Задать вопрос юристу

§ 6. Адвокатская деятельность в экстремальных ситуациях


Экстремальными на бытовом уровне общения наиболее часто называют ситуации, которые угрожают здоровью и самой жизни человека. Более точно экстремальные ситуации можно определить как неблагоприятное, сложное состояние человеческой жизнедеятельности, которое приобрело для отдельного человека либо группы людей особенное значение; объективно сложные условия деятельности, воспринимающиеся и оценивающиеся как напряженные или опасные.
Это внешняя, объективная сторона проблемы.
Понятие «экстремальная ситуация» здесь выступает как родовое по отношению к понятиям «особые условия», «чрезвычайные ситуации», «чрезвычайные обстоятельства» и др. Субъективно подобные неординарные ситуации приобретают форму экстремальности — особенного состояния человеческой психики (экстремум-состояния), детерминированного необычными или экстраординарными условиями, которые порождают повышенную тревожность и особую эмоциональную напряженность.
В наиболее общем виде они могут быть структурированы в четыре категории: 1) созданные чрезвычайными условиями (стихийные катастрофы, террористические акции, война и т. п.); 2) жизненные каждодневные (пожар, нападение преступника, острая нехватка времени и т. п.); 3) связанные с увлечением потенциально опасными видами хобби (альпинизм, подводное плавание, скоростная езда и т. п.); 4) служебные, профессиональные - обусловленные выполнением служебных обязанностей (шахтеры, летчики, моряки, сотрудники правоохранительных органов и др.). Такие экстремальные ситуации могут быть в большом спектре профессий. В деятельности адвокатов возможна каждая из указанных ситуаций, но мы опишем экстремальные ситуации служебного характера. Подчеркнем, что в деятельности адвоката они могут иметь как относительно типичные формы и проявления, так и нетипичные, 394
обостряющиеся, как можно видеть из анализа текущих социальнополитических событий, в период перманентного политического кризиса, а значит, нестабильности и отчасти конфронтации. Причем конфронтация может быть детерминирована не только политическими факторами, но и финансово-экономическими.
Таким образом, ситуация становится для адвоката необычно значительной, причем независимо от того, содержит ли она реальную опасность либо такая опасность только потенциально возможна; экстремальность является субъективным переживанием реальной действительности. Поэтому не исключено, что одну и ту же самую ситуацию адвокаты могут воспринимать как экстремальную и ординарную; объективно экстремальная ситуация воспринимается конкретным адвокатом как штатная, и наоборот, объективно безопасная - как экстремальная. Подобные исключительные ситуации предполагают качественное изменение объективных условий в деятельности адвоката. Политическая нестабильность и конфликтные ситуации создают благоприятные условия для безнаказанного совершения преступлений в сфере экономики. Это, в свою очередь, усугубляет напряжение в обществе, приводит к проявлениям недовольства среди широких слоев населения. Следующим шагом выступает проявление «завуалированной криминальнополитической репрессии», что должно выражаться в конкретных уголовных делах по обвинению «врагов революции». В экстремальных ситуациях, вызванных социальными причинами, прежде всего в условиях массовых беспорядков, незаконные действия силовых органов характеризуются повышенной жестокостью и агрессивностью.
Экстремальные ситуации в адвокатской деятельности могут быть регламентированными и нерегламентированными, плановыми и ситуационными, «штатными» и «внештатными».
В экстремальных ситуациях возникают психические феномены, связанные с изменением функционирования информационной системы саморегуляции, деформациями в межличностных отношениях. Моното- ния, ограниченность личностно значимой информации повышают нервно-психическую напряженность адвоката, увеличивают фактор риска в его профессиональном поведении; информационная истощенность партнеров по общению (следователей, прокуроров, судей, клиентов и др.) может привести к повышению вероятности внутригрупповых конфликтов. Исследования в области экстремальной психологии адвокатской деятельности позволяют совершенствовать психологический отбор и психологическую подготовку нахождения адвоката в экстремальных ситуациях и выхода из них.
Исходя из этого, отметим достаточно специфические характерные признаки деятельности адвоката в экстремальных ситуациях. С одной
стороны, такие ситуации сопровождаются неблагоприятными последствиями как для клиента, так и для самого адвоката, которые непросто прогнозировать и предвидеть, поэтому они качественно осложняют всю его профессиональную деятельность по осуществлению защиты. С другой стороны, нельзя отрицать и того, что как раз существует более «мягкий» уровень, где экстремальность возникает вследствие интенсивного и длительного напряжения при повседневном выполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей.
Такие ситуации сопровождаются труднопредсказуемыми тяжкими последствиями как для клиента, так и для самого адвоката, и поэтому осложняют его профессиональную деятельность по осуществлению защиты. Но нельзя отрицать и того, что существует и более «мягкая» сторона — экстремальность может возникать вследствие интенсивного и длительного напряжения при каждодневном выполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей.
Подводя черту под вводной частью характеристики экстремальных ситуаций и описывая в этом феномене место адвокатской деятельности, отметим следующее.
Профессиональная деятельность адвоката в экстремальных ситуациях имеет три ярко выраженных аспекта: 1) построение защиты в «заказных» уголовных делах (позитивный аспект); 2) адвокат в «сделках с правосудием» («пограничный» аспект); 3) незаконная адвокатская деятельность в уголовном судопроизводстве (негативный аспект).
Детализируя последнее звено, отметим, что незаконная адвокатская деятельность возможна не только в уголовном судопроизводстве, но и в других сферах (например, в хозяйственном или исполнительном производстве). Но характер экстремальности она более ярко приобретает в случаях преобладания криминальной детерминации (как с одной стороны - уголовные дела, так и с другой - преступления или передкрими- нальное движение «по самому краю» самих адвокатов).
Укажем, что воспрепятствование осуществлению адвокатом адвокатской деятельности, нарушение профессиональных прав адвоката, гарантий адвокатской деятельности, предусмотренных законом, появление неуважения к адвокату, угрозы, оскорбления, клевета в его адрес, распространение сведений, которые порочат адвоката, совершение насильственных действий в отношении него, посягательство на его жизнь, здоровье, имущество, влекут за собой ответственность, установленную законом. Однако в последнее время, как утверждают некоторые авторы и о чем свидетельствует практика, противоправное воздействие на свидетелей, потерпевших, судей, следователей, других участников уголовного процесса приобрело характер социально-правовой проблемы. Но
адвокаты отдельно не выделены как субъект такого воздействия с присущими ему характерными особенностями, а отнесены к «другим участникам уголовного процесса».
Повышение эффективности правоохранительной и правозащитной деятельности предусматривает прежде всего усовершенствование ее уголовно-правовой защиты. Выборочный анализ работ, посвященных данной проблеме, свидетельствует о том, что нынешнее положение удовлетворительным признать нельзя. В целом нормы, которые прямо указывают на адвоката как на потенциально возможного потерпевшего, содержатся только в четырех статьях УК Украины: 1) ст. 397 (вмешательство в деятельность защитника или представителя лица); 2) ст. 398 (угроза или насилие в отношении защитника или представителя лица); 3) ст. 399 (умышленное уничтожение или повреждение имущества защитника или представителя лица); 4) ст. 400 (посягательство на жизнь защитника или представителя лица в связи с деятельностью, связанной с предоставлением правовой помощи).
Несмотря на то что в XV раздел Особенной части УК Украины «Преступления против авторитета органов государственной власти, органов местного самоуправления и объединений граждан» включен ряд норм, в которых установлена ответственность за посягательство на работников правоохранительных органов в связи с выполнением ними служебных обязанностей (ст. ст. 342, 343, 345, 347, 348, 349), некоторые их положения являются несовершенными. Это в свою очередь требует комплексного решения проблемы уголовной ответственности за отдельные преступления против правоохранительной деятельности. Кроме того, нужно учитывать, что деятельность адвокатов как объект уголовно-правовой защиты существенно отличается от деятельности работников «силовых» правоохранительных органов и авторитета органов государственной власти. Это ставит на повестку дня необходимость понимания сущности правозащитной деятельности как объекта уголовно-правовой защиты, а также решения вопроса о целесообразности и возможности создания самостоятельного института Особенной части уголовного права - «Преступления против правоохранительной и правозащитной деятельности».
Неоднозначность в выборе видов и размеров санкций за угрозу в отношении разных категорий лиц представляется бессистемной, не отображающей реальной опасности именно в таком реагировании. Почему, например, за угрозу убийством судье предусмотрено минимально суровое наказание в виде исправительных работ, а за угрозу убийством служебному лицу - арест? Вместе с тем угроза судье наказывается лишением свободы на срок до трех лет, а угроза в отношении должностного лица - до двух лет. Иначе говоря, уровень угрозы должностным ли
цам - высший, а размер наказания в виде лишения свободы, наоборот, - низший. Наказание за совершение насилия в отношении защитника или представителя лица (ч. 2, 3 ст. 398 УК) также вызывает существенные замечания. Размер лишения свободы за причинение этим пострадавшим тяжелых телесных повреждений определен от семи до двенадцать лет, как и причинение тяжких телесных повреждений государственному или общественному деятелю (ч. 3 ст. 246 УК). Это значительно высший размер наказания, чем за аналогичные действия, совершенные в отношении работника правоохранительного органа, должностного лица, судьи, народного заседателя, присяжного. Лишение свободы за причинение защитнику или представителю лица легких или средней тяжести телесных повреждений предусмотрено на срок от трех до пяти лет, что более строго, чем за такие же действия, совершенные в отношении работника правоохранительного органа, судьи, народного заседателя, присяжного. Так чье здоровье или жизнь для общества важнее: судьи, работника милиции, городского председателя, адвоката или простого человека?
Посягательство на жизнь судьи, народного заседателя или присяжного в связи с их деятельностью, связанной с осуществлением правосудия (ст. 379 УК) посягательство на жизнь защитника или представителя лица в связи с деятельностью, связанной с предоставлением правовой помощи (ст. 400 УК) минимально наказывается лишением свободы на срок восемь лет, а посягательство на жизнь работника правоохранительного органа, члена общественного формирования по охране общественного порядка и государственной границы или военнослужащего (ст. 348 УК) - девяти лет. Умышленное убийство лица в связи с выполнением ним служебного или общественного долга (п. 8 ч. 2 ст. 115 УК) минимально наказывается строже - лишение свободы на десять лет. Но это общая норма (п. 8 ч. 2 ст. 115 УК) по сравнению со специальными нормами, которые предусмотренные ст. ст. 348, 379, 400 УК. А специальные нормы для того и вводятся, чтобы усилить ответственность. При данных условиях специальные нормы только ухудшают уровень защищенности работников правоохранительных органов, судей, адвокатов- защитников. Чтобы избежать недоразумений, присоединяемся к предложению «выравнять» минимальные размеры лишения свободы и установить одинаковые санкции за совершение тождественных посягательств.
Анализ статистических данных дает основания для утверждения относительно количества лиц, которые были за 25 лет (1979 - 2003 гг.) осуждены к минимальным срокам наказания. Их количество и процентное соотношение практически не изменялись, а назначение наказаний более суровых размеров уменьшалось. Кроме того, при законотворчестве не были учтены данные судебно-следственной практики о том, что такое
преступления, как ст. 373 УК Украины (принуждение к даче показаний), совершают, как правило, не следователи и прокуроры (хотя и такое, к сожалению, встречается), а участковые инспекторы милиции и оперуполномоченные уголовного розыска, которые не относятся к субъектам преступлений против правосудия. Отсюда видно, что назначение мягких наказаний за рассматриваемые преступления неоправданно и судебная практика движется в неверном направлении. Ведь такие преступления - это не только причинение вреда здоровью, безопасности или деятельности адвоката, но и создание угрозы обществу в целом, формирование неправильного представления у граждан относительно необходимости правоохранительной и правозащитной деятельности и безнаказанности преступников.
Р. Трагнюк, изучая проблемы защиты лиц в уголовном судопроизводстве средствами прокурорского надзора, классифицируя субъектов уголовно-процессуальной деятельности, не придает защитникам условный статус «лидера» (по авторской терминологии), а размещает их чуть выше «факультативных субъектов» в качестве «основных участников» и тем самым относит защитников ко второй группе, чем приравнивает их статус со статусом потерпевших, их представителей, свидетелей, обвиняемых, гражданских истцов и ответчиков и их представителей.
В.              Зеленецкий и М. Куркин относят к субъектам, которые подлежат государственной защите, две взаимозависимые группы - основных (п. п. «а» — «е» ч. 1 ст. 2 Закона Украины «Об обеспечении безопасности лиц, которые принимают участие в уголовном судопроизводстве») и дополнительных (близкие родственники субъектов), называя последних квазисубъектами уголовного процесса. Эти авторы, подчеркивая уникальность, эксклюзивность и отчасти неповторимость специальных мероприятий по такой защите, тем не менее отдельно не останавливаются на проблеме защитника как субъекта государственной защиты. Возможно, защитник так и не отнесен в их классификации к «субъектам уголовного процесса, которые ведут борьбу с организованной преступностью». Во всяком случае мы не нашли объяснения этому. Подобное положение наблюдается не только в Украине, но практически в большинстве других стран. О. Зайцев, исследуя проблему государственной защиты участников уголовного процесса, проводит сравнительный анализ положения по этому вопросу в ряде европейских государств (Великобритания, ФРГ, Италия, Испания и др.), однако, приводя нормы, которые касаются обвинителей, судей, свидетелей, потерпевших, ни разу среди субъектов ни в одной из этих стран не называет адвокатов-защитников. В схеме 3 приведены типичные нарушения адвоката при осуществлении «сделки с правосудием».

Дача согласия и активное участие в сделке, противоречащей закону (незаконный компромисс)
Отказ от законного компромисса с правосудием в условиях, когда он был явно выгоден для подзащитного, неинформирование его об этом предложении и его условиях
Дача согласия и активное участие в безнравственной, неэтичной сделке, в
том числе в сделке, которая компрометирует его коллегу-адвоката
Дача согласия и активное участие в сделке, явно невыгодной, неоправданной, унизительной либо обманной для подзащитного, если адвокат не разъяснил клиенту соответствующие условия и возможные последствия такой
сделки
Неразъяснение подзащитному всех условий компромисса, правовых и неправовых последствий принятия того или иного решения, умалчивание об отдельных условиях, вариантах, последствиях сделки с правосудием и т. п. Навязывание, понуждение, иное ограничение воли подзащитного в принятии решений по предлагаемому компромиссу и его реализации Ненадлежащий контроль со стороны адвоката в реализации условий сделки, иное проявление некомпетентности и недобросовестности при реализации компромисса с правосудием и т. п.
Схема 3
Адвокат же в «сделках с правосудием», как уже отмечалось, действительно имеет «пограничный», а не нейтральный аспект, как это могло бы показаться на первый взгляд. В таких сделках ничего нейтрального или ординарного пока в практике отечественной юриспруденции нет, а скорее — зажатость с обеих сторон, которая проявляется в напряжении и взаимном недоверии: так кто же кого намеревается или может подставить?
Ю. Г армаев, исследуя проблемы незаконной деятельности адвокатов, наоборот, считает, что в некоторых ситуациях адвокат действительно «малой кровью» может уберечь подзащитного от более опасного для него произвола со стороны «исполнительного» судьи. Таких ситуаций опытные адвокаты могут припомнить сколько угодно. Применять в оценке подобных действий какой-то шаблон, поверхностно, с обвинительной акцентуацией судить об ответственности защитника, на наш взгляд, совершенно недопустимо. Тем самым мы «бьем по рукам» не только нарушителей, но и добросовестных адвокатов, которые ежедневно идут на трудные, но необходимые законные и этичные компромиссы в интересах своих подзащитных.
Но как быть? Действующее законодательство, нормы профессиональной этики, имеющиеся публикации не дают достаточно четких критериев разграничения допустимости тех или иных компромиссных
действий профессиональных защитников. Проблемы компромисса с преступностью в последние годы стали предметом пристального изучения всех наук криминального цикла. Далеко не новая в мировой практике, эта концепция исходит из принципиального положения о том, что необходимо отказаться от метода бескомпромиссной борьбы с преступностью, который противоречит основополагающим принципам права и часто создает на практике тупиковые ситуации в процессе пресечения, раскрытия и расследования конкретных преступлений. Институт сделок с правосудием предполагает установление договорных отношений между обвинением и защитой и взятие сторонами обязательств по принципу: если одна сторона принимает решение о том-то, другая гарантирует конкретно то-то. В основе таких договоров лежит концепция взаимоус- тупок, т. е. несколько групп норм, допускающих компромисс.
Суммируя изложенное, сформулируем некоторые критерии, примерный алгоритм понятия адвокатом решения о реализации компромисса.

Шаг 1. Адвокат может рассматривать вопрос только о таком компромиссе (уступке), который имеет законные основания.
Шаг 2. Если компромисс имеет законные основания, адвокат должен проверить, не является ли этот компромисс безнравственным, неоправданным для его подзащитного, недопустимо унизительным для него, обманом, «уловкой» со стороны обвинения.
Шаг 3. Выяснив все эти вопросы, адвокат обязан разъяснить подзащитному все условия компромисса: то, что ему предлагается; то, что он получит взамен; каковы правовые и неправовые последствия любого из тех решений, которые может избрать подзащитный, какова степень риска, есть ли гарантии того, что следователь не обманет, и т. п.
Здесь важно соблюдать важнейшее правило: ни при каких обстоятельствах адвокат не вправе воздействовать на свободную волю клиента, навязывать ему то или иное решение.
Шаг 4. В случае, если подзащитный не согласен с заключением той или иной сделки с правосудием (компромиссом), адвокат не вправе пытаться его переубедить. Только разъяснить и проконсультировать подзащитного об условиях и последствиях компромисса - это обязанность защитника, но настаивать, уговаривать, а тем более диктовать, навязывать ему свою позицию совершенно недопустимо, неэтично и в конечном счете незаконно.
Шаг 5. В случае, если подзащитный согласен с условиями сделки, адвокат обязан принять все меры к тому, чтобы сторона обвинения (суд) выполнила взятые на себя обязательства. Важно не допустить, чтобы недобросовестный следователь (прокурор, судья) обманул подзащитного.
Можно указать и факультативные факторы при сотрудничестве в форме компромиссов.
В случае если на переговорах адвокат представляет свои предложения, условия реализации которых зависят от определенного встречного исполнения, то подробно и понятно следует написать об этом. Процессуальный противник (или судья) должен иметь возможность сразу же прочитать, какое встречное предложение требует услуга А и какое - услуга Б. В ходе переговоров не полагайтесь на свою память, делайте записи. Договаривайтесь об окончательных результатах и сразу же зафиксируйте их в письменном виде. Не идите на прямую конфронтацию, применяя метод «да, но ...». Внимательно слушайте собеседника, не перебивайте его. Возражения выслушивайте спокойно и повторите их. Поразмыслите, каковы действительные причины колебаний и нерешительности вашего коллеги. Основательно подготовьтесь к тому, что вам придется столкнуться с затруднениями, которые возникнут у вашего партнера в связи с вашим предложением. Прямо попросите судью (прокурора, следователя) отметить все пункты вашего предложения, с которыми он согласен, и затем поинтересуйтесь, нельзя ли теперь на основании этого договориться. Записывайте все, с чем вы соглашаетесь, и то, что вы обещаете. Каждое обещание следует выполнить точно и аккуратно. Затруднительные вопросы обсуждайте в конце, когда по всем другим вопросам уже найден консенсус и уже никто из участников переговоров не заинтересован в их неудачном исходе. Целенаправленно используйте резервы. Предложите уступку, которая может быть особенно хорошо воспринята и побудит судью (прокурора, следователя) к принятию решения. В конце переговоров прямо спросите: а) какие вопросы еще остались открытыми?; б) какие еще имеются помехи?; в) в отношении чего еще вы испытываете опасения?; г) согласны ли вы со следующими условиями? Просите при этом дать прямой ответ на все поставленные вопросы. Алгоритм действий адвоката в «сделках с правосудием» приведен в схеме 4.

1

Проверка законности основания компромисса

2

Проверка нравственности и оправданности сделки, отсутствия унизительных условий и обмана (уловки) со стороны обвинения

3

Разъяснение доверителю условий и последствий компромисса

4

В случае согласия доверителя принятие всех разумных и необходимых мер для выполнения стороной обвинения (судом) взятых обязательств





Изложенное позволяет создать лишь самое общее впечатление о том, насколько сложным является процесс сделок с правосудием.
Первое же звено в нашей классификации безоговорочно несет исключительно позитивный заряд адвокатской работы, а риск в осуществлении защиты по «заказным» уголовным делам действительно является, как говорят, благородным делом.
В главе 3 мы подробно рассмотрели основные положения построения защиты при тенденциозном следствии. Но сейчас, говоря об экстремальности, нелишним будет дополнительно отметить некоторые важные нюансы.
Адвокат должен быть знаком с не только с самой спецификой такой работы, но и с некоторыми объективными признаками. Поэтому как бы деликатно ни работали лица, осуществляющие несанкционированное проникновение в помещение и проводящие негласный осмотр вещей (изъятие важных предметов, фотографирование документов, подбрасывание «компромата» и др.), они всегда оставят следы, которые и должен заметить профессионал. Так, чуть изменившееся положение оставленных вещей в закрытом помещении может указывать на несанкционированное проникновение в него посторонних лиц. Поэтому, принимая решение о принятии защиты по таким делам, адвокат должен по возможности иметь постоянную связь с основными лицами (фигурантами со стороны защиты) для наиболее быстрой реакции при подозрении на «нетрадиционные» следственно-оперативные мероприятия. Особый уровень составляют средства защиты конфиденциальности телефонных переговоров, так называемые определение и устранение подслушивающих устройств.
Для внедрения микрофонов в помещение в качестве камуфляжей могут быть использованы шариковая ручка, зажигалка, коробка спичек, шляпа, заколка для галстука. Гвоздь, на котором висит картина, может быть передающим устройством. «Подтелефон» — аппарат для прослушивания, который монтируется в телефонный аппарат, может работать бесконечно, питаться от телефонной сети. Имеются небольшие электронные приспособления, которые, будучи вмонтированы в телефонную трубку, позволяют подслушать все телефонные разговоры, записывать все, о чем говорится в данном помещении, даже тогда, когда трубка повешена.
Металлодетекторы позволяют обнаружить эти устройства, а скремблеры и спеллеры создают помехи для излишне любопытных ушей.
Адвокату при работе по резонансным делам и самому рекомендуется соблюдать меры безопасности при выходе на квартиру и проверять метки, указывающие, что никто за время отсутствия хозяина в квартиру не входил. С целью выявления перлюстрации корреспонденции на конверте можно сделать едва заметные пометки, указывающие на несанк
ционированное вскрытие корреспонденции. Если сотрудники силовых государственных или негосударственных ведомств (воздержимся называть подобные учреждения правоохранительными органами) решили проникнуть в чужую квартиру, то они должны быть уверены, что она не только пуста в момент проникновения, но и останется пустой, по крайней мере, пока они там планируют находиться. В случаях, когда жильцы случайно застают таких «гостей», у последних, в отличие от обыкновенных квартирных воров, как правило, не идущих на «мокрое дело», всегда существует план Б, согласно которому возвратившихся раньше ожидаемого времени хозяев квартиры убивают, инсценируя под обычное бандитское нападение, хотя могут быть и дополнительные сценарии. Поэтому адвокат должен знать и объяснять своим клиентам, которые потенциально могут оказаться в подобных ситуациях, что вступать в борьбу с непрошеными «следователями» бессмысленно; даже если у жильца «случайно» под рукой окажется, причем на законных основаниях, например, пистолет, не будет же он сразу, зайдя к себе домой, открывать огонь по всей квартире. А если теоретически и так, то, как правило, пришедшие к нему «сотрудники» опознавательных знаков и документы с собой на такие операции не берут. И тогда может случиться третий сценарий: «органы», конечно, своих не признают, но мстить будут еще более обстоятельно. Поэтому выход один: в свою квартиру при наличии признаков описанной выше опасности лучше совсем не заходить. Неплохо лестницу в помещении оборудовать электронными устройствами, передающими информацию на пункт охраны или непосредственно владельцу помещения.
Часть из приведенных аспектов не разрешается однозначно в правоохранительной практике, а также остается дискуссионной в юридической литературе, хотя, конечно, уже в более мягкой интерпретации.
Категорически возражают против возможности таких принудительных процессуальных действий, как освидетельствование и участие в экспертном исследовании потерпевших и свидетелей, М. Деченко, З. Зи- натуллин, А. Жалинский, В. Каминский, Г. Карнович, М. Коршик, С. Лю- бичев, М. Строгович. В то же время признают правомерность принудительного проведения следственных действий по отношению к свидетелям и потерпевшим Ю. Аленин, В. Леоненко, Н. Маркс, Г. Миньковский, Т. Москалькова, Н. Савгирова, Ю. Торбин и др.
При определении незаконных мер проведения следственных действий в первую очередь к ним нужно отнести применение пыток. В международно-правовых документах пытки определены как какие-либо действия, с помощью которых человеку умышленно причиняется сильная боль или физическое либо моральное страдание со стороны офици
ального лица или по его указанию с целью получить от него либо от третьего лица информацию или признания, наказания его за действия, которые этот человек совершил либо в них подозревается, а также запугивания им других лиц.
В таких делах в состав следственных групп включаются десятки работников, проводится оперативно-розыскная «поддержка», которая выдает «на гора» иногда абсурдные слухи. Это делается с расчетом на то, что суд «не разберется», не преодолеет комплекс искусственно созданной иллюзии «сложности и значения» дела, не захочет противопоставить себя сформированному негативному общественному мнению. В такой дезинформации содержится ложь по самой природе объекта, по тем или иным его качествам. Все это приводит к другому фундаментальному аспекту дезинформации: точке зрения адресата (адресатов). Для него (них) это сообщение должно быть получено как правдивая информация, в противном случае маневр не удастся. То есть, нужно врать умеренно, потому что «перебор» приведет лишь к противоположному результату. Например, раскрученная СМИ криминально-политическая информация о донецком «Белом Лебеде» или пресловутых «пленках Мельниченко» непродолжительное время соответствующей частью украинского общества еще воспринималась как «нечто, похожее на правду», тогда как слухи о московском спецназе под Киевом или «региональной» амнистии рецидивистов, проведенной в местах лишения свободы, расположенных в Донецкой области осенью 2004 г., были явным перебором с нулевым или минимальным (безусловно, что в это поверить могли только самые убогие) результатом. Поэтому искусство дезинформации - это утонченное и умное оружие, которым пользуются не только во внешней разведке, но и для оперативного прикрытия (а точнее - «покрытия») отсутствия законного или ожидаемого формального процессуального результата. Но вместе с тем нужно учитывать, что дезинформация, даже будучи раскрытой, также приносит известную пользу. Так, изучение адвокатом дезинформационных материалов (ведь их конечное проявление имеет открытый характер) само по себе ценно, поскольку дает возможность узнать, какими именно средствами противник намеревается дезинформировать адвоката, его подзащитного, свидетелей, прокуроров, судей, общество.
Человека, занимающего высокий пост, не всегда выгодно «сжигать» обнародованием компрометирующих материалов. Гораздо эффективнее, посадив его «на крючок», заставить работать на себя. С помощью компрометирующих материалов можно вносить раздор в команду оппонента, «убирать» преданных противнику людей его же руками. База метода проста: что-то подозрительное при желании можно найти в поведении
любого человека, а если же факты сопроводить определенной версией, то нужный эффект гарантирован.
Важно учитывать и то, что неправомерное поведение «силовиков» в подобных играх со временем практически невозможно будет доказать. Поэтому в вопросах защиты ни в коем случае нельзя верить «на слово» следователю или прокурору, а общение должно иметь исключительно организационно-процессуальный характер и строго в письменной форме. В результате ложной информации имеются две составляющие: сюжет (назовем условно: событие происшествия), подпитывающийся определенным вниманием, и сюжет ложный (условно: событие или состав преступления), который отвечает на это внимание, пропагандируя ложную информацию. То есть, придумать полную криминальную историю, в которую бы не только поверили простые граждане, но и к которой следовало бы «привязать» конкретного субъекта (причем желательно в «главной роли»), достаточно сложно и далеко не всегда даже теоретически возможно, в уже известную и реально существующую фабулу дела «вставить» нужный персонаж. Очень трудно выследить случайную дезинформацию. В качестве чистой правды она поступает слишком поздно, когда цель дезинформации уже достигнута.
Таким образом, все искусство лжи состоит из получения ответа, который немного должен быть близок к реальному для вероятности и в то же время содержать нечто отдаленное, чтобы ввести в заблуждение. Для адвоката важно не пропустить сенсационную новость до тех пор, пока она появится в СМИ, и уже не будет времени ее проверять.
Основные выводы Профессиональная деятельность адвоката в экстремальных ситуациях имеет три ярко выраженных аспекта: 1) построение защиты в «заказных» уголовных делах (позитивный аспект); 2) адвокат в «сделках с правосудием» («пограничный» аспект); 3) незаконная адвокатская деятельность в уголовном судопроизводстве (негативный аспект). Программа защиты по всем «экстремальным» делам должна содержать в себе значительный элемент оперативного мастерства для построения работы адвоката «на опережение».

Экстремальные ситуации, «сделки с правосудием», «заказные»
уголовные дела, незаконная адвокатская деятельность.
$1              Некоторые термины и определения
Компромисс с преступностью - соглашение путем взаимных уступок, причем уступки государства - это: а) освобождение от уголовной ответственности и наказания вплоть до признания преступления непреступным; б) смягчение наказания при наличии смягчающих обстоятельств.
Проблема в адвокатской работе - осознание адвокатом познавательного вопроса исходя из анализа проблемной ситуации в юридической практике, порождение познавательного мотива, преобразование проблемной ситуации в познавательную задачу.
Принятие решения адвокатом - структурный, стартовый элемент сложного волевого действия, формирующий цель действия на основе преобразования исходной вероятностной информации, выбор адвокатом одного действия из ряда возможных действий, построение им правовой программы действия, определение способов достижения результатов - построение адвокатом концептуальной модели защиты.
Страх - острая негативная эмоция, возникающая в обстановке угрозы биологическому или социальному благополучию индивида; имеет различные степени интенсивности: опасение, боязнь, испуг, ужас (аффект).
Стресс — конфликтное эмоциональное состояние, психическое перенапряжение в острой, опасной ситуации, первоначально вызывающей шоковое состояние, а затем состояние резистентности - максимальной мобилизации усилий для выхода из этой ситуации.
Из краткого словаря уголовно-блатного жаргона
Толкач — человек, которого подсаживают в камеру к арестованному, чтобы убедить его дать нужные показания.
Фюрер, дьявол, дракон — прокурор.

Крылатые цитаты и любопытные высказывания
Почти любая большая война заканчивается распадом победившей коалиции.
Фостер Рия Даллес, американский историк
Люди умные в опасные времена не говорят ничего.
Джон Селден (1584-1654), английский историк
В мирное время цензура существует лишь для того, чтобы утаивать темные дела государства.
Джордж Селдес (1890-1970), американский писатель и журналист
Полезные оперативные тезисы для адвоката Борьба за выживание - игра без правил. В любой обстановке старайтесь вести себя естественно. Кто не имеет желаний, тот не научится отказываться.
Контрольные вопросы, темы докладов и сообщений Какие ситуации в профессиональной деятельности адвоката можно отнести к экстремальным и каковы их особенности? Основные разновидности опасности: психологическая характеристика. Назовите факторы возникновения негативных психических состояний в экстремальных ситуациях. Основные составные психологической готовности адвоката к профессиональной деятельности в экстремальных ситуациях. Каковы основные задания организации профессиональной подготовки адвокатов к деятельности в экстремальных ситуациях?
Литература Андреев Н. В. Психологическое обеспечение переговорной деятельности сотрудников ОВД в экстремальных ситуациях. - М., 1997.
Бараненко Б. I. Психолопя оперативно-розшуково! дiяльности: Навч. посiб. - К.: Центр учб. лгт-ри, 2007. Гармаев Ю. П. Незаконная деятельность адвокатов в уголовном судопроизводстве: Учебник / Науч. ред. В. Н. Ка - рагодин. - М.: Экзамен, 2005. Гармаев Ю. П. «Сделки с правосудием» в тактике сторон защиты и обвинения // Юрид. мир. - 2003. - № 6. -
С.              30-37. Ивахин А. Е., Прыгунов П. Я. Оперативная деятельность и вопросы конспирации в работе спецслужб (По материалам открытой печати и литературы). - В 6 т. - К.: КНТ,
2006. Криминология: Словарь-справочник. / Сост. Х.-Ю. Кернер. Пер. с нем.; Отв. ред. А. И. Долгова. - М.: НОРМА, 1998. Синеокий О. В. Поиск политического ключа в тенденциях развития современной преступности в Украине: некоторые проблемы и размышления // Влада. Людина. Закон. - - № 9. — С. 52-60. Синеокий О. В. Теоретические размышления об итогах и дальнейших перспективах «заказов» на уголовное преследование // Влада. Людина. Закон. - 2007. - № 3. - С. 7679. Синеокий О. В. Проблема рейдерства: правовой механизм защиты и противодействия // Влада. Людина. Закон. - 2007. - № 4. - С. 81-85. Юридична психолопя: Шдручник / Александров Д. О., Андросюк В. Г., Казмiренко Л. I. та ш.; За заг. ред. Л. I. Казмiренко, ?. М. Моюеева. - К.: КНТ, 2007.
<< | >>
Источник: О.В. Синеокий. АДВОКАТУРА КАК ИНСТИТУТ ПРАВОВОЙ ПОМОЩИ И ЗАЩИТЫ. 2008

Еще по теме § 6. Адвокатская деятельность в экстремальных ситуациях:

  1. ЭКСТРЕМАЛЬНЫЕ СИТУАЦИИ В ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.
  2. ЭТАПЫ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЯХ.
  3. ПСИХОЛОГИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ РУКОВОДИТЕЛЯ ПОО В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЯХ.
  4. ПОЗИТИВНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ПСИХИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ У ЧАСТИ ЛЮДЕЙ В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЯХ.
  5. НЕГАТИВНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ПСИХИЧЕС- КОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ У ЧАСТИ ЛЮДЕЙ В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЯХ.
  6. 1.4. Гарантии независимости адвокатской деятельности и адвокатской,неприкосновенности
  7. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ТИПЫ ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЙ.
  8. ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ УСТОЙЧИВОСТИ СОТРУДНИКОВ В ЭКСТРЕМАЛЬНОЙ СИТУАЦИИ.
  9. § 2. Предупреждение преступностив экстремальных ситуациях
  10. ЭКСТРЕМАЛЬНОСТЬ СИТУАЦИЙ КАК ОБЪЕКТИВНО-СУБЪЕКТИВНЫЙ ФЕНОМЕН.
  11. ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ ЭКСТРЕМАЛЬНОЙ СИТУАЦИИ.
  12. ПРИНЦИПЫ ОКАЗАНИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЯХ.
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальная юстиция - Юридическая антропология‎ - Юридическая техника - Юридическая этика -