Образование Древнерусского государства

В отечественной науке историю Древнерусского государства принято начинать с 882 г. В этот год, как свидетельствуют летописи, князь Олег, правивший тогда в Новгороде, собрав дружину, предпринял поход на юг и захватил Киев.
В результате объединения двух важнейших центров восточнославянских земель образовалось первое русское государство, которое в исторической науке носило наименование Киевская Русь. О том, какие события предшествовали описанному сюжету, рассказывает начальная летопись «Повесть временных лет»: В год 6367 (859). Варяги из-за моря взимали дань с чуди, и со славен, и с мери, и со всех кривичей. А хазары брали с полян, и с северян, и с вятичей по серебряной монете и по белке с дыма... В год 6.370 (862) изгнали варяг заморе, и не дали им дани, и начат сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом. И сказали себе: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И пошли заморе к варягам, круси. Те варяги называлисьрусью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готы - вот так и эти прозывались. Сказали руси чудь, славяне, кривичи и весь: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». И избрались трое братьев со своими родами, и взяли с собой всю русь, и пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде, а другой, Синеус, - на Белоозере, а третий, Трувор, - в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля. Приведенный сюжет стал основой концепции возникновения государства у восточных славян, названной норманнской теорией (хотя собственно теории в ее завершенном виде никогда не существовало). Ее начало восходит к трудам немецких ученых Готлиба Зигфрида Байера (1694-1738), Герарда Фридриха Миллера (1705- 1783) и некоторых других, приглашенных Петром I для работы в Императорской Петербургской Академии наук. Опираясь на летопись, эти историки выдвинули гипотезу, согласно которой восточные славяне до IX в. не смогли самостоятельно создать государство и оно было привнесено им скандинавами. С самого своего рожде- ння норманнская теория приобрела яростных противников (в частности, в лице Михаила Васильевича Ломоносова), а споры вокруг нее _ явную политическую окраску. Дискуссии не прекратились и спустя две сотни лет. Между тем сегодня большинство исследователей считает норманнскую теорию несостоятельной в самих своих основах, и для этого есть серьезные аргументы. Как известно, государство не может возникнуть на пустом месте: нельзя, соедав внешний аппарат управления местным населением, счи- игь его сложившимся государством, игнорируя социальную структуру управляемого общества. Для государства должны созреть соответствующие институты самого социума - экономические, социальные, политические. Становление государства-длительный, многоэтапный внутренний процесс. У восточных славян признаки вызревания раннеклассовых структур фиксируются вполне определенно не позднее начала VIII столетия, и о них уже шла речь выше. Таким образом, уже задолго до призвания варягов в Новгородскую землю восточнославянское общество было подготовлено к появлению государства. Какова же тогда роль норманнов в политогенезе восточных славян, в образовании Русского государства? Для ответа на этот вопрос необходимо обратиться к проблеме самих терминов «варяги» и «русь». В письменных источниках названия русь (русы) и варяги употребляется довольно часто. В трудах арабских и византийских авторов русь четко отделяется от славян и даже противопоставляется им. Русские летописи дают противоречивые данные о соотношении этих терминов. С одной стороны, русь по-разному соотносится с варягами («...идоша заморе к варягам, круси...»), с другой стороны, используются как обозначение одной и той же этнической группы («...и бешау него варязи и словени и прочи прозвашасярусью...ъ, «....асловеньский язык ирускый одно есть...»). За десятилетия изучения терминов русь и варяги было сформулировано множество гипотез, возводящих их происхождение к славянским, древнерусским, готским, шведским, иранским и иным истокам. Однако поиск этнонимов с такими корнями положительных результатов так и не дал. Решение проблемы происхождения терми нов русъ (русы) и варяги приобрело иное направление, когда поиск их истоков был перенесен из области этнонимов в сферу наименований определенной социальной группы. Игорь Николаевич Данилевский и некоторые другие исследователи отметили любопытный факт: финно-угорские народы использовали слова с корнем -русъ- для обозначения местной знати и племен, которым они платили дань. Кроме того, интересна этимология самого слова. Вероятнее всего, оно происходит от североевропейского (исландского) корня -rops-, означающего команду гребцов, участников похода на гребиом судне. Таким образом, термин русъ (русы) в ранних древнерусских летописях обозначает отряд воинов, князя и его ближайшее окружение, прежде всего дружину. Причем речь идет о постоянной княжеской дружине и местной дружинной знати. К примеру, в «Русской Правде» (XI в.) «русин» - это «гридин, любо купчина, любо ябетник, любо мечник», т. е. представитель княжеской администрации или войска, член правящего сословия. Со временем термин, обозначавший сначала только господствующий слой, был перенесен и на государство, и на этнос. Со второй половины X в. русами восточные авторы последовательно именуют население древнерусского государства, а славянами — весь раннесредневековый славянский мир. В «Повести временных лет» термин Русь уже в X в. употребляется для обозначения государства, а в XI-XII вв. в славянских и иных источниках в двояком смысле - в этическом и принадлежности к государству. Наемников же, призываемых князем для усиления своей дружины или участия в дальних походах, летописцы именуют варягами.
И здесь становится понятно, почему среди них в разных летописных отрывках оказываются то славяне, то представители балтских или финно-угорских племен. Однако в большинстве случаев варяги все же прочно связываются со скандинавами-норманнами. Однако и это вполне объяснимо. Как известно, период с VIII по XI в. в истории Европы именуется эпохой викингов. Тогда норманнские дружины на своих кораблях - драккарах - наводили ужас на обитателей европейских побережий. От набегов викинги нередко переходили к освоению и завоеванию отдельных областей (например, Нормандия во Франции), образовывали свои королевства или занимали главенствующие позиции при дворах европейских монархов. Короли охотно пользова лись услугами викингов как профессиональных воинов, поручая им разного рода «силовые» операции. Не были здесь исключением и русские князья. Более того, первые правители древнерусской державы вероятнее всего по своему происхождению тоже были скандинавами. Об этом свидетельствует целый ряд фактов, в том числе и этимология имен первых древнерусских князей (Рюрик, Олег, Игорь, Ольга). Возвращаясь к «норманнскому вопросу» и исходя из приведенных фактов, можно сделать следующие выводы. Восточнославянская государственность вызревала на протяжении второй половины I тысячелетия постепенно, проходя этап за этапом. В начале IX в. славянские племена подошли к порогу возникновения единой раннеклассовой державы, однако «переступить» этот порог им помогли выходцы из Северной Европы, придавшие социально-политиче-скому «содержанию» «форму» Древнерусского государства путем объединения ряда восточнославянских земель с центром в Киеве. Таким образом, норманны ускорили процесс политогенеза восточных славян, послужив своего рода его катализатором, «собирателями» славянских земель. Возглавив Киевскую Русь, викинги относительно быстро ославяни- лись, о чем свидетельствует славянское имя русского князя третьего поколения Рюриковичей (Святослав). Однако еще какое-то время после этого норманны сопутствовали русским князьям, помогая им не только во внешне-, но и во внутриполитической деятельности (ср., воевода князей Игоря, Святослава и Ярополка Свенельд). В свете рассмотрения становления Древнерусского государства представляется актуальным затронуть и еще одну важную проблему —- существовала ли когда-либо единая древнерусская народность, составлявшая основу населения Киевской Руси? Эта проблема в настоящее время является предметом острых дискусс ий. Дело в том, что критериями единой народности выступает целый комплекс признаков, а именно единство языка и территории, общность материальной культуры. этническое самосознание. Последнее предполагает осознание представителями самого этноса своего единства и отличия от других “Ч’одов по принципу «свой - чужой». К сожалению, далеко не все из этих характеристик возможно проследить сейчас применительно ко времени Киевской Руси. В связи с этим одни исследователи (Валентин Васильевич Седов, Петр Петрович Толочко и др.), полагают, что в пользу реального существования древнерусской народности свидетельствуют прежде всего археологические данные. Согласно им, на всей территории Древней Руси бытовали одни и те же типы посуды, костюма, орудий труда, вооружения. Единой были традиции гражданской и военной архитектуры, городского и сельского строительства, хозяйственно-экономический уклад, погребальная обрядность. Все это предполагает наличие и общего разговорного языка, и этнического самосознания. В.В. Седов и его единомышленники признают наличие отдельных региональных диалектов (новгородского, смоленско-полоцкого и др.), этнографические отличия в женском уборе и украшениях, локальные особенности погребального обряда, но считают их в данной ситуации несущественными. Сторонники другой концепции, к которым можно причислить Петра Николаевича Третьякова, Бориса Александровича Рыбакова и других, опираются, главным образом, на письменную традицию и лингвистические данные, вместе с тем привлекая и археологию. По их мнению, в летописях и ряде литературных произведений (например, в «Слове о полку Игореве») наименование Русская земля обозначает не все Древнерусское государство, а только его политическую доминанту - территорию Киевского княжества и ближайших к нему областей. Население остальных земель, находившихся в политической зависимости от Киева и управляемых князьями из рода Рюриковичей, тем не менее не осознавало своего этнического единства, тяготело к своим прежним племенным центрам, сохраняло свою диалектную и этнографическую самобытность. В условиях господства натурального хозяйства экономические рычаги объединения также отсутствовали. К тому же ни в одной летописи не встречается понятия о едином русском народе, а отдельные племенные объединения под своими этнонимами фигурируют там вплоть до XII в., древляне - до 1136 г., дреговичи - до 1149 г. кривичи - до 1162 г., радимичи - до 1169 г., и т. д. Таким образом, древнерусская народность представляет собой не историческую реальность, а искусственный конструкт, созданный историками. Представляется, что истина, как всегда, находится где-то посередине. Сложение единой народности - это сложный и многоэтапный процесс, который, естественно, начался в Киевском государстве. Для этого имелись вполне определенные условия, в частности политическое объединение, господство единой православной идеологии, развитие транзитной торговли, строительство городов и распространение городской культуры. Как далеко зашел этот процесс, однозначно сказать сейчас трудно, но так или иначе он был прерван в XIII в. монголотатарским нашествием и расширением Великого княжества Литовскою. В итоге сложение единой древнерусской народности осталось лишь исторической потенцией, возможностью, не реализованной по причине внешнего фактора. 1.
<< | >>
Источник: Акимов Д. В.. Политическая история России с древнейших времен до начала XVI века. 2008

Еще по теме Образование Древнерусского государства:

- Внешняя политика - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология -