загрузка...

Слова-жупелы. Слова-фетиши


Таких слов сравнительно немного, но их воздействующая сила очень велика. Их образопорождающие и оценочные свойства в политическом дискурсе в наибольшей степени обусловлены их местом в ассоциативно-вербальной сети, а также теми историко- культурными коннотациями, которыми они окружены. Жупел — «нечто внушающее страх, отвращение; пугало»[232], — объясняет «Большой толковый словарь русского языка». И далее: «первоначально — горящая сера или смола, уготованная в аду грешникам». А «Краткий справочный церковнославянский словарь» отмечает еще некоторые оттенки значения этого слова: «Жупел — горючая сера; горящая смола, жар и смрад»[233].
Применительно к языку словами-жупелами мы будем называть слова, которые называют нечто пугающее, внушают страх. Это такие слова, как: режим («Ну, допустим, режим решит прижать всех к ногтю. Встретит ли это сопротивление? — Моск. нов., 01.12-07.12.2006. № 46); тоталитаризм («тоталитарным системам свойственно поддерживать художника» — Моск. нов., 12.02.08); тюрьмы, застенки («Их удерживают в застенках» — Радио «Свобода», 30.05.06); репрессии, репрессивный («Избыток репрессивных мер» — загол., 07.12.05); принудительный («В поликлиниках Петербурга начали принудительно прививать пациентов от гриппа» — подзагол., Нов. газ., ; чекистский, новочекистский (чекистский клан, новочекистский клан, чекистский крюк); диктатура («В минувшее воскресенье в гостинице “Космос” состоялся гражданский конгресс «Россия — за демократию, против диктатуры» — Нов. изв., 14.12.04); оккупация, карательный («У налоговиков появился новый карательный механизм» — Нов. изв., 31.03.05); «свертывание демократических свобод» (Эхо Москвы, 22.12.06); цензура («У нас все вопросы хотят решать с помощью цензуры» — Нов. изв., 06.11.07). Как видно, все это слова, входящие в семантическое поле
«насилие». Единичный случай: слово-жупел из другой тематической группы — хаос: «Я считаю, что если все будет так же, как сейчас, то есть Путин продолжит свой путь, то через четыре года страну ждет хаос» (из выступления М. Касьянова в Воронеже — Радио «Свобода», Новости,
30.11.06).
Очевидно, что слова этой группы обозначают те явления, факты действительности, которые находятся в ведении власти, которые связаны с ней. Поэтому оценочность, которую они создают, имеет двояконаправленный характер. Но оба вектора при этом — негативные. А именно: оценочность и весь круг негативных ассоциаций направлены на:
а)              то, что обозначено словом-жупелом; б) власть, т. к. она связывается в тексте с обозначенным денотатом. Власть и денотат, обозначенный словом-жупелом, введены в метонимические отношения, которые представлены как не просто каузальные, но и обязательные.
Обратим внимание на воздействующий результат: осуществляется психологическая агрессия, происходит запугивание адресата. Слова-жупелы — это сигналы, которые вызывают страх. «Страх, — писал Аристотель, — некоторого рода неприятное ощущение или смущение, возникающее из представления о предстоящем зле, которое может погубить нас или причинить нам неприятности...»[234]. В современных исследованиях по социальной психологии отмечается, что запугивание — это «использование страха как инструмента убеждения с целью изменить установки или поведение других людей»[235]. Страх, тревога парализуют сознание, и реципиент начинает автоматически, без анализа воспринимать полученную информацию, разделяет мнение, высказанное журналистом. Фетиш — «то, что является предметом слепого поклонения»[236]. В языковом плане словами-фетишами мы
будем называть слова, которые вызывают в людях безусловное доверие. Доверие — результат длительного функционирования слова в данном культурном сообществе в качестве обозначения какого-то высокого, идеального или идеализированного понятия. Например, слово свобода. Оно входит в круг основных концептов русского сознания и связано со многими героическими страницами русской истории. Фетишем слово становится тогда, когда оно оказывается оторванным от ситуации, им обозначенной, и утрачивает связь с реальным денотатом. От слова остается его внешняя — звуковая — оболочка и представление (сигнификат). Так слова входят в круг средств политической демагогии. Е. И. Шейгал называет это «фантомностью» политического дискурса[237].
В качестве таких слов-фетишей, претендующих на безусловное доверие аудитории, в российских масс-медиа нередко употребляются слова: свобода, свободный (радиостанция «Свобода», «Время свободы» — назв.
информационного выпуска на радио «Собода», партия «Свободная Россия»); митинг в защиту Лебедева и Ходорковского проходит под лозунгом: «Свободу политзаключенным! Свободу России!» (19 мая 2004 года); гражданское общество («Проснуться в гражданском обществе» — загол., Нов. изв., 14.12.04); марш, фронт — эти слова из арсенала военной метафорики, которая в 1940—50-е гг. имела позитивно оценочное, даже высокое звучание; сейчас: «Марш несогласных», «Объединенный гражданский фронт» (второе — название оппозиционной газеты, выходившей в 2005 и далее годах; в ней же, на 2-й полосе — шапка и рубрика: «Линия фронта» и «На переднем крае»). Фетишизированными стали в политическом дискурсе слова несогласный (с чем? — непонятно); альтернативный, другой («Альтернативный парламент — “Национальная ассамблея”... соберется 17-18 мая», — сообщила пресс-служба коалиции «Другая Россия» — Вр. новостей, 28.03.08); правозащитник, правозащитный («Суд признал, что Первый канал оклеветал правозащитников» — Нов. изв., 25.12.06); люди выходят на улицу; митинг, митингующие («115 млрд, потраченных на успокоение ми
тингующих, — это доходы от пенсионной реформы» — Нов. газ., 03.02-06.02.2005); оппозиция, оппозиционер («После встречи Григория Явлинского с Владимиром Путиным на повестке дня остро встал вопрос о том, должна ли оппозиция сотрудничать с властями и в какой форме это может происходить» — Нов. изв., 01.04.08); независимость, независимый: независимая пресса, независимое телевидение, независимые выборы («Нам нужны свободные выборы, независимые выборы!» — Эхо Москвы, 27.07.09; «Я все-таки за то, чтобы у нас все-таки когда-нибудь появилось гражданское общество. Чтобы был независимый суд, независимая исполнительная власть, законодательная» — Нов. газ., № 67, 26.06.2009). См. также «наш» в названии партии И. Хакамады «Наш выбор» (01.05.05). — Наш в российской ментальности и в политическом дискурсе — вербальный знак интеграции, и такое название подразумевает, что адресат уже включен в ситуацию и разделяет с членами парии сделанный ими выбор.
Реакции, которые стимулирует у реципиента фетишизированная лексика: а) также двояконаправленные; 6) одинаковые по оценочности — положительной. Но при этом: в) один из векторов оценки направлен на автора речи. В результате: а) оценочный ореол слова-фетиша — положительный; оно вызывает доверие (сигнал доверия); б) такое же доверие вызывает и автор речи. Он метонимической связью соединяет себя с тем, что обозначено фетишизированным словом и якобы «причастен» к этому явлению и его оценочности.
В континууме «власть» и слова-жупелы, и слова-фетиши образуют фон, на котором воспринимаются действия власти, определяют угол зрения на нее. * *
В зависимости от эксплицитности/имплицитности присутствия автора в формировании представлений, имиджевые конструкты делятся на: 1) те, которые в словарном значении являются безоценочными, но в контексте становятся образопорождающими и имплицитно оценочными (пп. I, И, III, IV, V, X, XI, XII); 2) те, в которых представлено авторское оценочное суждение: в значении или созначении слова
содержится сема позитива/негатива (пп. VI, VII, VIII, IX, XIII).
Кроме того, следует отметить группу слов, оценочно и эмоционально не маркированных, которые имеют номинативный или констатирующий характер и являются минимально необходимой топикой для изображения власти (в СМИ советского периода эти слова как раз и представляли основной массив вербальных средств, с помощью которых изображалась власть и ее действия). Эти слова делятся на подгруппы в зависимости от ситуации, о которой сообщается (выступления, визиты и пр.).
Вот примеры подобных единиц из корреспонденции о выступлении президента РФ В. В. Путина на заседании коллегии МВД (Время новостей, 07.02.08): «Мероприятие это ... посетил и президент Путин», «Он поблагодарил ... за проделанную работу, но потребовал “увеличить раскрываемость преступлений...”»; «Президент также обозначил основные приоритеты»; «Среди таковых была названа борьба с терроризмом...»; «Особое внимание Владимир Путин также уделил ситуации с....»; «Владимир Путин также рассказал о...»; «Выступая перед сотрудниками МВД, Владимир Путин начал с того, что выразил им благодарность за...» и т. д. 
<< | >>
Источник: Г. Я. Солганик. Язык СМИ и политика. — М. Издательство Московского университета; Факультет журналистики МГУ имени М. В. Ломоносова. — 952 с.. 2012

Еще по теме Слова-жупелы. Слова-фетиши:

  1. Оценочные слова (в основном здесь представлена семантика частной оценки). Слова-ярлыки
  2. Магия слова
  3. Отрицательные слова
  4. Фоносемантика слова (именования)
  5. Слова благодарности
  6. Слова с эмоциональными коннотациями
  7. ПОСЛЕДНЕГО СЛОВА ПОДСУДИМОГО ПСИХОЛОГИЯ.
  8. Происхо ждение слова «финан сы»
  9. ВЕС СЛОВА В ДИПЛОМАТИИ
  10. Б23. Дарить слова
  11. Слова благодарности