§2 ПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ КЛАССИЧЕСКОЙ ДРЕВНОСТИ И СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

Первые элементы рационалистической рефлексии о природе политики возникают в I тыс. до н. э. в древних культурах Индии, Китая, Греции в эпоху экономического и культурного переворота, трансформировавшего традиционные креационистские мифы, объяснявшие божественное происхождение государства и царской власти и их место в мироздании.
Уже в мифах Древнего Востока (Египет, Месопотамия) «вечная царская власть», дарованная богами людям при сотворении мира, представлена как гарант справедливости и порядка, являющихся отражением вечной божественной справедливости (в древнеегипетских мифах, вечная справедливость — «маат» одновременно ассоциировалась и с образом справедливого суда). Культурам древневосточных деспотий, представлявших самую раннюю форму перехода от первобытной общины к цивилизации, свойственен глубокий консерватизм и традиционализм. Отсутствию твердых сословных граней соответствовал мировоззренческий униформизм, предполагавший единство взглядов правителей и управляемых. В идеологии древнейших традиционных обществ преобладают глубокий пессимизм в восприятии окружающей действительности, негативное отношение к самой возможности социальных изменений, пассивность, превращающая человека в пленника ритуала, закреплявшего существующий порядок вещей.

На протяжении тысячелетий любые попытки осуществления реформ проводились под флагом реставрации «древней справедливости» (реформы Уруинимгины в Ла- гаше в III тыс. до н. э.). В ранних памятниках литературной письменности подобная социальная и идеологическая ситуация нашла выражение в диаметрально противоположных мотивах — в нравоучениях, прославляющих «благонравную жизнь», и в «нигилистической альтернативе», отвергающей любые традиционные ценности и институты. Своеобразным синтезом этих жанров становится оформившаяся в Древнем Египте эсхатологическая литература (например, «Речение Ипусера», «Пророчество Нефертити»), создатели которой мрачно пророчествовали о наступлении эры всеобщего краха государства, переворота вверх дном всех социальных отношений.

Вступление цивилизаций Средиземно орья з I тыс. до н. э. в период осевого времени» (К. Ясперс) было обусловлено экономической и социальной трансформацией, вызванной распространением железных орудий. Новая городская цивилизация, развитие товарно денежного обмена, быстрый процесс имущественной и социальной дифф ренциа- ции способствуют возникновению не только новых типов религии (буддизм, зороастризм, а впоследствии — христианство), но и зарождению философии и науки. Наивысшее развитие эта тенденция получила в Древней Греции, ставшей родиной не только рационалистической политической теории, но, в известном смысле, и политической науки.

Основной непосредственной причиной, позволяющей объяснить, почему возникшие в рамках философии приемы научного анализа стали применяться в социальной области, является уникальный характер созданной греками в VIII-VII вв. до н. э. политической организации — демократического полиса. Главное отличие полиса от всех предшествовавших типов государства состояло в том, что гражданский коллектив, формирующий народное собрание, совещательные и судебные органы, побуждал практически всех свободных членов общества к активному участию в них, а следовательно и в политической жизни. Ее до сих пор поражающий воображение динамизм охватывал не только внутригосударственные, но и внешние отношения, поскольку Древняя Греция представляла собой пестрый мир городов-государств с различным устройством, активно взаимодействующих друг с другом и с соседними «варварскими» народами.

Обсуждение законопроектов в народном собрании, тре бовавшее всесторонней аргументации, стимулировало развитие ораторского искусства. В период наивысшего расцвета полиса (V-IV вв. до н. э.) в Афинах и других городах Греции возникли многочисленные школы риторики, в которых граждане могли обучиться основным приемам политического искусства. Первыми стали обучать принципам профессиональной политики «платные учителя мудрости» — софисты (Протагор, Продик, Горгий, Гип- пий и др.)- В век софистов, нередко называемый периодом греческого просвещения, появляются многие идеи, из которых в дальнейшем возникли различные направления политической теории не только поздней античности, но и средневековья и нового времени. Рационалистической критике были подвергнуты как традиционные, освященные преданием обычаи, так и установленные законы. Гиппий из Элиды путем сравнительного анализа греческих и «варварских» установлений пришел к выводу, что статуса универсальных заслуживают только два обычая — почитание богов и родственные связи.

Требованиям традиционного обычая софисты противопоставили «веления природы», причем природа рассматривалась ими в качестве критического принципа, определяющего независимую интеллектуальную позицию индивида в отношении любых предписаний и установлений. Опираясь на этот принцип, Антифонт, Алкидамант, Ли- кофрон — представители младшего поколения софистов — отрицали существование «по природе» каких-либо различий между варварами и греками, свободными и рабами, знатными и простолюдинами. Софист Фразимах отрицал саму возможность возникновения в государстве, раздираемом борьбой богатых и бедных, общей для всех справедливости, определяя ее как «чужое благо, устраивающее сильнейшего» (Платон. Государство. I, 343с). И справедливость, и законы, и религиозные верования не являются раз и навсегда данными, но представляют собой следствие некоего соглашения, условия которого могут изменяться в различные времена в разных государствах.

Представления о том, что государственность возникла в ходе исторического процесса и является продуктом «общественного договора», а различные законы могут быть усовершенствованы, содержало в себе концепцию исторического прогресса.

Софистические идеи были направлены против традиционных идеологических ценностей античного полиса и не могли не встретить решительного противодействия со стороны представителей консервативного направления политической мысли. Именно в результате идейного конфликта радикальных и консервативных идей в конечном счете и были сформулированы многие понятия и представления о политике, лежащие в основе многих современных политических учений.

Крупнейшими представителями консервативной политической теории в Древней Греции были Платон и Аристотель. В споре с софистами Платон развивал идеи своего учителя, Сократа (469-399 гг. до н. э.). Сократ рассматривал справедливость, добродетель и знание как абсолютные Божественные истины, способные дать надежный ориентир и в политике. Демократической трактовке софистами политики как сферы, в которой компетентным может быть любой рядовой гражданин полиса, Сократ противопоставил основанное на «истинном знании» «царское искусство» государственного управления, присущее исключительно «мудрым пастырям». К Сократу восходит и ставшее традиционным в политических теориях средневековья и нового времени противопоставление правильных государственных форм неправильным (монархия — тирания, аристократия — олигархия, демократия — охлократия, т. е. разнузданная власть толпы, не связанная никаким законом).

Принимая это разделение, Платон (427-347 гг. до н. э.) в диалоге «Государство» рассматривает как единственно правильное, истинное государственное устройство аристократию, которая основана на четырех добродетелях — мудрости, мужестве, благоразумии и справедливости, и реализуется на практике только при условии правления философов. Платона, правда, занимает не столько вопрос — возможно ли существование такого государства на земле, сколько выявление самих идеальных принципов, на которых должно основываться и государство, и управление. Такой подход к политике с позиции должного в конечном итоге приводит к созданию грандиозной политической утопии, образ которой предопределил целое направление политической мысли, существующее и в наши дни.

Опровергая софистическую теорию общественного договора, Платон стремится доказать, что государство возникло с целью взаимного удовлетворения различных потребностей людей, возможного только в «совместном поселении», полисе (П, 369с). Описывая эти потребности, он воспроизводит многообразную структуру общественного производства с целью выявить принцип разделения труда и специализации различных видов деятельности, политики в том числе. Отождествляемая с государственным управлением, политика является достоянием только философов и частично воинов, объединенных в корпорацию стражей, противопоставленную «третьему сословию», т. е. основной массе производителей.

Большая часть диалога посвящена проблеме воспитания правителей, определяемого принципами гомогенного абсолютного равенства, совместной жизни, в рамках которой нет места частной собственности, разделению полов и индивидуальной семье.

Проведение на практике этих принципов, по мысли Платона, должно было способствовать реализации в сфере политики идеи блага — ключевого понятия всей платоновской философии. Реальное положение дел в греческих государствах убеждало философа в неизбежности извращения любого государственного устройства, основанного на идеальных принципах.

Описыва? такой процесс предполагаемой деградации идеальной аристократии в тимократию (власть честолюбцев) и далее в олигархию, демократию и, наконец, в тиранию, Платон дал замечательно яркие характеристики различных реальных типов государства, которые легли в основу политического учения Аристотеля (384- 322 гг. до н. э.).

В аристотелевской философии политике отводится особое место. Развитие всех вещей в природе осуществляется как реализация их «изначальной потенции», или цели, как движение от первичного к завершенному состоянию. Соответственно, конечной целью развития человека как природного существа является достижение самодовлеющего существования (автаркии), возможного только в государстве. Таким образом, для Аристотеля понятия «природный» и «политический» совпадают в сфере общественных отношений.

Человеку как «политическому существу» свойственно безотчетное стремление к совместной жизни, реализуемое через ряд ступеней «естественного развития», т. е. через организацию в семью, в селение вплоть до государственного сообщества.

Жизнь в государстве является высшим благом. Соответственно, политика является высшей по отношению к другим наукам и определяет при помощи законов, «какие поступки следует совершать и от каких воздерживаться» (Аристотель. Никомахова Этика. I, 1, 1094а 19). Политика обретает истинную ценность только тогда, когда в ней теоретическое умозрение объединяется с практикой, направляя таким образом внешние действия людей.

В «Политике» — своем основном произведении, посвященном анализу этой высшей формы знания, Аристотель разрабатывает приемы исследования не только государства, его структуры, но и политических процессов, предвосхищая принципы аргументации и исследовательские методы современной политической науки. Одним из таких методов является заимствованный из биологии метод расчленения государственного организма на составные элементы с последующим их изучением. Рассматривая в первой книге последовательно структуру семьи, отношения господина и раба (господства и подчинения), Аристотель в дальнейшем неоднократно использует тот же метод для анализа полисных конституций во всем их многообразии.

Известно, что философ и его ученики собрали и описали 158 греческих и «варварских» конституций.

В сравнительном их анализе в «Политике» была заложена основа современной политической компаративистики.

Принимая сократовско-платоновскую схему разделения государственных устройств на правильные и неправильные, Аристотель дополнил ее анализом всех многообразных форм демократии и олигархии, подробно исследовал причины «патологических изменений», приводящих к политическим переворотам и потрясениям.

Аристотелю принадлежит также формулирование идей о зависимости политического устройства от размеров территории, численности населения и характера граждан, о предпочтительности такого устройства, в котором «наилучшим образом смешаны все начала».

Будучи, как и его учитель Платон, сторонником правления аристократии, он считал необходимым «иметь в виду не только наилучший вид государственного устройства, но и возможный при данных обстоятельствах, и такой, который всего легче может быть осуществлен во всех государствах» (Политика. IV, 1, 3). Такое устройство Аристотель называет средним, «смешанным», или политией. В ней наиболее удачно сочетаются основные элементы демократии и олигархии.

Для античности, как, впрочем, и для других периодов истории, характерной является та особенность, что наиболее важные в теоретическом отношении политические идеи появляются в период кризиса и ломки традиционной государственности или как попытка ее «критического преодоления» (ниспровержения) или в форме реставрации приходящих в упадок ценностей и норм. Политическая философия Платона и Аристотеля отмечена стремлением к реставрации полисных форм.

Эти же черты свойственны в период кризиса Римской республики политической философии Цицерона (106- 43 гг. до н. э.) — выдающегося римского идеолога, защитника римских институтов и политических нравов.

Политическое учение Цицерона основывается на двух идеях: а) справедливость осуществляется в государстве путем принятия наилучшей конституции; б) закон ничто без людей, которые могут заставить эти законы уважать. Он исходит из убеясдения, что политика при всех своих противоречиях является результатом «разумной установки», существующей вне сиюминутных человеческих устремлений в виде «непосредственного разума», позволяющего людям действовать в соответствии со справедливостью. Развивая идеи греческих стоиков, Цицерон в сочинении «О Законах» отмечал, что «поистине существует только одно право, которое связывает воедино человеческое сообщество и устанавливает единый закон» (I, 15, 42).

Наилучшим является государство со смешанной конституцией, соединяющей царскую, аристократическую и народную разновидности власти. Воплощение этой конституции Цицерон видел в римских институтах, соответственно, во власти консулов, сената и народного собрания. Отклонение от нравов предков несет угрозу тирании. Предотвратить ее может только сохранение духа законов, гарантирующих органическое равновесие между народной свободой, полномочиями магистратов и влиянием состоятельных людей. Высшим гарантом такого равновесия должен стать принцепс — главное лицо в государстве, примиряющее конфликтующие интересы.

Реальность оказалась, однако, иной. Выдвижение на римскую политическую авансцену «сильных личностей» способствовало окончательному упадку республиканских институтов. «Спаситель отечества» — Октавиан Август, объявленный принцепсом, создал основу для нового периода римской государственности, периода империи.

Одна из особенностей политического устройства Римской империи заключалась в том, что, хотя она и была абсолютистским по характеру правлением, номинально она базировалась на определенных правовых и политико-теоретических принципах. Если не на практике, то в сфере идеологии сохраняла силу идея, согласно которой императорская власть основана на добровольном согласии подданных, которые считались римскими гражданами. Хотя само право все больше становилось правом распоряжения правителя, тем не менее формула — «что постановил принцепс, имеет силу закона» — вытекала из представления, согласно которому правитель получил власть для того, чтобы творить закон, воплощающий в себе деятельность законодательных органов.

Эта традиция на протяжении нескольких веков закреплялась и оформлялась в трудах римских юристов и не претерпела (с точки зрения политической теории) значительных изменений и после признания христианства в качестве официальной религии. Подтверждением этого может считаться политическая философия Августина (354-430), а в средние века — эпоху господства христианского учения — идеи Фомы Аквинского.

Необходимость государственной власти обосновывается Августином в рамках оригинальной философско-исторической концепции, выявляющей целенаправленное развитие человечества от грехопадения до Страшного суда. Совершив грехопадение, люди стали несовершенными, и тем самым возникла необходимость в контроле. Иначе тот, кто способен к добру, не сможет использовать данный ему Богом шанс в раздираемом анархией мире. Поэтому власть необходима, чтобы обеспечить порядок и дать преобладание справедливости. По этой причине следует поддерживать и защищать государство.

Хотя государство и является результатом изначальной порочности человека и принадлежит миру зла, оно существует для сохранения порядка и тем самым для достижения благой жизни в будущем.

В трактате «О граде Божием» светская власть и ее институты отождествляются часто с «земным градом», который противопоставляется «граду Божьему», т. е. церкви и ее организации. Обосновав при помощи разносторонней аргументации идею превосходства Божьего града над земным, Августин оказал огромное влияние на политических мыслителей средневековья и нового времени, доказывавших в теории превосходство духовной власти над светской. Восприняв августиновское учение, церковь объявила себя земной частью Божьего града, охотно выставляя себя в качестве верховного арбитра земных интересов.

Церковь не настаивала ни на том, что государство не имеет собственной сферы деятельности, ни на том, что она должна непосредственно контролировать ход политических дел. Аргументация как раз имела обратный характер — духовная сфера существует и она выходит за пределы компетенции государства. Если государство переходит эти пределы, церковь должна этому воспрепятствовать всеми имеющимися в ее распоряжении средствами.

Такая позиция, конечно, была весьма шаткой. Еще до Реформации идеологи церкви неоднократно обсуждали вопрос — необходимо ли восставать против государства, если оно препятствует достижению моральных целей, а своими действиями провоцирует анархию. Получают ли правители власть непосредственно от Бога или при посредстве церкви? Церковь утверждала, что данное ей свыше нравственное превосходство дает ей и право контроля над использованием государственной власти. Светская власть могла заявлять в ответ, что независимость основания ведет и к независимости авторитета.

Оригинальное решение этой дилеммы мы находим в политической философии Фомы Аквинского (1227-1274), осуществившего синтез аристотелевского учения о государстве с христианским взглядом на жизнь и предназначение человека.

Для Аквината государство не является продуктом греха, скорее, результатом общественной природы человека.

Аристотелевскую концепцию благой жизни в автаркическом полисе он рассматривает в понятиях жизни христианской и видит высшую цель государства в приближении спасения. Таким образом, оказывается возможным поддерживать церковные требования без того, чтобы сводить роль государства к некоей негативной власти, призванной только воспрепятствовать тому, чтобы человеческие вожделения не довели общество до анархии.

Но что является еще более важным, Фома создал концепцию государства как органа положительного благосостояния, миссией которого является служба обществу. Такой переворот в представлении о роли государства мог быть осуществлен только в рамках томистской концепции человека как существа, наделенного общественными потенциями, которые нуждаются в реализации. Эта концепция шла вразрез с традиционной средневековой идеей, согласно которой жизненно важно ограничить деятельность людей, не давая им права самим решать свою судьбу в силу их приверженности греховному миру зла.

В политической философии Фомы сформулирована также оригинальная теория закона, дающая правителю широкий простор для реализации светских принципов. Закон — это веление разума, который должен быть направлен на общественное благо. Правитель (или правители), будучи ответственным за благосостояние общества, также является провозвестником блага.

Таким образом, хотя закон и ведет происхождение от универсальных принципов справедливости, он зависит в плане своей действенности от того, в какой мере он усиливается и проводится в жизнь правительством в каждой отдельной стране. Закон содержит в себе элемент воли, выразителями которой являются и сам разум, и правитель.

Разделяя вслед за Аристотелем формы правления на монархию, аристократию и демократию, Фома вполне естественно рассматривал первую как наилучшую из всех, полагая, что она в наибольшей степени воплощает единство цели и воли по сравнению с другими формами и поэтому лучше всего может служить задаче сохранения единства общества. К этому аргументу в новое время будут обращаться все теоретики монархии.

Примечательной чертой политической теории Фомы является разработка им концепции «государства всеобщего благоденствия». Философ совершенно отчетливо видел, что функции государства не ограничиваются исключительно охраной формального порядка. Государство должно взять на себя заботу об экономической сфере общественной жизни. Оно должно контролировать торговлю, препятствовать получению несправедливых и чрезмерных доходов и, защищая справедливые цены и плату за труд, способствовать увеличению богатства своего народа.

Возможно, Фома Аквинский является первым теоретиком социального законодательства как основной функции государства. Он настаивает на необходимости того, чтобы король считал своим долгом обеспечение государства звонкой монетой и контроль над системой мер и весов.

Значение политической теории Фомы заключается, прежде всего, в том, что, оставаясь на типично средневековой точке зрения по вопросу о различных функциях и целях государства и церкви, он с особой силой защищал идею предела государственного вмешательства, отвергал претензию законодателей преобразовывать все и вся исключительно при помощи законодательных предписаний, устанавливая контроль над духовной и частной жизнью людей. Тем самым было высказано предостережение против иллюзий, овладевших умами политических теоретиков последующих эпох, когда духовная монополия церкви была подорвана, а ее организационная мощь сломлена в процессе роста крупных национальных государств в Западной Европе.

<< | >>
Источник: В. А. АЧКАСОВ и др.. Политология (проблемы теории). — СПб.: Издательство «Лань». — 384 с. (Мир культуры, истории и философии).. 2000

Еще по теме §2 ПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ КЛАССИЧЕСКОЙ ДРЕВНОСТИ И СРЕДНЕВЕКОВЬЯ:

  1. II ПРАВОВАЯ МЫСЛЬ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И ЕВРОПЕЙСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ
  2. Глава 19 ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ПРАВОВАЯ МЫСЛЬ В УКРАИНЕ КОНЦА XVIII — ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX в. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ДОКТРИНА КИРИЛЛО- МЕФОДИЕВСКОГО ОБЩЕСТВА
  3. ПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ ДРЕВНЕГО МИРА
  4. Политические учения Средневековья: религиозная концепция
  5. РОССИЙСКАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ
  6. Буржуазная классическая политическая экономия.
  7. I. КОНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ И КЛАССИЧЕСКАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭКОНОМИЯ.
  8. ПОЛИТИЧЕСКИЕ УЧЕНИЯ В ЭПОХУ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И ВОЗРОЖДЕНИЯ
  9. 1. Социально-политическая мысль в Украине в начале XX в.
  10. Общественно-политическая мысль Древней Руси XI-XIV вв. Общественно-политическая мысль Древней Руси XI-XIV вв., 1960
  11. ПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ ДРЕВНЕГО КИТАЯ
  12. РОССИЙСКАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ
  13. РАЗВИТИЕ УКРАИНСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ПРАВОВОЙ МЫСЛИ XI-IV вв. ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ПРАВОВАЯ МЫСЛЬ КИЕВСКОЙ РУСИ
  14. § 3. Политическая и правовая мысль Древнего Китая
  15. Политическая и правовая мысль славянофилов
  16. Политическая и правовая мысль русского консерватизма
- Внешняя политика - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология -