарантии независимости адвокатуры, осуществляют финансирование деятельности адвокатов, оказывающих юридическую помощь гражданам РФ бесплатно в случаях, предусмотренных законодательством РФ, а также при необходимости выделяют адвокатским образованиям служебные помещения и средства связи (ч. 3 ст. 3 Федерального закона). Тем самым государство содействует, в свою очередь, деятельности адвокатов. Такое взаимодействие адвокатуры с государством является более предпочтительным: государственные органы не подменяют адвокатуру, не руководят ею, но обеспечивают оказание адвокатами квалифицированной юридической помощи населению. С.Д. Игнатов, В.Н. Смирнов полагают, что адвокатура осуществляет профессиональный контроль гражданского общества за соблюдением государством правовых норм, прав и свобод человека и гражданина103. Контроль означает проверку, постоянное наблюдение в целях проверки или надзора104. По моему мнению, адвокатура не должна выполнять контрольные функции. «Контролеров» у нас хватает! Прокурорский надзор, судебный надзор, судебный контроль... Назначение адвокатуры заключается именно в оказании квалифицированной юридической помощи, в чем заинтересованы как конкретный гражданин, человек, так и общество, государство. Не контроль, а активная деятельность по защите прав, свобод, законных интересов физических лиц и охраняемых законом интересов юридических лиц. Вот для чего нужны и адвокатура, и адвокаты. Приобретение статуса адвоката в соответствии с Федеральным законом должно гарантировать оказание квалифицированной юридической помощи. Однако как установить, оказываемая адвокатом юридическая помощь была квалифицированной или нет? Ответ на этот вопрос содержится в определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 сентября 2004 г., которым было признано необоснованным утверждение осужденного о том, что его защиту осуществлял неквалифицированный адвокат. «Как следует из материалов уголовного дела, его защищал адвокат, зарегистрированный в реестре адвокатов Республики Коми. Согласно протоколу судебного заседания требования уголовно-процессуального закона им выполнены в полном объеме»105. Согласно ч. 2 ст. 3 Федерального закона адвокатура как профессиональное сообщество действует на основе принципов законности, независимости, самоуправления, корпоративности, а также принципа равноправия адвокатов. Корпоративность выделяется из всех этих принципов, так как такого принципа нет в деятельности правоохранительных органов. Под корпорацией применительно к адвокатуре следует понимать объединенную группу, круг лиц одной профессии. И такое понимание адвокатуры не вызывает возражений. Корпоративный — узкогрупповой, замкнутый пределами корпорации106. Означает ли принцип корпоративности то, что адвокатура в своей деятельности должна руководствоваться узкогрупповыми интересами своего профессионального сообщества? Адвокатура, являясь институтом гражданского общества, не может замыкаться на самой себе, быть обособленной, отъединенной от общества (да и от государства тоже, ибо адвокаты осуществляют свою деятельность в государственных органах); она не может быть занята только своими узкими интересами. Вообще, корпоративность адвокатуры как принцип ее деятельности, полагаю, не соответствует понятию адвокатуры как института гражданского общества. Некоторые адвокаты правильно считают, что нужен внешний контроль за адвокатурой, ибо злоупотреблений корпоративного свойства в юридической системе более чем предостаточно107. Нужна широкая гласность в деятельности адвокатуры. В частности, в местных газетах было бы полезно печатать списки кандидатов в адвокаты, а после приобретения ими статуса адвоката списки принятых в адво катуру. Тем самым общественность информируется о тех, кто будет оказывать квалифицированную юридическую помощь, и имеет возможность судить о том, достойны ли эти лица быть адвокатами. Адвокатура действует на основании закона. Представляя и защищая не запрещенными законом средствами частные интересы, адвокаты таким образом охраняют и общественные, государственные интересы, ибо общество и государство заинтересованы в соблюдении и защите прав, свобод и законных интересов физических и юридических лиц. Адвокат — представитель гражданского общества выполняет общественно и государственно значимую, конституционную функцию оказания квалифицированной юридической помощи. Защищая и представляя граждан в государственных органах, адвокаты осуществляют связь между конкретным гражданином и государством, информируют государство о нарушениях прав и свобод граждан. Основанная на законе, принципиальная защита физических и юридических лиц заставляет государство восстанавливать их нарушенные права и законные интересы, а также корректировать свою политику по реализации прав и основных свобод человека и гражданина. Адвокаты, являясь квалифицированными юристами, одновременно являются наиболее квалифицированным (с юридической точки зрения) связующим звеном между человеком и государством, а следовательно, наиболее полезным и как частному лицу, так и государству, ибо главнейшая обязанность государства — признание, соблюдение и зашита прав и свобод человека и гражданина (ст. 2 Конституции РФ). Контроль за деятельностью адвокатуры со стороны государства выражается в том, что в квалификационную комиссию, которая создается для приема квалификационных экзаменов у лиц, претендующих на присвоение статуса адвоката, а также для расследования жалоб на действия (бездействие) адвокатов, входят представители законодательной, исполнительной и судебной ветвей государственной власти (ч. 2 ст. 33 Федерального закона). Однако законом не предусмотрено участие в квалификационной комиссии представителей общественности, иных институтов гражданского общества. Представляется, что статус данной комиссии значительно бы повы сило участие в ее работе правозащитных организаций, профессорско-преподавательского коллектива юридических вузов. В какой-то степени контролем со стороны государства можно считать также ведение реестра территориальным органом федерального органа исполнительной власти в области юстиции (ст. 14 Федерального закона), поскольку территориальный орган юстиции осведомлен о качественном составе адвокатской палаты субъекта РФ. Однако адвокатура не теряет своей независимости: и формирование ее и все вопросы внутри адвокатского сообщества адвокаты решают самостоятельно. Кроме того, ст. 18 Федерального закона устанавливает гарантии независимости адвокатов при осуществлении ими своей профессиональной деятельности. Как указано в преамбуле Основных положений о роли адвокатов, профессиональные ассоциации адвокатов кооперируются с Правительством и иными институтами для достижения целей правосудия и общественного интереса. Статья 25 Основных положений о роли адвокатов устанавливает следующее: «Профессиональные ассоциации должны кооперироваться с Правительством для обеспечения права каждого на равный и эффективный доступ к юридической помощи, чтобы адвокаты были способны без неуместного вмешательства со стороны давать советы и помогать своим клиентам в соответствии с законом и признанными профессиональными стандартами и этическими правилами». Следовательно, основой совместной деятельности адвокатуры и государства являются закон, необходимость равного и эффективного доступа к квалифицированной юридической помощи, достижение целей правосудия и общественного интереса. Адвокатура в РФ независима от государства, которое обязано обеспечивать эту независимость принятием соответствующих законов. Основной гарантией независимости как адвокатуры в целом, так и отдельных адвокатов является Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 15 мая 2002 г.108 Деятельность адвокатуры, полагаю, носит частнообщественный или частнопубличный характер, если под публичным понимать общественное. Адвокатура, с одной стороны, призвана защищать, представлять частные интересы — интересы конкретного человека и гражданина, а с другой — защита прав, свобод, законных интересов граждан носит общественный и даже официальный (публичный) характер, ибо в такой защите, в таком представительстве заинтересованы общество и государство. Адвокат частично принимает на себя соблюдение и защиту прав, свобод человека и гражданина, что является обязанностью государства. Защищая частные законные интересы, адвокаты одновременно защищают общественные и государственные интересы. Таким образом, данное обстоятельство также подтверждает, что адвокатура необходима как физическим, юридическим лицам, так и обществу, государству. Деятельность адвоката в уголовном судопроизводстве, в отличие от других участников — не государственных органов, наиболее близка к официальности. Данное обстоятельство подтверждается тем, что УПК пользуется терминами «уполномочен», «полномочия» только в отношении участников уголовного процесса — должностных лиц и защитника, в качестве которого главным образом выступают адвокаты. И не случайно ст. 6 Федерального закона также называется «Полномочия адвоката». Полномочия — официально предоставленное кому-нибудь право какой-нибудь деятельности, ведения дел109. Адвокатам государство предоставило право вести дела в уголовном судопроизводстве. На ведение уголовных дел (производство по уголовным делам) уполномочены и государственные органы, которые в отличие от адвокатов не только исполняют закон, но и применяют его. От их решений зависят ход и исход дела. Адвокат же как квалифицированный юрист своей деятельностью способствует правильному исполнению и применению законов и тем самым влияет на ход и исход производства по делу. Итак, в адвокатуре как институте гражданского общества органически сочетаются частное и публичное, поэтому можно считать, что адвокатура — это частнопубличный институт гражданского общества. В уголовном судопроизводстве деятельность адвоката-защитни- ка имеет в большей степени публично-правовой характер, ибо здесь решается вопрос об уголовной ответственности за деяние, которое государством признано общественно опасным, т. е. опасным для всего общества даже в том случае, когда нарушается только частный интерес и защищается только частный интерес110. Кроме того, публич- но-правовой характер деятельности адвоката-защитника проявляется также в его обязанности защищать не любые, а только законные интересы подозреваемого, обвиняемого и только теми средствами, которые не запрещены законом. А.Д. Бойков правильно заметил, что последовательное служение адвоката общественным интересам способствует повышению его авторитета у органов следствия, прокуратуры и суда, что в конечном счете сказывается на убедительности осуществляемой им защиты111. Именно это придает объективный характер деятельности адвоката и повышает престиж всей адвокатуры в глазах гражданского общества: «...адвокат, в силу условий своей деятельности, необходимо является и служителем, и творцом права. Эта единственная характерная особенность неизменно присуща деятельности адвоката во все времена. Передаваясь из поколения в поколение, из страны в страну, она укрепляет веру в силу правового начала и сознание общественной миссии адвокатуры»112. Публично-правовой характер деятельности адвокатов-защит- ников усиливается и в зарубежных государствах. Так, в Германии возрастают требования к воспитательной роли защитника по делам о нарушениях несовершеннолетних. По действующему законодательству Германии «основная задача защитника, участвующего, — не добиваться в первую очередь оправдательного приговора или более мягкой меры наказания, а содействовать воспитательному характеру ювенального судопроизводства и выбору наиболее подходящей меры воздействия на правонарушителя»113. И.В. Гессен о необходимости адвокатуры в дореволюционной России писал: «Последнее пятидесятилетие доказало нам ясно, что никакое образование не в состоянии ничего сделать, если уровень общественной нравственности постепенно понижается, и понятия о праве и законности сделались пустыми звуками за оградами формальностей, буквы закона, протекций и безнаказанности судей перед общественным мнением. Гласность и одна гласность в состоянии восстановить у нас понятия о законе и праве и искоренить хотя несколько взяточничество и казнокрадство. Если же мы хотим в самом деле гласного судопроизводства, должны хотеть и адвокатуры, т. е. иными словами, — хотим мы цели, должны хотеть и средства»114. Эти слова звучат актуально и сегодня. Отказ от гласности как принципа судопроизводства, келейность рассмотрения судебных дел вредит не только правосудию. Это может привести (и, по моему, уже приводит) к тому, что адвокаты перестают себя чувствовать представителями гражданского общества и постепенно превращаются в юридических чиновников, представителей любых частных интересов, которые защищают «всеми правдами и неправдами». Нельзя допустить, чтобы адвокатура превратилась, как писал Ф.М. Достоевский, в школу изворотливости ума и засушения сердца, школу извращения всякого здорового чувства по мере надобности, школу всевозможных посяг- нований, бесстрашных и безнаказанных, постоянную и неустанную, по мере спроса и требования, и возведенную в какой-то принцип, а с нашей непривычки и в какую-то доблесть, которой все аплодируют115. Сегодня, на мой взгляд, наиболее остро встает вопрос: кому служит адвокат. Мой ответ таков: адвокат, адвокатура являются выразителями общественного мнения, они служат обществу, закону, профессионально защищая в соответствии с законом и нормами нравственности права, свободы и законные интересы каждого, кто обратился к ним за юридической помощью. Закон и нравственность — вот средства, которыми реализуются назначение адвокатуры в Российской Федерации. Весьма важным для деятельности адвокатуры является принцип независимости, гарантии которой установлены в ст. 18 Федерального закона: 1. Запрещение вмешательства в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности каким-либо образом. Данный запрет относится как к государственным органам, так и к физическим и юридическим лицам. Если адвокат действует в соответствии с законом, препятствовать ему в осуществлении защиты или представительства в уголовном процессе или пытаться навязать ему действия и решения, с которыми не согласен адвокат, которые противоречат закону, недопустимо, кто бы ни пытался это осуществить. Данное обстоятельство в равной степени относится как к должностным лицам, так и к доверителю, и подзащитному, ибо согласно ч. 1 ст. 2 Федерального закона адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам. 2. Недопустимость привлечения адвоката к какой-либо ответственности (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) за выраженное им при осуществлении адвокатской деятельности мнение, если только вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена виновность адвоката в преступном действии (бездействии). Данная гарантия независимости адвоката позволяет ему занимать позицию по делу, высказывать мнение по вопросам, которые возникают в ходе производства по уголовным делам, не опасаясь за последствия своих действий, без оглядки на то, понравится это или нет государственным органам или иным лицам, участвующим в уголовном процессе. Однако адвокат может, например, высказать при осуществлении адвокатской деятельности оскорбительное мнение в адрес кого- либо из участников судопроизводства. В этом случае он без сомнения может быть привлечен к ответственности без вступившего в законную силу приговора суда. Поэтому в ч. 2 ст. 18 Федерального закона следовало указать не на мнение адвоката, а на его позицию по делу, мнение по существу дела и вопросам, возникающим в ходе производства по уголовному делу. Надлежащее выполнение профессионального поручения адвокатом включает в себя должную организацию труда, исключение спешки и поверхностности, активность в судебном процессе, принципиальность и настойчивость в отстаивании избранной позиции, полное использование профессиональных возможностей, включая предусмотренное законом право обжалования неблагоприятных решений, обязанность оказывать доверителю и подзащитному иную юридическую помощь: разъяснение правового значения возникающих проблем, ознакомление с документами и т. п. (п. 2.2 Правил адвокатской этики, подготовленных Международным союзом (содружеством) адвокатов).116 Адвокат несет гражданско-правовую ответственность перед доверителем согласно условиям соглашения об оказании юридической помощи. Адвокат осуществляет в соответствии с федеральным законом страхование риска своей профессиональной имущественной ответственности за нарушение условий заключенного с доверителем соглашения об оказании юридической помощи (ст. 19 Федерального закона). Доверитель вправе требовать от адвоката возмещения убытков, если последний не выполнил поручение или выполнил его не в соответствии с соглашением об оказании юридической помоши, в том числе и путем предъявления иска. Статус адвоката может быть прекращен за неисполнение либо ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнения решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции (п. 6 ч. 1 ст. 17 Федерального закона). В Федеральном законе представляется необходимым установить права доверителя. В частности, доверитель вправе требовать полного или частного возвращения полученного адвокатом гонорара за оказание юридической помощи доверителю, если юридическая помощь не оказывалась или оказывалась неквалифицированно. Кроме того, доверителю следует предоставить право на возмещение морального вреда, который действиями адвоката был причинен ему или назначенному лицу. Согласно п. 2 ст. 4 Федерального закона Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности. В соответствии со ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого Первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г., нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных Федеральным законом и Кодексом профессиональной этики адвоката, установленных собранием (конференцией) соответствующей адвокатской палаты. Мерами дисциплинарной ответственности являются замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката, иные меры, установленные собранием (конференцией) соответствующей адвокатской палаты. В литературе предлагается установить уголовную ответственность адвоката при наличии указанных в законе оснований;117 отмечается также, что в последние годы утрачены лучшие традиции дореволюционной и советской адвокатуры; часто приходится слышать не только о безнравственных адвокатах, но и о грубых нарушениях ими закона. Предлагается налагать на адвокатов денежное взыскание в случае нарушения ими порядка судебного разбирательства.118 3. Запрет истребовать от адвокатов, а также работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам. Такой запрет является гарантией адвокатской тайны и невмешательства в адвокатскую деятельность. 4. Государственная защита адвоката, членов его семьи и их имущества. Обязанность принимать необходимые меры по обеспечению безопасности адвоката, членов его семьи, сохранности принадлежащего им имущества возложена на органы внутренних дел. Необходимость в такой защите может возникнуть тогда, когда существует реальная угроза жизни, здоровью адвоката, членам его семьи, повреждения или уничтожения их имущества вследствие выполнения адвокатом своих профессиональных обязанностей. Такие угрозы могут исходить от недовольных активной деятельностью адвоката участников уголовного процесса, посторонних лиц. В последние годы нередки стали случаи нападений на адвокатов в связи с их профессиональной деятельностью. Профессия адвоката, становится опасной. Е. Семеня ко правильно заметил: «Те, кто совершает эти преступления, пытаются запугать не только защитников. Это угроза правосудию, правам и свободам граждан, всей правовой системе».119 Основные принципы, касающиеся роли юристов, принятых VIII Конгрессом ООН по предупреждению преступлений и обращению с правонарушителями (Гавана, 27 августа — 7 сентября 1990 г.), предусматривают: «16. Правительства обеспечивают, чтобы юристы: а) могли выполнять все свои профессиональные обязанности в обстановке, свободной от угроз, препятствий, запугивания или неоправданного вмешательства.... 17. В тех случаях, когда возникает угроза безопасности юристов в результате выполнения ими своих функций, власти обеспечивают им надлежащую защиту». Согласно ч. 3 ст. 11 УПК при наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности, предусмотренные ч. 9 ст. 166, ч. 2 ст. 186, ч. 8 ст. 193, п. 4 ч. 2 ст. 241 и 278 УПК. Однако во всех этих статьях УПК речь идет о потерпевшем и свидетеле; адвокат не упоминается в числе тех, к кому применяются меры безопасности. Закрытое судебное разбирательство может проводиться в случае, когда этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства, их близких родственников, родственников или близких лиц (п. 4 ч. 2 ст. 241 УПК). Поскольку в ст. 11 УПК речь идет о всех участниках уголовного судопроизводства, постольку меры безопасности и порядок их применения при производстве по уголовному делу распространяются и на адвоката-защитника, и на адвоката-представителя потерпевшего. На адвоката, участвующего в допросе свидетеля, при производстве обыска, очной ставки распространяется государственная защита, предусмотренная Федеральным законом. 5. Соблюдение гарантий, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством, при уголовном преследовании адвоката. Такие гарантии установлены в главе 52 УПК. Решение о возбуждении уголовного дела в отношении адвоката либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, принимается на основании заключения судьи районного суда или гарнизонного военного суда по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления. В районный суд обращается прокурор района со своим представлением, которое рассматривается с участием адвоката и его защитника в закрытом судебном заседании в срок не позднее 10 суток со дня поступления представления прокурора в суд. Избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу, а также обыск (за исключением задержания на месте преступления), выемка, наложение ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию, прослушивание телефонных и иных переговоров в отношении адвоката осуществляется в порядке, предусмотренном УПК. Квалифицированную юридическую помощь могут оказывать только квалифицированные кадры адвокатов, поэтому весьма важное значение имеет вопрос о кадровом составе адвокатуры, о том, кто может приобрести статус адвоката. «Адвокатом может быть не всякий, кто достаточно приготовлен к этому званию. Сословие адвокатов, так же как и сословие судей, тогда только может исполнить свое назначение и удовлетворить своей цели, когда будет сословием в самом себе заключенным, стоящим возле судебной власти, но не зависящим от нее. Законодатель не должен забывать, что есть сословия, для которых только честь и убеждения могут служить надежным руководством и основанием порядка, для которых владычество материальной системы и безусловного приказа было бы гибельно. Для вступления в такое сословие должны быть установлены формальные требования, но как скоро сословие организовалось, необходимо предоставить ему свободную, независимую деятельность».120 При создании адвокатуры в дореволюционной России ставилась задача образовать класс лиц, юридически сведущих и нравственно благонадежных. При этом такие лица должны были удовлетворять как формальным (установленных законом), так неформальным условиям, к которым относились нравственные качества кандидата.121 «Уголовный защитник представляется как vir bonus, dicendi peritus (муж добрый, опытный в речах), вооруженный знанием и глубокой честностью, умеренный в приемах, бескорыстный в материальном отношении, независимый в убеждениях, стойкий в своей солидар ности с товарищами».' В этих словах А.Ф. Кони заключается нравственный идеал адвоката-защитника, вся его профессиональная сущность. Именно с нравственности, нравственной благонадежности адвоката начинается профессия адвоката. Его нравственность, его внутренние духовные качества стоят впереди его компетентности. Для приобретения статуса адвоката в Российской Федерации закон устанавливает следующие основания: наличие высшего юридического образования, полученного в имеющем государственную аккредитацию образовательном учреждении высшего профессионального образования, либо ученой степени по юридической специальности; стаж работы по юридической специальности не менее двух лет либо стажировка в адвокатском образовании на срок от одного года до двух лет, сдача лицом, претендующим на приобретение статуса адвоката, квалификационного экзамена и принятие им присяги. Со дня принятия присяги претендент получает статус адвоката и становится членом адвокатской палаты (ст. 9, 13, 28 Федерального закона). Гражданство РФ не требуется для приобретения статуса адвоката, как и достижение определенного возраста. Иностранные граждане и лица без гражданства вправе получить статус адвоката в РФ, что вызывало возражение еще при обсуждении проектов закона об адвокатуре. Иностранец, как правильно заметил Г. Мирзоев, не будет брать дела бесплатные или защищать подозреваемых по назначению. Кроме того, вряд ли адвокаты-иностранцы будут интересоваться проблемами повышения квалификации российских адвокатов. Наоборот, им выгодны малоквалифицированные российские адвокаты, которые не будут составлять им конкуренцию.122 Постановлением Правительства РФ от 19 сентября 2003 г. утверждено Положение о введении реестра адвокатов иностранных государств, осуществляющих адвокатскую деятельность на территории РФ. Согласно п. 5 ст. 2 Федерального закона адвокаты иностранного государства могут оказывать юридическую помощь на территории РФ только по вопросам права данного государства, однако этот закон не предусматривает ответственность адвокатов иностранных государств за нарушения закона и адвокатской этики. Следует согласиться с предложением Г. Мирзоева об исключении таких адвокатов иностранных государств из вышеуказанного реестра. Закон устанавливает только два основания, препятствующие приобретению статуса адвоката. Это лица: 1) признанные недееспособными или ограниченно дееспособными в установленном законодательством РФ порядке; 2) имеющие непогашенную или не снятую судимость за совершение умышленного преступления. Отсюда следует, что лица, имеющие судимость за неосторожные преступления, могут быть адвокатами. Тот, кто нарушил закон в самой опасной форме (преступление, умышленное или неосторожное), не может вызывать доверие в том, что он всегда будет следовать требованиям закона при осуществлении своей профессиональной деятельности адвоката. Можно ли говорить о нравственной безупречности лица, если оно было судимо за совершение общественно опасного деяния? Или же нравственные качества вообще не принимаются во внимание при приобретении статуса адвоката? Как может адвокат выполнить обязанность по соблюдению кодекса профессиональной этики адвоката, если его нравственные качества не имеют значения для того, чтобы стать адвокатом? Безнравственного человека бессмысленно обязывать соблюдать этические нормы, ибо он не имеет понятия о них. В настоящее время в адвокатуру могут быть приняты и лица, уволенные из судебных и правоохранительных органов за проступки, порочащие честь и достоинство юриста. Ведь не секрет, что так называемые «проштрафившиеся» судьи, прокуроры, следователи поступают в адвокатуру. Отказать им в приобретении статуса адвоката по действующему закону нельзя. Однако такие лица не прибавляют авторитета ни адвокатуре, ни профессии адвоката. Недопустимо также бывших работников суда, прокуратуры, милиции принимать на работу адвокатом в том же районе, а иногда и области, где они работали в прежнем качестве. В федеральном законе должен быть установлен запрет в течение нескольких (5—7) лет заниматься адвокатской практикой по месту их прежней работы. «Это исключило бы случаи сговора новоиспеченного адвоката со своими бывшими сослуживцами, решило бы многие вопросы обеспечения (реального, а не формального) права на защиту, а также во многом способствовало бы искоренению коррупции».123 Неприемлемо также положение, когда в одном районе работают родственники, один из которых является адвокатом, а другой — судьей, прокурором, следователем. Такой запрет также должен быть закреплен в Федеральном законе. В Федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России» на 2007—2011 гг. предусмотрена необходимость установления запрета на участие в рассмотрении дела адвоката-супруга, родственника или свойственника судьи. Ю.И. Стецовский отстаивал необходимость учета нравственных качеств лиц при приеме их в адвокатуру. Он писал: «Чтобы стать адвокатом, необходимо отвечать не только формально определенным условиям (образование, стаж и т. д.). Адвокат должен иметь еще и нравственные основания для своего участия в разрешении человеческих судеб, для высказывания о поступках людей».124 М.Ю. Барщевский, полемизируя с Ю.И. Стецовским, считает, что последний смешивает понятия права и морали, и предлагает ограничения отбора кадров по деловым, а не по нравственным параметрам.125 Однако, во-первых, Ю.И. Стецовский предлагает при отборе кадров в адвокатуру учитывать не только нравственные, но и деловые качества. Во-вторых, право и мораль тесно взаимосвязаны. Нравственные требования нередко становятся правовыми. Так велико их значение. Если в законе установлены только требуемые для адвоката деловые качества, то не будет оснований для отказа в приобретении статуса адвоката лицам, далеким от нравственной безупречности, что не позволит им сохранять честь и достоинство профессии адвоката. А именно этого требует Кодекс профессиональной этики адвоката. В-третьих, М.Ю. Баршевский предложил специальный раздел кодекса профессиональной этики адвокатов, в котором четко сформулировать более строгие требования к «абитуриентам», по его выражению.126 Но кодекс профессиональной этики не является законом, поэтому на его основании наделять лицо статусом адвоката или не наделять недопустимо. Если лицу будет отказано в приеме в адвокатуру по причине его безнравственности, он вправе обжаловать такой отказ в суд, который разрешает дело на основании закона, а не кодекса профессиональной этики адвоката. Вот почему необходимо в законе указать на необходимость наличия у гражданина не только деловых, но и нравственных качеств — нравственной безупречности. Поэтому совершенно обоснованно Первый Всероссийский конгресс адвокатов в своей резолюции от 30 октября 1999 г. определил суть профессии адвоката как нравственность, компетентность и независимость, поставив на первое место именно нравственные качества.127 К сожалению, это не нашло своего закрепления в Федеральном законе. В Основных положениях о роли адвокатов также указывается на значение профессиональных ассоциаций адвокатов в поддержании профессиональных стандартов и этических норм. Следовательно, и на международном уровне профессионализм и этика адвоката являются взаимосвязанными требованиями к адвокатам. Профессию адвоката называют свободной профессией. В чем же выражается эта свобода, от кого или от чего свободен адвокат? И нужна ли адвокату такая свобода? Свобода профессии адвоката означает, прежде всего, то, что адвокат не состоит на государственной службе, независим от государственных органов. Однако адвокатская деятельность — не частное ремесло, «профессия эта отправляется в видах публичного интереса, для обеспечения потребности населения и государства в судебном представительстве».128 Адвокатура не входит ни в одну ветвь государственной власти; она автономна и независима в решении своих внутренних вопросов, в том числе и определения степени ответственности адвокатов, приема и исключения из адвокатуры. Официальный характер адвокатской деятельности определяется не только тем, что адвокаты обеспечивают гарантированное Конституцией РФ право каждого на квалифицированную юридическую помощь, но и тем, что адвокатура в целом и каждый адвокат в отдельности действуют на основании закона, который определяет условия приобретения статуса адвоката, его права и обязанности, организацию адвокатской деятельности и адвокатуры. Как было уже отмечено, адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам. Независимость адвоката и адвокатуры как профессионального сообщества адвокатов, их свобода является гарантией того, что никто не может принуждать адвокатов к избранию позиции по делу, средств защиты, к высказыванию определенных советов и т. п. В деятельность адвокатов и адвокатуры никто не вправе вмешиваться. Такая свобода требуется для того, чтобы адвокат, не боясь негативных последствий для себя, выполнял свое предназначение — оказание квалифицированной юридической помощи на профессиональной основе в целях защиты прав, свобод и законных интересов физических и юридических лиц, а также обеспечения доступа к правосудию. В этом заинтересованы граждане, общество и государство. Свобода профессии адвоката выражается в следующем: 1. Доступ к этой профессии является свободным. Закон определяет требования, предъявляемые к претендентам на приобретение статуса адвоката. Каждый желающий, достаточно подготовленный к профессии адвоката, физически и нравственно способный осуществлять адвокатскую деятельность, может стать адвокатом. 2. При осуществлении своих профессиональных обязанностей адвокат должен пользоваться свободой слова, т. е. иметь возможность высказывать свое мнение по правовым и иным вопросам, по поводу которых к нему обратились за юридической помощью. 3. Адвокатура независима и не терпит вмешательства в ее внутреннюю жизнь со стороны государственных органов. Но, являясь «особой общественной единицей», по образному выражению И.Я. Фойницкого, адвокатура не может находиться вне контроля общества и государства, который, главным образом, заключается в том, что адвокатура и адвокаты могут действовать только на основании законов, которые принимает государство. Государство в лице законодательной власти также определяет организацию и содержание деятельности адвоката и адвокатуры. Итак, при всей своей свободе адвокат не может быть свободен от требований закона и нравственности. Глава II НРАВСТВЕННО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ ПОДОЗРЕВАЕМЫХ, ОБВИНЯЕМЫХ § 1. ПОНЯТИЕ И ЗНАЧЕНИЕ НРАВСТВЕННОПРАВОВЫХ ОСНОВ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ ПОДОЗРЕВАЕМЫХ, ОБВИНЯЕМЫХ Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает, что закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя. Тем самым основой деятельности адвоката, в том числе и в уголовном судопроизводстве, являются нравственные и правовые нормы, среди которых можно выделить наиболее важные для осуществления профессиональной защиты подозреваемых, обвиняемых. В настоящее время весьма остро встает проблема нравственности во всех сферах жизни общества и государства. За последние 10— 15 лет пытались и пытаются отучить всех нас не только от следования нормам нравственности, но и от самого слова «нравственность», активно прививается идея, особенно молодежи, о том, что богатство, деньги — это и есть нравственность. «То, что выгодно мне, то, что приносит доход, то и нравственно», — считают многие, в том числе и некоторые адвокаты. С нормами нравственности не хотят считаться, их попирают, о них забывают. Поэтому не случайно Патриарх Московский и всея Руси Алексий II сказал в своем приветствии собранию Московского клуба юристов: «Прискорбно, что в настоящее время существует стремление провозгласить нравственность уделом исключительно частной жизни, сузить до предела ее государственное значение».129 Уже многие обратили внимание на то, что нравственный уровень адвокатов падает, я бы даже сказала, с катастрофической быстротой. К сожалению, все больше адвокатов смотрят на защиту как на игру, забывая, что ставки в такой «игре» весьма велики — судьба человека и что «играть» можно только по закону. Вот как начинающий адвокат написал о своей работе: «Это как игра в шахматы: либо ты переиграешь закон, либо он обставит тебя. Подзащитные с их судьбами становятся фигурками на черно-белом поле. Гонорары не имеют значения. (Хотя для уголовных дел они и в Челябинске достаточно высоки. Я обычно не беру меньше полутора-двух тысяч.) Главное — азарт».130 Вот уж поистине не позавидуешь подзащитным такого адвоката, для которого главное — азарт, игра, а не человек. Построение правового государства немыслимо без повышения нравственного сознания каждого и всего общества в целом, а потому государство должно заботиться о нравственном здоровье нации. Чтобы законы были справедливыми, необходима высокая нравственность законодателей. Чтобы такие законы соблюдались, нужна высокая нравственность не только правоприменителей, но и всех граждан. «Правовая система, лишенная гражданской этики, может легко выродиться в сухое сутяжничество. А благожелательность дополняет правовые нормы и обеспечивает нравственную основу законности».131 Для молодых очень важно «делать жизнь с кого-то». А сейчас даже сами адвокаты (к счастью далеко не все) очерняют великие нравственные традиции русской дореволюционной адвокатуры. Так, один челябинский адвокат считает: «...не стоит мерить свою жизнь такими именами, как Плевако и Кони. Они сделали себе имя, защищая людей, которые выступали против существовавшего строя, революционеров, а по сути бандитов. Они в некотором смысле воевали на стороне советской власти и потому были востребованы коммунистической идеологией. А их профессиональные заслуги явно преувеличены».132 А.Ф. Кони никогда не был адвокатом, а потому никогда никого не защищал, в том числе и революционеров. Он был председательствующим по делу В. Засулич, которое не было политическим делом, и его напутственная речь в полном соответствии с законом отличалась объективностью, что вообще было характерно для А.Ф. Кони и как судьи, и как прокурора. А.Ф. Кони всегда был защитником справедливого правосудия.133 Ф.Н. Плевако, уроженец г. Троицка Челябинской области, был адвокатом и как адвокат осуществлял защиту обвиняемых независимо от того, в каких преступлениях они обвинялись. Кража при любой идеологии — кража, как и многие другие преступления. Современные адвокаты защищают террористов, бандитов, которые убивают не одного, не двух человек, а сотни. И никто не бросает им упрек в том, что они востребованы какой-то идеологией, что они защищают людей, которые выступают против существующего строя. А уж считать, что профессиональные заслуги А.Ф. Кони, Ф.Н. Плевако, В.Д. Спасовича и других явно преувеличены, и совсем негоже. Многим современным адвокатам весьма далеко до профессионализма, ораторского искусства А.Ф. Кони, Ф.Н. Плевако, В.Д. Спасовича и других юристов, составивших гордость и славу русской юридической школы. Им-то не были присущи цинизм и заигрывание с властью. Ф.Н. Плевако считал, что от адвоката прежде всего требуется нравственная чистота и правдивость,134 до которых нет дела некоторым нынешним адвокатам. Вышеуказанный челябинский адвокат заявил: «Я считаю, что защищать нужно власть. Она нуждается в защите, потому что ее представители олицетворяют сегодня демократические перемены».135 Во-первых, к сожалению, не все представители сегодняшней власти «олицетворяют демократические перемены». Во-вторых, власть в состоянии сама себя защи тить: и законы принять, какие ей угодны, и исполнять их, как ей заблагорассудится, и судить так, как надо кому-то, что мы нередко видим на практике, в сегодняшней жизни. В-третьих, адвокат должен в силу своей профессии защищать человека, гражданина (в том числе гражданина — представителя власти), но не власть. Для адвоката во все времена важны ни строй, ни идеология, а общепризнанные человеческие ценности. И лучшие адвокаты (русские дореволюционные и советские) всегда следовали этой традиции, которая, очевидно, обременительна и чужда некоторым (а может быть и не некоторым?) современным российским адвокатам. А.Ф. Закомлистов пишет: «...чтобы быть нравственным юристом, нужно соблюдать требования юридической нормы при ее применении, т. е. быть профессионалом. Отсюда мы получаем тождество: профессиональное равно нравственному».136 Если это так, то нет необходимости вести речь об этике юриста, нравственных качествах, предъявляемых к нему и т. п. Достаточно быть профессионалом, человеком, который занимается юридической деятельностью профессионально, т. е. данная деятельность — основной род его занятий, трудовой деятельности.137 Однако трудовая деятельность не делает юриста автоматически нравственным, особенно в уголовном процессе. Можно соблюдать юридические нормы при ее применении, но способы такого применения могут быть нравственными и безнравственными. Например, адвокат в судебном заседании, участвуя в допросе потерпевшего, задает ему вопросы в оскорбительной форме. Адвокат при этом соблюдает требования уголовно-процессуальной нормы (ч. 3 ст. 278 УПК), но делает это безнравственно. Овладеть профессиональными навыками для юриста недостаточно. Как и любая другая профессия, которая предполагает работу с людьми, она требует для своего выполнения определенных нравственных качеств и определенных нравственных требований. Таким образом, не только право, но и нравственность играет важную роль в деятельности адвокатов вообще и в профессиональ ной защите по уголовным делам в особенности. В связи с этим возникает необходимость в установлении нравственно-правовых основ такой защиты. Нравственно-правовые основы профессиональной защиты подозреваемых, обвиняемых представляют собой исходные, главные положения, определяющие нравственные и деловые качества адвоката, его нравственную и правовую безупречность при осуществлении своих профессиональных обязанностей, выражающие гуманную сущность, а также назначение профессиональной защиты и закрепленные в нормах нравственности и права. Основные положения о роли адвокатов, устанавливают: «Адвокаты должны постоянно поддерживать честь и достоинство своей профессии в качестве важных участников отправления правосудия» (ст. 12). В 1995 г. в г. Эдинбурге (Шотландия) Правлением Международной ассоциации юристов были одобрены Генеральные принципы этики адвоката, цель которых заключается в установлении общепринятого профессионального стандарта, ожидаемого от адвоката в любой стране мира, в том числе и в России. Согласно ч. 1 ст. 4 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокаты при всех обстоятельствах должны сохранять честь и достоинство, присущие их профессии. В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 7 Федерального закона адвокат обязан соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката. Таким образом, главное нравственное требование к адвокату нашло свое закрепление и в этических, и в правовых нормах. Нормы права и нормы нравственности настолько тесно взаимосвязаны при осуществлении профессиональной защиты, что отделить их друг от друга порой невозможно. Нравственность, право, политика влияют друг на друга, обусловливают друг друга. По меткому замечанию Гельвеция, этика есть пустая наука, если она не сливается с политикой и законодательством. Однако исходным началом, определяющим содержание и права, и политики, должна быть нравственность. Только нравственный закон, в котором выражена нравственная политика, будет реально действующим, ибо он не противоречит нравственным принципам, общечеловеческим ценностям. Человечество всегда придавало большое значение нравственности. В нравственных заповедях, принципах нуждаются как все общество, государство, так и отдельный человек. Заповеди Моисея, Христа — не что иное, как принципы нравственности для христианина. Нравственные требования предъявляются не только к каждому конкретному человеку, но и к профессиям, которые в процессе выполнения своих обязанностей постоянно общаются с людьми. Для профессии адвоката нравственные основы его деятельности имеют особое значение. Адвокат сталкивается с человеческим горем, обидами, нравственными травмами, страданиями, что требует от него не только сострадания, ной больших нравственных усилий. Кроме того, большинство адвокатов хотят сделать карьеру, имя, что дает не только материальное, но и глубокое моральное удовлетворение. Однако завоевать доброе имя, хорошую репутацию невозможно без соблюдения нравственно-правовых основ профессиональной защиты. Уже давно утвердились понятия «адвокатская этика», «этика адвоката», которые являются составной частью судебной этики. Этика адвоката включает в себя и профессиональные обязанности и образ жизни адвоката. Этике адвоката были посвящены многие работы дореволюционных юристов,138 которые постоянно подчеркивали необходимость нравственной безупречности адвоката. Адвокатура подвергалась и подвергается нападкам более всего из-за того, что адвокаты в нравственном отношении оставляют желать лучшего. Вслед за Ф.М. Достоевским некоторые утверждают, что адвокат не может избежать фальши.139 Иными словами утверждается, что адвокат — это «обреченный на бессовестность человек».140 У Ф.М. Достоевского было двойственное отношение к адвокатуре. С одной стороны, он считал нравственным и «умилительным», когда адвокат употребляет свой труд и талант на защиту несчастных; это друг человечества. С другой стороны, адвокатура представлялась Ф.М. Достоевскому как «какая-то юная школа изворотливости ума и засушения сердца, школа извращения всякого здорового чувства по мере надобности, школа всевозможных посягновений, бесстрашных и безнаказанных, постоянная и неустанная».141 Такое двойственное восприятие адвокатуры осталось до сих пор. Более того, к великому сожалению, негативный взгляд на деятельность адвокатов в суде стал более распространенным. Да и сами адвокаты нередко не очень-то заботятся о том, чтобы предстать в глазах общества безупречными в нравственном и правовом отношении. Адвокат «должен быть — экспертом по применению права, носителем социальной функции защиты прав человека, глашатаем человечности и справедливости».142 Правовые и нравственные требования к профессии адвоката составляют единство, сущность всей деятельности адвоката в уголовном процессе и вне его. «Для защитника, — утверждал J1 .Е. Владимиров, — требуется высокое развитие ума и совести».143 Следовательно, он должен быть высоко развитым интеллектуально, профессионально подготовленным к работе адвоката, способным осуществлять нравственный самоконтроль, требовать от себя выполнения всех профессиональных и нравственных обязанностей, давать самому себе оценку выполнения этих обязанностей, осознавать свой профессиональный и нравственный долг перед подзащитным, доверителем и обществом. Ум и совесть подсказывают адвокату решение всех вопросов, возникающих по делу, избрание позиции, тактических приемов при осуществлении защиты и не позволяют ему нарушать закон и нормы нравственности. «Главный судья юриста — его собственная совесть. Именно она должна подсказать защитнику допустимость тех искусственных приемов, которые ему приходится использовать, выполняя свои обязанности. Именно совесть служит для адвоката тем ограничителем, который отделяет, с одной стороны, от трусости, перестраховки, а с другой, — от цинизма и попрания норм нравственности».144 В Основных положениях о роли адвокатов указывается: «Правительства, профессиональные ассоциации адвокатов и учебные институты должны обеспечить, чтобы адвокаты получили соответствующее образование, подготовку и знания как идеала и этических обязанностей адвоката, так и прав человека и основных свобод, признаваемых национальным и международным правом» (ст. 9). Таким образом, международное сообщество обращает внимание на идеал и этические обязанности адвоката. Необходимо не только правовое, но и нравственное воспитание адвокатов, необходим нравственный идеал профессии адвоката. «Без идеалов, то есть без определенных хоть сколько-нибудь желаний лучшего, никогда не может получиться никакой хорошей действительности».145 Таким образом, именно идеал позволяет улучшать настоящее, улучшать себя, свое окружение, свою работу и т. д. Нравственный идеал профессии адвоката — это совокупность воззрений о нравственно совершенном адвокате, складывающуюся из представлений о нравственных качествах, которые, развиваясь и совершенствуясь, требуют нравственного воспитания и самовоспитания адвоката в целях лучшего исполнения своих профессиональных обязанностей. Нравственный идеал играет большую роль в воспитании адвокатов, особенно молодых и начинающих, а также в разрешении конфликтов с подзащитными, коллегами, иными участниками процесса и т. д., в решении многих процессуальных вопросов, возникающих в ходе производства по делу.146 Для адвоката ведущими нравственными качествами являются гуманность, благожелательность, уважение к людям, сочувствие и доверие к ним, великодушие. Главная заповедь адвоката — хорошо понимать людей, видеть их внутренний мир, уметь проникнуться их чувствами, настроениями, иметь способность к сопереживанию. Однако опрошенные адвокаты главными профессиональными качествами адвоката считают: общую и юридическую культуру — 54,4%, профессиональную активность — 38,8% и добросовестность — 24%. Способность к сопереживанию, уважение к человеку, уважение его достоинства отметили только 14,2% адвокатов. Студенты на первые три места среди многих профессиональных качеств адвоката поставили общую и юридическую культуру — 81%, профессиональную активность — 56% и красноречие — 31%. Таким образом, ни сами адвокаты, ни студенты, которые будут работать адвокатами, не считают ведущими профессиональными качествами для адвоката — нравственные. Один адвокат откровенно в анкете написал, что для адвоката самые основные качества — это оперативность, хитрость, ловкость и изворотливость. Вполне понятно, что здесь не приходится говорить о нравственных качествах вообще. Следует отметить, что в конце 70-х годов большинство студентов среди профессионально важных качеств адвокатов в первую очередь называли гуманность, принципиальность, честность, красноречие. К сожалению, приходится сделать вывод, что нравственность становится не в почете у юристов. А ведь без подлинной нравственности немыслим высокий профессионализм юриста. Отсюда и низкое качество работы. Поэтому не удивительно, что в судебной практике стали появляться необычные дела. Например, в одном районном суде Челябинска слушалось гражданское дело по иску к областной коллегии адвокатов о возвращении гонорара в связи с тем, что адвокат ненадлежащим образом осуществлял защиту несовершеннолетнего сына истицы; работа адвоката по уголовному делу обоснованно была названа халтурой.147 С.И. Викторский предъявлял следующие требования к защитнику: 1) он прежде всего должен сознавать себя, как общественный служитель, обязанный помогать правосудию своей юридической опытностью и знанием дела (часто ab ovo)148 и стремиться наравне с другими участвующими в процессе лицами к раскрытию уголовносудебной истины; 2) одновременно он и поверенный подсудимого, должен блюсти его интересы, но далеко не всякие; он должен стро ить свою защиту на действительных обстоятельствах дела; 3) защитник должен помнить, что его слово, поведение предаются гласности, поэтому он ответственен перед обществом за каждое свое движение, являясь отчасти как бы действительно воспитателем общества и глашатаем правды; 4) он обязан быть убедительным, а потому может прибегать только к одним целесообразным и симпатичным средствам защиты, оставляя в стороне всякого рода натяжки в объяснениях, софизмы и т. п.149 Поскольку адвокат получает за работу гонорар от своего доверителя, многие склонны обвинять адвокатов в корысти. Но ведь и судья, и прокурор, и следователь тоже работают за вознаграждение, но от государства. Поэтому в корыстных интересах их можно обвинить так же, как и адвоката. «От правозаступника требуется подобно тому, как от судьи и прокурора, бескорыстие при отправлении своих профессиональных обязанностей. Его идеал — служение правосудию во имя справедливости и закона, а не из-за материальных расчетов».150 В п. 3 ст. 4 Кодекса профессиональной этики адвоката предусмотрено: «В тех случаях, когда вопросы профессиональной этики адвоката не урегулированы законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре или настоящим Кодексом адвокат обязан соблюдать сложившиеся в адвокатуре обычаи и традиции, соответствующие общим принципам нравственности в обществе». Для того чтобы соблюдать и развивать лучшие традиции и обычаи русской адвокатуры в защите подозреваемых, обвиняемых следует руководствоваться, по моему мнению, следующими нравственно-правовыми основами профессиональной защиты: 1) гуманность («не навреди»); 2) законность; 3) свободный выбор защитника и вступление его в уголовное дело; 4) адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты; 5) адвокатская тайна; 6) согласованность позиций адвоката и его подзащитного; 7) нравственно-психологический аспект взаимоотношений адвоката со своим подзащитным; 8) солидарность защиты. Эти нравственно-правовые основы наибо лее полно выражают сущность, содержание, значение профессиональной защиты подозреваемых, обвиняемых. Они служат повышению эффективности и качества деятельности адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве. Все нравственно-правовые основы профессиональной защиты взаимосвязаны, дополняют друг друга; реализация одной основы гарантирует осуществление другой. Но главной, ведущей основой является гуманность («не навреди»), на которую «работают» все остальные нравственно-правовые основы профессиональной защиты. Нравственный смысл деятельности адвоката точно, правильно определил один летописец французской адвокатуры: «Как ни одно государство не может существовать без справедливости, так справедливость не может быть достигнута без участия ее служителей; а адвокат есть служитель справедливости».151 Такое определение деятельности адвоката на первый взгляд может вызвать недоумение, ибо деятельность адвоката-защитника носит только односторонний характер. О какой же справедливости в данном случае может идти речь? Обвинитель и защитник видят истину и обстоятельства дела каждый со своей стороны и именно благодаря тому, что они высказывают и обосновывают разные, порой противоположные взгляды на дело, на его исход, суд может понять и правильно оценить всесторонне, полно и объективно все обстоятельства дела и разрешить уголовное дело в целом так, как этого требует закон: вынести законный, обоснованный и справедливый приговор. § 2. ГУМАННОСТЬ («НЕ НАВРЕДИ») И ЗАКОННОСТЬ В основе профессии адвоката лежит гуманность, отсутствие которой свидетельствует о невозможности выполнения обязанностей адвоката-защитника, поэтому гуманность является и нравственным качеством, которым должно обладать лицо, желающее работать адвокатом, и главной нравственно-правовой основой всей деятель ности адвоката-защитника. Правовой — потому, что именно гуманность определяет многие правовые нормы, регулирующие уголовнопроцессуальные действия адвоката. В гуманности заключен смысл, сущность профессиональной защиты, которая направлена на обеспечение прав, свобод, законных интересов человека и гражданина, гарантированных Конституцией РФ. «Как у кузнеца от работы остаются следы на его мозолистых руках, так и у нас, защитников, защитительная жилка всегда остается нашим свойством не потому, что мы хотим отрицать всякую правду и строгость, а потому, что мы видим в подсудимых по преимуществу людей, которым мы сострадаем, прощаем и о которых мы сожалеем».152 Таким образом, гуманность профессиональной защиты в уголовном судопроизводстве трансформируется в генеральное положение, определяющее и направляющее всю деятельность адвоката-защитника и все правоотношения, в которых он участвует в ходе производства по уголовному делу, главную заповедь адвоката, а именно: «не навреди» своему подзащитному. Гуманность означает отзывчивость, человеколюбие, благожелательность. Человек, который не уважает людей, не понимает и не хочет понять их внутренний мир, не умеет проникнуться чувствами и настроениями тех, кто обратился за юридической помощью, не может быть адвокатом, ибо отсутствие сопереживания порождает равнодушие и безучастие, а это в свою очередь влияет на осуществление адвокатом своих профессиональных обязанностей. Поэтому первый Генеральный принцип этики адвокатов МАЮ (Международной ассоциации юристов) — доверие и сопричастность по отношению к тем, с кем адвокаты вступают в контакт. Гуманность находит свое наиболее полное и яркое воплощение в уголовно-процессуальных принципах презумпции невиновности и обеспечения подозреваемому, обвиняемому права на защиту. В силу презумпции невиновности обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (ст. 49 Конституции РФ). Данное требование обращено к государственным органам, осуществляющих производство по делу, а адвокат-защити и к должен в первую очередь обращать внимание на выполнение принципа презумпции невиновности вышеуказанными органами. Из гуманных соображений государство, закон обязывают относиться к обвиняемому как к невиновному до установления его виновности приговором, вступившим в законную силу. На любое отклонение от соблюдения государственными органами презумпции невиновности адвокат обязан реагировать соответствующим образом: заявлением ходатайств, отводов, подачей жалоб, своей позицией об оправдании и т. п. Как правильно заметила П.С. Элькинд, правовым началом, необходимо предполагающим право на защиту, является презумпция невиновности, а отсутствие презумпции невиновности автоматически лишает обвиняемого реального права на защиту.153 Адвокат-защитник выполняет в уголовном процессе функцию защиты. Он обязан использовать все указанные в законе, а также другие средства защиты, не противоречащие закону, в целях оспаривания подозрения, обвинения, выявления обстоятельств, оправдывающих обвиняемого (подозреваемого), и оказывать ему юридическую помощь. Обеспечивать право подозреваемого, обвиняемого на защиту, а также права защитника обязаны суд, прокурор, следователь, дознаватель (ст. 16 УПК), которые должны создавать условия для того, чтобы подозреваемые, обвиняемые и их защитники могли полностью реализовать свои права. В этом также проявляется гуманное отношение государства к лицам, привлеченным к уголовной ответственности. Хотя адвокат должен руководствоваться гуманностью в отношениях со всеми участниками уголовного процесса, но главным образом и прежде всего у адвоката гуманное отношение должно быть к своему подзащитному. Принципом «не навреди» обвиняемому (по дозреваемому) пронизаны все действия адвоката, начиная с принятия поручения на ведение уголовного дела. В первые годы советской власти некоторые юристы считали: адвокат может принимать не все уголовные дела; дела делятся на юридически верные и юридически неправильные.154 Но это мнение не было поддержано большинством юристов и сейчас уже ни у кого не вызывает сомнения, что такое деление уголовных дел для адвоката неприемлемо. Адвокат может и должен осуществлять защиту по любым делам, как бы сложны и трудны они ни были и как бы ни были ясны и очевидны все обстоятельства дела. «Нет такого уголовного дела, по которому умелый и добросовестный защитник не смог бы найти доводов в защиту подсудимого, и нет ни одного уголовного дела, которое не заслуживало бы того, чтобы в нем участвовал защитник».155 Адвокат в любом уголовном деле обязан добросовестно устанавливать основания для оправдания своего подзащитного или смягчения его вины. Участвуя в расследовании и рассмотрении уголовного дела, защитник выясняет обстоятельства в пользу обвиняемого (подозреваемого). В материалах дела всегда можно найти сведения для защиты обвиняемого, даже тогда, когда адвокат, да и сам обвиняемый не собираются оспаривать предъявленное последнему обвинение; даже по самому трудному делу, в котором очевидна вина подзащитного, адвокату нельзя забывать о том, что и по этому делу в защите нуждается обвиняемый — человек, гражданин, которого адвокат обязан защищать. Все действия адвоката-защитника должны быть такими, чтобы ни в коем случае не навредить своему подзащитному: не ухудшать его положение в уголовном судопроизводстве; не выявлять обстоятельства, которые так или иначе не будут способствовать его защите; во всех случаях, когда это требуется для подзащитного или необходимо для его защиты, оказывать последнему юридическую помощь: консультировать, давать советы и т. п. Требования закона всегда были и остаются главными для адвоката. Известный юрист Депп сказал: «Адвокат есть закон говорящий, а судья — закон действующий».156 Участвуя в уголовном судопроизводстве, адвокат обязан подчиняться всем требованиям закона. Согласно ч. 2 ст. 1 УПК порядок уголовного судопроизводства, установленный УПК, является обязательным не только для судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия и органов дознания, но и для иных участников уголовного судопроизводства, к которым относится и адвокат. Адвокат обязан защищать не любые, а законные интересы своего подзащитного, используя для этого средства, предусмотренные в ст. 53 УПК, а также не запрещенные законом иные средства защиты. Обязанность адвоката исполнять требования закона, отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами установлена в ст. 8 Федерального закона. В соответствии со ст. 23 Основных положений о роли адвокатов адвокаты должны всегда руководствоваться законом, признанными профессиональными стандартами и этическими правилами. Того же требует и Кодекс профессиональной этики адвоката (ч. 1 ст. 10). Таким образом, адвокат-защитник, участвуя в уголовном судопроизводстве, должен руководствоваться только требованиями законности и нравственности. «Лучшая защита — это защита законом. Она не всегда ведет к полному оправданию, но ее преимущество заключается в том, что защитник нашел юридически верное положение, оно обязательно для судей».157 Как уже было установлено в первой главе настоящей работы, предметом профессиональной защиты могут быть только законные интересы подозреваемого и обвиняемого, их защита по своей юридической сущности имеет публично-правовое значение; она необходима для охраны прав и свобод лиц, привлекаемых к уголовной ответственности. «В противоположность обвинению, имеющему целью сгруппировать и выяснить все, что имеется против подсудимого, защита представляет из себя совокупность процессуальных правил, задача которых обеспечить невинному оправдание, а виновному наказание не свыше вины путем выяснения доводов, говорящих в пользу обвиняемого. Эти задачи вызываются требованиями общественного интереса, почему и защиту надо признать необходимой»158. Законные интересы подозреваемого, обвиняемого полностью совпадают с публично-правовыми интересами, состоящими в том, чтобы не был привлечен к уголовной ответственности и тем более осужден невиновный, а виновный был наказан только за те преступные деяния, которые он совершил. Право на защиту установлено для защиты не всех и всяких, а только законных интересов подозреваемого, обвиняемого, которые, как и законные интересы другого лица, гармонируют с интересами правосудия. Расследование и рассмотрение уголовных дел должно вестись так, чтобы не нарушались интересы правосудия и в то же время полностью обеспечивались законные интересы лиц, участвующих в уголовном процессе. Понятие и содержание законных интересов обвиняемого разрабатывались такими учеными, как И.Д. Перлов, Н.С. Алексеев, В.З. Лукашевич, М.С. Строгович, П.С. Элькинд, Э.Ф. Куцова и др. Законными интересами обвиняемого являются: 1) недопустимость привлечения к уголовной ответственности и тем более осуждение за преступление, которое обвиняемый не совершал; 2) стремление не быть привлеченным к уголовной ответственности и тем более осужденным за совершение более тяжкого преступления, чем то, которое в действительности обвиняемый совершил; 3) привлечение к уголовной ответственности только зато преступление, которое обвиняемый в действительности совершил и все обстоятельства которого установлены в результате всестороннего, полного и объективного расследования и судебного разбирательства, чтобы он мог быть подвергнут справедливому наказанию с учетом всех оправдывающих или смягчающих уголовную ответственность обстоятельств; 4) стремление обвиняемого обеспечить охрану своих личных и имущественных прав в процессе уголовного судопроизводства и не подвергаться мерам принуждения, не вызываемыми интересами установления истины и достижения задач уголовного процесса;159 5) стремление обвиняемого быть реабилитированным, если он необоснованно, незаконно подвергся уголовному преследованию, в том числе и стремление к возмещению вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов, осуществляющих производство по делу. Все эти интересы обвиняемого, как и подозреваемого, не противоречат интересам правосудия и закону. Они могут быть удовлетворены не в ущерб охраняемым законом интересам граждан, общества и государства. В ст. 13 Основных положений о роли адвокатов указывается на обязанность адвоката давать консультации клиенту о его правах и обязанностях (они устанавливаются законом), разъяснять принципы работы правовой системы (они также установлены законом), поскольку они относятся к правам и обязанностям клиента. Согласно данной статье адвокаты, оказывая помощь своим клиентам при осуществлении правосудия, должны добиваться соблюдения прав человека и основных свобод, признанных национальным и международным правом (законом). Следовательно, международно-правовые акты об адвокатуре обязывают адвоката придерживаться защиты только законных интересов обвиняемого. Адвокат должен помнить о том, что права и свободы его подзащитного кончаются там, где начинаются права и свободы другого человека. Граждане, общество и государство заинтересованы в защите только тех интересов подозреваемого, обвиняемого, которые признаны международным правом, Конституцией, другими законами России и не противоречат им. Защитник не вправе действовать против обвиняемого, не вправе переходить на позицию обвинения, но это отнюдь не означает, что он обязан защищать любые интересы обвиняемого. Недопустимы никакие действия, никакие высказывания против обвиняемого, нельзя опровергать его утверждения, доказывать, что он не прав и т. п. Однако адвокат не должен впадать в крайность, занимать позицию, явно противоречащую доказательствам, установленным обстоятельствам дела, закону и... здравому смыслу. И в этом случает адвокат обязан выявлять все возможное в пользу своего подзащитного. Он должен блюсти интересы подозреваемого, обвиняемого, но не всякие, а только законные — соответствующие закону и не противоречащие ему. Защитник ответственен не только перед своим подзащитным, но и перед обществом, которое заинтересовано в правде, истине, справедливости. Тем более, что адвокатура является институтом гражданского общества. Деятельность адвоката-защитника только тогда можно назвать общественным служением, если все его действия и выводы согласуются с законом. Служение обществу выражается в защите прав, свобод и законных интересов подозреваемого, обвиняемого. Лишь в этом случае не возникает противоречий между частными и общественными интересами в деятельности профессионального защитника. «Право защиты имеет свои корни, сколько в интересах обвиняемого, столько же и в интересах общества. Интерес общества состоит не в том, чтобы наказание пало на чью бы то ни было голову, а в том, чтобы был наказан истинно виновный, и притом только по мере своей вины. Следовательно, защита принадлежит к общественным учреждениям первого порядка».160 Нравственно-правовая основа — гуманность («не навреди») была установлена в ст. 51 УПК РСФСР, которая предусматривала обязанность защитника использовать все указанные в законе средства и способы защиты в целях выявления обстоятельств, оправдывающих подозреваемого или обвиняемого, смягчающих их ответственность, оказывать им необходимую юридическую помощь. Такой обязанности у защитника в настоящее время нет ни в УПК, ни в Федеральном законе. Однако именно вышеуказанная обязанность придает всей уголовно-процессуальной деятельности адвоката-защитника односторонний характер «не навреди». Само понятие защитника, содержащееся в ч. 1 ст.49 УПК вызывает недоумение: защитник — лицо, осуществляющее в установленном УПК порядке защиту прав и интересов подозреваемого и обвиняемого и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу. Это понятие равносильно понятию «масло — масляная масса», ибо в УПК отсутствует понятие защиты, не установлены обязанности защитника. Согласно ч. 2 ст. 47 УПК обвиняемый имеет право защищать свои права и законные интересы. Возможности же защитника не ограничены защитой законных интересов (ч. 1 ст. 49 УПК). Следовательно, он вправе защищать любые интересы обвиняемого. При этом УПК ограничивает круг лиц, могущих быть защитниками. Защиту в уголовном процессе в основном и главным образом имеют право осуществлять только адвокаты. Согласно ч. 2 ст. 49 УПК один из близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый, могут быть допущены лишь в суде и лишь наряду с адвокатом, а не вместо него. Вместо адвоката иное лицо может участвовать в качестве защитника только при производстве у мирового судьи. Таким образом, по уголовным делам защиту теперь осуществляют лишь квалифицированные юристы — профессиональные защитники, которые должны хорошо знать законы, а потому и уметь различать законные и незаконные интересы обвиняемого. Обвиняемый же в силу своей юридической неграмотности не в состоянии понять эти различия. Он может защищать свой действительно законный интерес, однако следователь ему может заявить, что такой интерес — незаконный и защищать его обвиняемый не вправе. Что может противопоставить ему обвиняемый? Адвокату же — профессиональному защитнику позволено по УПК не различать законность и незаконность интересов своего подзащитного. Он может защищать любые интересы, в том числе и незаконные, используя не только предоставленные ему законом полномочия, но и иные не запрещенные УПК средства и способы защиты (п. 11 ч. 1 ст. 53 УПК). Для защитника, как впрочем и для иной деятельности по УПК, главным стало «как», а не «что». Однако для обвиняемого в ст. 47 УПК РФ установлено и «что» (законные интересы) и «как» (средствами и способами, не запрещенными УПК). Тем самым обвиняемый оказывается в более сложном положении, которое затрудняет его защиту, чем защитник — адвокат. Отсюда вывод: было бы правильнее говорить о привилегиях адвоката, а не обвиняемого, тем более, что по большинству уголовных дел обвиняемые не имеют средств для приглашения адвоката. Бесплатная (для обвиняемого) юридическая помощь еще не гарантирована всем обвиняемым в полной мере. Как уже было отмечено, адвокат обязан осуществлять защиту всеми не запрещенными законодательством РФ средствами (п. I ч. 1 ст. 7 Федерального закона). Однако в деятельности адвоката помимо закона большую роль в выборе средств защиты играет нравственность самого адвоката. С этих позиций и следует оценивать действия адвоката О. Артюховой, которая защищала М. Ходорковского и пыталась вынести тайно его записку из СИЗО N9 1. Во время досмотра документов она выхватила записку из рук сотрудника СИЗО и порвала. Московская адвокатская палата посчитала незаконными действия сотрудников СИЗО, а к О. Артюховой, как выразился Г. Резник, претензий нет; она лишь хотела уничтожить свои записи, которые охраняются адвокатской тайной. По мнению работников Главного управления Минюста РФ по г. Москве, столичные адвокаты считают, что они могут защищать своего клиента как законным, так и незаконным путем.161 Если исходить из того, что ни в одном законодательном акте адвокату не запрещается выносить записки своего подзащитного из СИЗО, то адвокат вправе это делать. Но... записка, кому бы она не была адресована, попадает под действие правил переписки. Переписка подозреваемых и обвиняемых осуществляется только через администрации места содержания под стражей и подвергается цензуре. Цензура осуществляется администрацией места содержания под стражей, а в случае необходимости лицом или органом, в производстве которых находится уголовное дело (ч. 2 ст. 20 Федерального закона «О содержании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»). Передавать записку адвокату при свидании с ним нет необходимости, так как все можно ему сказать, а адвокат может записать в свое досье. Предмет адвокатской тайны установлен в ст. 8 Федерального закона. Передача записки подзащитного не является видом юридической помощи, которая установлена в ч. 2 ст. 2 Федерального закона. Кроме того, такие действия вообще не являются юридической помощью. Поэтому ссылаться на ч. 3 ст. 2 Федерального закона, которая предоставляет адвокату право оказывать иную юридическую помощь, не запрещенную Федеральным законом, также нет оснований. Защите, осуществляемой адвокатом, следует быть активной. Вряд ли можно согласиться с утверждением о том, что активность защитника в состязательном процессе должна быть построена на пробелах и других упущениях следствия.162 Прежде всего, о какой активности защитника может идти речь, если он только надеется на проблемы и упущения следствия? А если их не будет, то, следуя логике вышеуказанного утверждения, защитник должен бездействовать. Активность предполагает энергичную, усиленную деятельность, а фиксирование пробелов следствия вряд ли можно назвать активной деятельностью, которая представляет собой самостоятельное выявление адвокатом- защитником всех обстоятельств в пользу подозреваемого, обвиняемого. «Поставленный меж двух огней, с одной стороны, под опасением ответственности за средства, которыми он расположит присяжных в пользу подсудимого, с другой стороны, пред своей совестью, которая будет его упрекать, что он не употребил всех сил своего убеждения на исполнение своего прямого долга, защитник при таком неестественном столкновении обязанностей, всегда выберет одно: он всегда предпочтет превышение бездействию, потому что превышение поправимо, и найдет противовес и отпор и в обвинении прокурорской властью, и в здравом смысле и житейской опытности присяжных, между тем как упущение и бездействие защиты неисправимы, так как никому не дано в деле восполнить, что упущено защитой».163 В последние годы появилась тревожная тенденция, выражающаяся в том, что элементом противодействия расследованию стано вится деятельность адвокатов. В литературе указывают, что в ходе производства по делу иногда создаются преступные группы противодействия расследованию, в которых лидером является адвокат; кроме того, недобросовестные адвокаты нередко берут на себя роль «связников» в системе адвокат — обвиняемый — свидетель — потерпевший — следователь — судья для защиты подозреваемых (обвиняемых, подсудимых) любыми средствами.164 57% опрошенных преподавателей вузов системы МВД и Министерства образования Украины отнесли к противодействию расследованию элементы противодействия адвокатов (воздействие на потерпевших и свидетелей, обеспечение подзащитному связи с сообщниками, разглашение информации о ходе расследования и др.), а 7,8% опрошенных граждан Украины к элементам противодействия расследованию и правосудию отнесли такие элементы противодействия адвокатов: умолчание об ошибках и упущениях следователя до судебного рассмотрения дела, обеспечение подзащитному связи с сообщниками и т. п. Практические работники Украины (начальники (зам) ГО — РОВД — 56%, следователи — 32,9%, дознаватели — 27,5%) также к противодействию расследованию отнесли элементы противодействия адвокатов: воздействие на потерпевших, свидетелей, умолчание об ошибках и упущениях следователя до судебного рассмотрения дела, обеспечение подзащитному связи с сообщниками.165 Таким образом, все опрошенные единодушны в том, что есть адвокаты, которые противодействуют производству по уголовным делам, причем самым распространенным способом такого противодействия называют обеспечение подзащитному связи с сообщниками. Такие действия адвоката недопустимы, ибо он защищает подозреваемого, обвиняемого, а не обеспечивает ему фальсификацию доказа тельств, ложные показания допрашиваемых лиц и т. п. Умолчание в судебном производстве об ошибках следователя, которые могли бы изменить положение подозреваемого в лучшую для него сторону является нарушением профессиональной защиты, ибо защитник обязан защищать подозреваемого, обвиняемого и в досудебном производстве, а не ждать эффектного выхода на сцену в судебном заседании. Н.А. Подольный разграничивает правомерное и неправомерное противодействие расследованию.166 Однако противодействие означает создание препятствий, т. е. преград, помех. Деятельность же адвоката в пределах предоставленных ему законом полномочий не может быть противодействием ни расследованию, ни правосудию. Участие адвоката в уголовном судопроизводстве — не помеха, не преграда на пути реализации назначения уголовного судопроизводства, а право каждого гражданина, гарантированное Конституцией РФ. Более правильно противодействие адвоката расследованию, правосудию называть его незаконной деятельностью. Именно так и назвал свой учебник Ю.П. Гармаев.167 Деятельность адвоката может быть незаконной как по отношению к государственным органам, так и по отношению к подзащитному. Последнее является особенно нетерпимым. Недобросовестные, безнравственные, неквалифицированные адвокаты нередко приносят не благо, а вред подозреваемым, обвиняемым.168 Так, «Аргументы и факты» сообщили об уголовном деле, по которому один из погибших подследственных перед смертью написал письмо, в котором просил руководство СИЗО не переводить его, по требованию его же адвоката (выделено мной. — З.М.), в одиночную камеру. Зашита настояла на своем, и через несколько дней подследственного нашли в одиночке повешенным. Этот обвиняемый давал показания против главаря банды.169 Может ли после этого адвокат выполнять обязанности защитника? И вообще состоять в адвокатском сообществе? К сожалению, широко распространилось одно из самых опасных явлений в уголовном судопроизводстве — мошенничество со стороны недобросовестных адвокатов.170 Стыдливое замалчивание данной проблемы, как правильно пишет Ю.А. Гармаев, чревато самыми пагубными последствиями.171 Недобросовестность некоторых адвокатов отмечают и другие авторы. Так, после свиданий с адвокатом наедине подозреваемые и обвиняемые нередко отказываются от дачи каких-либо показаний либо изменяют свои показания. Отдельные адвокаты, пользуясь правом опроса граждан, стремятся устранить уже добытые следователем доказательства, о чем свидетельствуют ситуации, связанные с исчезновением свидетелей, изменением ими своих первоначальных показаний,172 склонение защитником подсудимого потерпевших и свидетелей к даче ложных показаний, с чем приходится сталкиваться государственным обвинителям по некоторым данным чуть ли ни в каждом втором разбирательстве уголовного дела.173 Имеет место и участие адвокатов в фальсификации доказательств. Так, определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 января 2005 г. было признано, что следователь милиции обоснованно осужден за фальсификацию доказательств по уголовному делу о тяжком преступлении, а адвокат — за подстрекательство к фальсификации доказательств.174 Адвокат не должен воздействовать на подзащитного или другого участника уголовного процесса с целью дачи ими заведомо ложных показаний. Согласно ч. 1 ст. 2 Федерального закона адвокат является независимым профессиональным советником по ПРАВОВЫМ (выделено мной. — З.М.) вопросам, а не по обстоятельствам дела. Адвокат также не вправе давать указания, что именно следует сообщать обвиняемому на допросах, навязывать свою позицию защиты. Подзащитный избирает свою линию защиты свободно, без какого- либо давления, в том числе и со стороны адвоката. Адвокат согласно Федеральному закону оказывает только юридическую квалифицированную помощь. Кроме того, адвокатская деятельность осуществляется на основе нравственных критериев и традиций адвокатуры (ст.1 Кодекса профессиональной этики адвоката), которые отрицают право адвоката на ложь, беззаконие, безнравственные поступки. Если адвокат склоняет потерпевшего, свидетеля к даче ложных показаний путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом, то он может быть привлечен к уголовной ответственности за подстрекательство к даче заведомо ложных показаний по ч. 1 ст. 33 и ст. 307 УК РФ. А.А. Тарасов полагает, что имеются принципиальные специфические черты адвокатской деятельности, объективно способствующие формированию коррупционных мотивов как в самой адвокатской среде, так и вне ее.175 Так что же делать? Смириться с такой «объективностью»? Представляется, что никаких объективных предпосылок для формирования коррупционных мотивов у адвокатов не может быть, если они действуют на основании закона и норм нравственности, в том числе и норм профессиональной этики. Другое дело, что коррупция в нашем государстве приняла, как полагаю, такие чудовищные размеры, что у многих сложилось мнение: коррупционная деятельность как бы и не является преступлением. Проект закона о борьбе с коррупцией был опубликован в 1993 г. и до сих пор законодательная власть не спешит его принять. В атмосфере вседозволенности, безнаказанности и безнравственности усиливается преступная деятельность во всех сферах государственной и общественной жизни. Однако такую «объективность» создают субъекты государственной власти, обязанные принимать соответствующие законы и неукоснительно исполнять их. Давая юридические советы, адвокат может так или иначе «натолкнуть» на тот или иной способ совершения преступления, ухода от ответственности и т. п. В этом, бесспорно, есть определенный риск. Поэтому судебной практикой в ФРГ деятельность адвоката по оказанию правовых консультаций рассматривается как находящаяся в зоне допустимого риска при условии ее осуществления в рамках правовых норм профессионального характера, что влечет за собой в определенных случаях исключение ответственности за соучастие в совершении преступления в форме пособничества.176 Противозаконным действиям адвоката не может быть никаких оправданий. Так действовать, с позволения сказать, может только безнравственный адвокат.
<< | >>
Источник: Макарова 3. В.. Профессиональная защита подозреваемых, обвиняемых.. 2008

Еще по теме § 2. ПРОФЕССИЯ — АДВОКАТ:

  1. § 2. Русская адвокатура советского периода
  2. § 2.3. Адвокатское право в период революций 1917 года
  3. § 6.3. Адвокатская тайна
  4. 17.3.4. Оплата адвокатских услуг
  5. § 9. Основы дисциплинарного производства в отношении адвоката Содержание и значение адвокатской этики
  6. § 2. Особенности становления древнегреческой адвокатуры
  7. § 8. История советской адвокатуры
  8. 1. Понятие и классификация отраслевой специализации адвокато
  9. § 4. Психологические основы адвокатской деятельности
  10. § 5. Адвокатская тайна, этика, мораль и «сделки с правосудием»
  11. § 2. ПРОФЕССИЯ — АДВОКАТ
  12. § 4. АДВОКАТ НЕ ВПРАВЕ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ПРИНЯТОЙ НА СЕБЯ ЗАЩИТЫ
  13. § 5. АДВОКАТСКАЯ ТАЙНА
  14. Профессиональные и нравственно-психологические требования, предъявляемые к адвокату-защитнику
  15. Отношения партнеров и других адвокатов фирмы. Отношения с не-юристами
  16. О КОДЕКСЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ЧЕСТИ АДВОКАТА
  17. 1 Адвокат
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -