Нормативная структура легитимности политической власти

В современной политической науке сложилась традиция исследовать процесс легитимации власти на основе выделения в нем объективных и субъективных факторов. Это позволяет анализировать проблему не только на теоретическом, но и на эмпирическом уровнях.
В связи с этим представляет несомненный интерес структура легитимности власти, предложенная английским ученым Д. Битхемом. Согласно его концепции, во многом обобщающей предшествующие теории, власть может считаться легитимной, если она удовлетворяет трем условиям, образующим нормативную основу легитимности: 1.

Власть соответствует принятым или установленным в обществе правилам. 2.

Эти правила оправданы путем ссылки на веру, которую разделяют и управляющие, и управляемые. 3.

Имеются доказательства (в виде действий) согласия подчиненных на существующие отношения власти .д

Эти три условия образуют три уровня легитимации, которые существуют во взаимосвязи и не являются альтернативными друг другу. Все они служат легитимности и способствуют ограничению и оправданию власти, «так как все способствуют законности, все обеспечивают подчинение и являются моральными основами для согласия или сотрудничества с властью».

Первый уровень — это правила, устанавливающие власть. Второй — это убеждения — вера в законность, оправданность установленных правил. Третий — это действия в соответствии с требованиями власти.

Первый уровень легитимности является базовым. Правила определяют порядок приобретения и использования власти Власть может утверждать, что она является легитимной в первой инстанции, если она приобретена и используется в соответствии с принятыми нормами и правилами. Эти правила могут быть неписаными и существовать в качестве неофициального соглашения. Но они могут иметь и формализованный вид, быть зафиксированными в легальных законах. Но в любом случае правила приобретения и использования власти определяют принципы властвования. Эти правила определяют порядок деления на властвующих и подвластных, каналы доступа к власти, процедуры обращения с властью и способы ее перехода от одного субъекта к другому и т. д.

В условиях монархии правила регулируют переход единоличной верховной власти от одного лица к другому. Этот переход может иметь различные формы: власть может перейти по завещанию царствовавшего монарха, по обычаю, по закону. Эти формы преемственности верховной власти хорошо известны в истории. Преемственность верховной власти может осуществляться и путем избрания монарха, как это имело место, например, в российской истории в период установления династии Романовых в начале XVII в. В конце же XVIII столетия в России уже был издан официальный основной закон о престолонаследии. В силу этого закона русский престол должен был переходить наследственно, по началу первородства, с предпочтением мужского пола женскому. Наследник престола должен был вступить на престол в момент смерти последнего царствовавшего царя. Но вступление на престол лица, имеющего на то право, закон считал не безусловно обязательным. Он допускал отречение от этого права, если оно не повлечет за собой каких-либо затруднений в дальнейшем наследовании престола. С вступлением на престол следовало издать манифест, и все достигшие двенадцатилетия лица мужского пола должны были быть приведены к присяге на подданство. К присяге не приводились согласно закону женщины и преступники, лишенные всех прав состояния. В случае, если лицо, вступавшее на престол, оказывалось не только несовершеннолетним, но и малолетним и недееспособным, не имеющим возможности править государством, в законодательстве предусматривалось учреждение регентства, т. е. управление государством до совершеннолетия монарха вверялось другому лицу, а в целях воспитания малолетнего государя учреждалась опека над его личностью. Регент не являлся сам государем, но он действовал от имени малолетнего государя. Ему принадлежали те права и преимущества, которыми пользовался^монарх. В целях ограничения власти регента в государстве создавался определенный властный орган, с которым регент был обязан согласовывать свои решения. Так, согласно российскому законодательству, несовершеннолетним считался престолонаследник, не достигший 16 лет. В этом случае ему назначался опекун и власть передавалась регенту. Эта власть была ограничена советом правительства, состоявшим из шести лиц первых двух классов российского общества. Прекращение регентства наступало по достижении государем совершеннолетия. Кроме правил, обычаев или законов, определяющих порядок перехода верховной власти в монархии, существенное значение имели правила определения принадлежности того или иного лица к царской фамилии, которые регламентировали права на наследование престола. Существовали и другие правила, определяющие властные отношения между подданными и монархом.

Совокупность правил, регламентирующих власть, определяющих отношения между властными и подвластными, имели различное происхождение и были результатом длительного исторического развития. Одни из них складывались на протяжении столетий и закреплялись потом в виде обычаев и традиций. Другие возникали и закреплялись в виде точных формулировок законов в результате острых политических конфликтов и их последующих разрешений на основе достижения согласия между противоборствующими силами. На протяжении столетий эти правила могли быть подвергнуты последующим изменениям, право на которые имели в средние века прежде всего монархи, а в новое время парламенты. Но, независимо от происхождения, эти правила носили и носят всеобщий и нормативный характер и обязывали власть строго им следовать. В тех же случаях, когда эти правила нарушались самой властью, она теряла свою прежнюю легитимность и приобретала качество делегитимности. Делегитимность выступает как противоположность легитимности. Делегитимность характеризует определенное качественное состояние власти. Она возникает вследствие нарушений властью правил властвования. Власть является делегитимной там и тогда, где и когда она достигается с нарушениями правил или осуществляется способами, которые нарушают закон или выходит за его рамки. Состояние делегитимности власти наступает в результате государственного переворота или узурпации власти. Она может наступать и как результат систематического нарушения властью существующих правил. В любом случае делегитимность есть следствие, а не причина легитимности. Она следует за ней.

Делегитимность следует отличать от нелегитимнос- ти. Оба эти понятия характеризуют определенные качественные характеристики власти. Оба понятия являются качественными противоположностями понятия легитимности. Но если понятие «нелегитимность» выражает определенное отношение к легально существующей и легитимной власти, то понятие «делегитимность» выражает определенное отношение к ранее существовавшей легальной, и самое главное легитимной власти. Таким образом, оба понятия характеризуют в основном негативное отношение к власти, но только в разные временные периоды. Одно в настоящее время, другое — в прошедшее. Кроме указанных различий, есть еще одно, также немаловажное. Нелегальная власть может существовать наряду с легальной и легитимной, действуя, так сказать, за рамками существующих законов, установленных легальной и легитимной властью, а делегитимная власть существует как следствие разрушения или нарушения правил, законов, обеспечивающих легитимность самой власти. Следовательно, делегитимность есть качественное состояние власти, возникающее вследствие нарушения или разрушения установленных в обществе правил власти.

Приобретение и использование власти в соответствии с легально установленными правилами не является прочной и стабильной основой для того, чтобы власть могла считаться легитимной. Сами эти правила нуждаются в оправдании и в законном закреплении. Это выводит нас на второй нормативный уровень легитимности.

Власть становится легитимной тогда, когда легальные правила власти имеют оправдание в терминах веры или убеждения, которые разделяют и управляющие, и управляемые. Разумеется, речь не идет о понятии «веры» в религиозном смысле. Здесь уместно употреблять это понятие как синоним убежденности граждан в законности и оправданности существующих легальных правил власти. Вера в законность власти способствует формированию установки на позитивное отношение к ней, на согласие и сотрудничество. В этом случае у граждан возникает моральное оправдание своим собственным действиям, так или иначе связанным с взаимоотношением с властью (государством). Здесь пересекаются мораль и право, и второе получает дополнительную поддержку от первого, усиливаясь тем самым. Власть, основанная на вере подвластных в ее законность, становится для них определенным авторитетом, как моральным, так и политическим. Тем самым в ней снимается ее природное насилие. Подвластные добровольно соглашаются на особые властные отношения. «Авторитет есть власть, которая проистекает из веры в ее легитимность и, следовательно, не проистекает из насилия». В идеале граждане могут иметь веру и убеждения в том, что эти правила являются единственно справедливыми и честными, что они способны привести к общезначимому позитивному результату. Общая вера в легитимность власти укрепляет единство общества, способствует росту национальной и политической идентичности, усиливает позитивное эмоциональное отношение к власти, воспитывает чувства «сопереживания», что в итоге умножает политическую волю и мощь государственной власти.

Убеждения в легитимности власти могут иметь различные социальные основания. Они могут основываться на определенных религиях и иметь ненаучное обоснование, они могут апеллировать к природе или к так называемому естественному праву, наконец, они могут базироваться на определенных научных теориях. Но во всех этих случаях общим будет то, что, независимо от природы происхождения убеждений они служат оправданию существующих или существовавших правил установления и использования власти и разделяются в той или иной мере как управляющими, так и управляемыми. Эти убеждения разделяет каждый гражданин независимо от той позиции, которую он занимает по отношению к власти. Они касаются его индивидуального представления о справедливости и законности власти. Существование убежденности в оправданности существующих легальных правил власти является важным доказательством наличия совпадения индивидуального и социального понимания справедливости и законности. Согласование индивидуального и социального понимания справедливости и законности способствует моральному оправданию политической власти и приводит на индивидуальном уровне к моральной ответственности за действия самой власти.

Вера в справедливость и законность политической власти является ее важным стратегическим ресурсом, она поднимает уровень ее легитимности, и власть получает право на принуждение своих подвластных, которые в случае непризнания за ней определенной легитимности сохраняли бы за собой возможность противодействовать ей своими действиями, не признавая в качестве законных ее требования и приказы. Но в данном случае подданные становятся обязанными подчиняться власти не только в силу ее могущества, но и авторитета, который они признают, веря в ее легитимный характер. Но, признавая за политической властью наличие легитимности, подданные тем самым дают ей моральное оправдание и моральную поддержку, на которую сама политическая власть может рассчитывать до тех пор, пока сохраняет за собой легитимный характер. Следовательно, если граждане верят в законность существующей власти, то это значит, что они согласны на ее существование, что они будут признавать ее требования к себе как законные и легитимные и значит будут иметь моральные обязательства перед ней подчиняться ее приказам и законам. Политическая власть будет иметь и имеет тем шире социальную базу и может рассчитывать на поддержку со стороны граждан, чем большее количество граждан убеждены и верят в ее легитимный и законный характер.

Расширение социальной базы поддержки политической власти на практике означает, что она оказывается способной удовлетворить определенные интересы различных социальных групп в обществе, или, иначе говоря, что различные социальные группы, обладающие специфическими групповыми интересами, ценностями и позициями принципиально относятся к ней как к единственно законной и способной создать условия для реализации их специфических групповых интересов.

Способность политической власти удовлетворять интересам различных социальных групп и объединить их в общий интерес, создать у них убеждение в своей справедливости является важным качеством самой власти, которое усиливает стабильность политической системы и повышает горизонтальный и вертикальный уровни ее легитимности. Наличие у политической власти такой способности имеет большое значение в условиях современного общества, когда усилилась его социальная гетерогенность. Особенно она важна в условиях кризисного развития общества, когда возрастает социальная напряженность и увеличиваются предпосылки к развитию политических и социальных конфликтов. В этих условиях только власть, обладающая легитимным характером, способна сплотить различные социальные группы во имя достижения национального согласия и социального консенсуса.

Таким образом, вера в легитимность власти, в законность ее правил, разделяемая как управляющими, так и управляемыми, служит общественно объединяющим фактором. Она способствует консолидации общества и свидетельствует -о наличии в нем минимального консенсуса относительно общего интереса и целей общественного развития. Разумеется, наличие такой веры не приводит к полному тождеству интересов, ценностей, позиций управляемых и управляющих. Между ними сохраняются различия в виде возможностей и условий, которыми наделяет их власть. Но эти различия воспринимаются прежде всего управляемыми как допустимые, нормальные, законные, морально оправданные и поэтому они не разрушают саму веру в легитимность. Субъективно вера в легитимность может иметь различные психологические формы проявления. Она может быть выражена в виде чувства долга, обязанности, преданности или привязанности по отношению к политической системе в целом или ее отдельному объекту, в виде убеждений или ценностных ориентаций. Но вера в легитимность не сводится только к положительному спектру эмоций, чувств, убеждений. Она включает в себя и негативный спектр, который находит свое проявление в чувствах антипатии, отчуждения, недоверия к власти, в негативных оценках результатов ее деятельности и т. д. Поэтому вера в легитимность не есть некая постоянная константа, которая устанавливается раз и навсегда. Она есть результат взаимодействия различных факторов, который может меняться в зависимости от экономических, политических, социокультурных составляющих. Поэтому веру в легитимность достаточно сложно измерить эмпирическим путем. Чаще всего о ней приходится судить по косвенным признакам, среди которых наиболее точными и адекватными принято считать действия граждан. Здесь мы непосредственно переходим на третий нормативный уровень легитимности.

Он включает в себя прежде всего публичное выражение согласия подвластных на определенные отношения власти, в которые они включаются благодаря своим действиям, служащим доказательством этого согласия. Иначе говоря, этот уровень легитимности предполагает участие граждан в политике, определение их отношения к власти и политической системе в целом. Именно на этом уровне субъективные оценки и установки граждан переходят в объективные действия, по которым и можно собственно судить о степени поддержки гражданами политической власти, или же, в негативном аспекте, о степени их отчуждения от нее.

Согласие подвластных на определенные властные отношения может быть выражено в виде различных действий. Они могут иметь форму общественного договора между управляемыми и управляющими. Это может быть участие в выборах или в референдумах, участие в демонстрациях в поддержку правительства и т. д. Независимо от того, в каком виде будет выражена эта поддержка, она будет служить укреплением доказательства легитимности власти. При этом не будут иметь большого значения ни те методы, при помощи которых власть добилась поддержки граждан, ни те мотивы, которыми будут руководствоваться подвластные, оказывая поддержку, принимая, например, участие в выборах или референдумах. Здесь важны сами действия, выражающие поддержку власти и согласие на продолжение ее функционирования. Сами эти действия вводят дополнительный моральный компонент в отношения между управляемыми и управляющими, между властью и подвластными. Этот компонент проявляется в доверии и поддержке, ока зываемой власти. Граждане, поддерживая политическую власть, практически доверяют ей свое будущее, свое право на счастье и благополучие. Выражая согласие относительно проводимой властью политики, граждане тем самым соглашаются с ней относительно осуществляемых ею представлений о справедливости, законности, о свободе и т. д. Но и сама власть, мобилизуя граждан на участие в выборах, на публичные действия, способные засвидетельствовать ее законность, берет на себя определенные экономические, моральные и политические обязательства по отношению к подвластным, давая им определенные гарантии и обязательства. Политические выборы с этой точки зрения являются своеобразным договором между властью и частью общества, оказавшего ей поддержку. Этот договор имеет определенное содержание и определенные сроки действия. Его содержание составляют те обязательства, которые берет на себя власть в период проведения выборов, а срок его действия определяется временем, на которое она избирается и/или назначается.

Определение легитимности власти на этом третьем уровне возможно как на основании определения той части граждан, которая поддерживает существующую политическую власть, так и на основе выявления той части подвластных, которая по различным причинам ее не поддерживает. При этом открываются возможности дифференцировать позиции, которые они занимают в зависимости от отношения к политической системе. В качестве этих позиций в политической науке выделяют следующие группы: не участвующие в совместных действиях, направленных на поддержку власти, пассивно противостоящие власти, открыто противостоящие власти (оппозиция власти).

Выделение нормативных структур принципиально важно с точки зрения исследования реальных процессов становления легитимности политической власти, особенно в переходный период от авторитаризма к демократии, когда общество в начале периода лишает власть своей поддержки, а затем в соответствии с новыми ценностями создает новые структуры власти и механизмы ее легитимации.

В этом плане нормативная структура легитимности играет роль своеобразного алгоритма легитимации политической власти, который систематически производится и воспроизводится обществом в периоды политического кризиса. Если обобщить основные теоретические подходы к проблеме, суммировать разнообразные концепции и точки зрения, накопленные в современной науке, то можно попытаться вывести обобщенную модель (алгоритм) процесса легитимации политической власти.

Исходной точкой процесса является системный кризис легитимности, который находит свое проявление прежде всего в разрушении нормативной структуры легитимации власти. Это может находить свое выражение: во-первых, в разрушении ценностного консенсуса относительно правил легитимации на уровне управляющих (элиты общества); во-вторых, в развитии аналогичного процесса на уровне управляемых (неэлиты общества); в-третьих, в нарушении согласия между управляемыми и управляющими. Нарушение согласия на уровне управляемых и управляющих есть по сути кризис горизонтальной легитимности, а разрушения национального консенсуса относительно правил легитимации власти между управляемыми и управляющими есть кризис вертикальной легитимности власти.

Воспроизводство легитимности власти предполагает восстановление ее структур и элементов. Иными словами, оно требует, во-первых, достижения ценностного консенсуса относительно правил легитимации власти на уровне элиты общества (управляющих); во-вторых, достижения аналогичного минимального консенсуса на уровне управляемых; в-третьих, обеспечения национального консенсуса между управляемыми и управляющими относительно новых правил легитимации политической власти. В результате достижения минимального национального консенсуса фактически восстанавливаются горизонтальная и вертикальная составляющие легитимности и создаются условия для роста веры в справедливость установленных правил и доверия к институтам власти, созданных в соответствии с принятыми правилами и сформулированными на их основе законами. Из сформулированного следует, что в процессе легитимации власти осо бую роль играет элита общества, как наиболее подготовленная в интеллектуальном и моральном плане часть общества. От ее умения освоить алгоритм легитимации власти зависит не только ее собственная судьба, но и общества в целом. Наличие подготовленной элиты всегда является необходимым условием успешного осуществления процессов производства и воспроизводства легитимности.

Понятно, что новые правила, определяющие легитимность власти, не могут быть сразу приняты в качестве оптимальных и наилучших. Какой-то период времени они естественно в общественном сознании будут сравниваться с предшествующими. Как свидетельствует политическая практика, укрепление веры или, наоборот, недоверия к ним будет во многом зависеть от эффективности самой власти, от ее способности в кратчайшие сроки решить общественные проблемы и прежде всего те из них, которые вызвали политический кризис и идентифицируются общественным сознанием с предшествующей стадией развития общества.

В этом плане процесс легитимации власти нельзя сводить только к формально-юридическим процедурам. Последние, безусловно, создают важную нормативную базу процессу легитимации, но они, как правило, являются следствием минимального социального и политического консенсуса, предшествующего признанию в качестве законных формально-юридических процедур легитимации власти. Поэтому соблюдение юридических процедур процесса легитимации практически означает сохранение условий консенсуса и признания всеми участниками соглашения результатов самого процесса вне зависимости от их соответствия частным интересам отдельных групп или лиц. Поэтому в современном обществе достаточно высоки требования по соблюдению процедур легитимации власти вне зависимости от типа политической системы или политического режима. Нарушения формально-юридических процедур ставят под сомнение жизнеспособность ранее достигнутого консенсуса и искажают, по сути, ценностные ожидания граждан, что способно только вызвать либо снижение уровня доверия к власти, либо новый кризис легитимности, который возвращает отношения между властью и гражданами в прежнее долегитимное состояние. Завершая теоретический анализ проблемы политической власти и легитимности, следует отметить, что в современной политической науке сложились определенные традиции изучения этих проблем, опираясь на которые можно эффективно анализировать современные национальные и региональные политические процессы, проводить компаративные исследования.

ЛИТЕРАТУРА 1.

Ачкасов В. А., Елисеев С. М., Ланцов С. А. Легитимация власти в

постсоциалистическом российском обществе. М., 1996. 2.

Болл Т. Власть // Политические исследования. 1993. № 5. 3.

Власть: очерки современной политической философии Запада / Отв.

ред. М. В. Мшвениерадзе. М., 1989. 4.

Власть и демократия: Зарубежные ученые о политической науке /

Под. ред. П. А. Цыганкова. М., 1992. 5.

Дегтярев А. А. Политическая власть как регулятивный механизм

социального общения // Политические исследования 1996. № 3. 6.

Доган М. Легитимность режимов и кризис доверия // Социологи

ческие исследования. 1994. № 6. 7.

Легитимность и легитимация власти в России- Сб. статей // Отв.

ред. С. М. Елисеев, С. А. Ланцов. СПб., 1995. 8.

Тоффлер О. Проблемы власти на пороге XXI века // Свободная

мысль. 1992. № 2. 9.

Философия власти / Под ред. В. В. Ильина. М., 1993. 10.

Шабо Ж.-Л. Государственная власть: конституционные пределы и

порядок осуществления // Политические исследования. 1993. № 3.

<< | >>
Источник: В. А. АЧКАСОВ и др.. Политология (проблемы теории). — СПб.: Издательство «Лань». — 384 с. (Мир культуры, истории и философии).. 2000

Еще по теме Нормативная структура легитимности политической власти:

- Внешняя политика - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология -