ЛИБЕРАЛИЗМ Ральф Дарендорф Liberalism Ralf Dahrendorf

Либерализм — это теория и практика реформ, вдохновлявшая мир в течение двух столетий. Либерализм вырос из английских революций XVII в., распространился по многим странам на заре американской и французской революций XVIII в.
и доминировал большую часть XIX в. Правда, в XIX в. он претерпел серьезные изменения. Некоторые считают, что он умер или уступил дорогу социализму или, во всяком случае, позволил социалистическим идеям себя извратить. Другие считают социальные преобразования второй половины XIX и XX вв. торжеством нового либерализма. Ближе к нашим дням интерес к исходным идеям либерализма возобновился. Таким образом, следует различать классический либерализм, социальный либерализм и неолиберализм. Классический либерализм представляет собой простую, но яркую философию. Ее центральная идея — это свобода в рамках закона. Необходимо разрешить людям преследовать собственные интересы и цели, ограничив их свободу лишь правилами, не позволяющими ущемлять свободу других. Ранние либералы до и после Джона Локка любили ссылаться на метафору общественного договора: общество возникает из некоего соглашения между его членами, призванного защитить каждого от эгоистических устремлений остальных. «Несоциальная социальность» человека (по Канту) требует введения правил, которые бы всех связывали, оставляя при этом максимально допустимый простор для конкуренции и конфликта. В действительности ранние либералы не собирались, конечно, строить общество на пустом месте. Они хотели лишь заставить диктаторов, наделенных абсолютной властью, уступить требованиям свободы. Идея о диктате закона, о котором мечтали либералы, была поистине революционной силой, возвестившей о наступлении просвещенной эпохи в современной истории. Понятие главенства закона не является однозначным. Во-первых, оно во многом формально. На ум приходит сравнение законов с правилами игры, которым должны подчиняться все игроки и которые регулируют социальные, экономические и политические процессы в обществе. По идее, эти правила не должны предопределять исход самой игры. Впрочем, выполнение даже таких формальных требований, как равенство всех перед законом и судом, предполагало осуществление фундаментальных перемен в обществе, позволяющих называть либе 475 рализм движением реформ, однако на протяжении всей истории либерализма оставался нерешенным вопрос об основных неотъемлемых правах человека, т.е. о том, как должны соотноситься права человека и закон. Неприкосновенность личности и свобода выражения всегда признавались либеральными идеалами наряду с конституционными правилами, но обосновать необходимость столь существенных прав либералам удавалось не часто. Нет сомнений, что между либеральной мыслью и концепцией естественных прав человека всегда существовала некоторая напряженность. Начало классическому либерализму было положено в Англии и Шотландии. Джон Локк, Давид Юм и Адам Смит — вот лишь три имени из многих, о которых можно было бы упомянуть. С британских островов идеи либерализма перенеслись в Соединенные Штаты и страны континентальной Европы. У либералов-англичан их частично позаимствовали Монтескье и Кант. Принятие Декларации независимости и Конституции США, а также Декларации прав человека спустя три года после Великой французской революции — это лишь два примера практической реализации идей либералов. Если угодно, можно, следуя Фридриху фон Хайеку, различать британский «эволюционный» либерализм и континентальный «конструктивистский». Однако в начале XIX в. оба этих течения стали основными в реформаторском движении и определили развитие Европы и Северной Америки начиная с 80-х годов XVIII в. и вплоть до 40-х или даже 50-х годов XIX в. Либерализм оказал влияние на экономическую, социальную и политическую мысль. Его приложение к экономике наиболее очевидно и наиболее известно. Если необходимо установить только правила игры, а во всем остальном частные интересы могут проявлять себя как угодно, это и есть все необходимое для рынка. Это именно та среда, в которой равное право доступа и участия в сочетании с различными и конкурирующими интересами ведут через действие «невидимой руки» (Адам Смит) к максимальному благополучию для всех. Либерализм и рыночный капитализм неразделимы, как бы ни старались более поздние европейские теоретики (особенно в Германии и Италии) их разъединить. В социальной области либерализм привел к появлению понятия «общественность» (public) или публичного форума, где сходятся различные точки зрения и возникает «общественное мнение». В Европе предпочитают выражаться более категорично — здесь говорят об эмансипации общества от государства. Во всяком случае, основная идея состоит в переходе от всеохватывающей системы подчинения традиционным властным структурам к такой, где государственная власть ограничена некоторыми задачами регулирования и, таким образом, должна даровать и защищать свободу индивидуумов выражать свое мнение. Именно в этом классический либерализм способствовал становлению не только рыночного капитализма и общественного участия, но и того, что ныне называется демократией. Впрочем, и это понятие ясным и четким никак не назовешь. Демократию можно понимать как систему правления, основанную на конкуренции взглядов — индиви 476 дуальных или групповых — в борьбе за власть, которая ведется в рамках правил, ограничивающих выбор дозволенных приемов и допускающих возможность перемен. В этом смысле целый ряд конституционных форм демократии отвечает либеральным взглядам, включая разные формы представительной власти и плебисцита. Либерализм — это не анархия, хотя анархия в каком-то смысле есть экстремальная форма либерализма. Закон играет ключевую роль в учении либералов, однако долгое время их основной заботой было освобождение человека от невольничьих цепей, в которые его заковывала конкретная власть государства (и церкви) или абстрактная власть привычки. Не удивительно поэтому, что многие довели эту сторону либерализма до крайности. Если они верили в изначальную добродетельность человека, то выступали за отмену всех общественных ограничений (временами нечто подобное проповедовал Жан-Жак Руссо). Если же они признавали амбивалентность человеческой природы, то не боялись требовать ничем не ограниченного пространства для маневра «единственному и его собственности» (Макс Штирнер). Возможно, именно эта анархическая струя, присущая раннему либерализму, и послужила причиной наступившей в XIX в. реакции. Маркс был первым, кто отметив историческую заслугу идей «буржуазного» равенства перед законом, включая договорную основу экономической деятельности, при этом указал и на ту цену, которую многим приходится платить за «анархичность» возникающего в результате рынка. Рынок — и эта точка зрения завоевывала все больше сторонников — на самом деле не нейтрален, он благоприятствует одним игрокам за счет других. В качестве примеров приводились массовое обнищание, тяжелые условия труда и жизни в промышленных центрах. Причем так считали не только антилибералы — значительная амбивалентность идей Джона Стюарта Милля свидетельствует о том, что он также частично придерживался подобных взглядов. Существуют две разные точки зрения на то, какими путям шло развитие либеральных идей и общественных движений. Одни считают, что во второй половине XIX и первых десятилетиях XX в. либерализм в качестве доминирующей силы был заменен социализмом. Идея ничем не ограниченного рынка стала терять сторонников, начался поиск новых форм регулирования. Сегодняшние авторы добавляют, что за этим последовали «структурные изменения общественности» (Ю. Хабермас) и бюрократизация демократии. Либерализм «умер странной смертью»: он перестал быть движущей силой реформ и превратился в оплот интересов господствующего класса. Другие считают, что и новые реформы произошли благодаря либералам, хотя они и исповедовали несколько иной либерализм. В своем выступлении на чтениях памяти Альфреда Маршалла в 1949 г. Т.Х. Маршалл утверждал, что с определенного момента развитие гражданских прав должно было выйти за рамки правовой и политической сферы и вторгнуться в сферу социальную. Оказалось, что социальные гражданские права являются необходимой предпосылкой для реализации равенства всех перед законом и всеобщего избирательного права. 477 Таким образом, социальное государство или «государство всеобщего благосостояния» есть всего лишь логическое продолжение процесса, начало которому положили революции XVIII столетия. В поддержку данного утверждения можно привести много доводов, особенно если вспомнить, что два человека, которые делали погоду в политической мысли и политике с 1930-х по 1940-е годы — Джон Мей-нард Кейнс и Уильям Беверидж, — сами себя считали либералами.
На самом деле, они развивали идеи, которые предполагали ограничение стихии рынка. Первый из них останется в истории как автор концепции экономической политики как целенаправленных мер, принимаемых государством по регулированию экономики, второй внес большой вклад в создание систем социальных пособий, через которые государство перераспределяет средства между своими членами во имя предполагаемого общего интереса. Другими словами, это были либералы, выступавшие в поддержку мер, которые вели не к ограничению, а к усилению государства. Их либерализм был уже не требованием формального равенства, а содержательным социальным либерализмом. Либеральным партиям было не просто следить за всеми поворотами либеральной теории. До Первой мировой войны, когда социалистические партии переживали период младенчества и еще не могли определять политику ни в одной крупной стране, либералы часто выступали от имени бесправных и неимущих. Так что по крайней мере одно течение либеральной традиции в то время еще продолжало оставаться реформаторским. Однако после Первой мировой войны социалисты и социал-демократы пришли к власти во многих странах. Их победа стала поражением либералов. Либеральные партии сошли с политической сцены или же, сохранив слово «либеральная» в своем названии, до неузнаваемости изменили свою политику, приблизив ее либо к социал-демократии (в Канаде), либо к консерватизму (в Австралии). В самом деле, либерализм как политическое движение стал представлять собой настолько запутанную картину, что это позволило Хайеку утверждать, что о либерализме можно говорить лишь как об интеллектуальной, но уже не как о политической силе. Опыт тоталитаризма прервал этот процесс, не остановив его, правда, окончательно. К удивлению и негодованию многих вопрос об основных правах человека и о правилах игры для гражданского правительства снова встал в 1930-х и 1940-х годах. Это послужило толчком к появлению целого направления литературы, в котором заново раскрывались ценности, лежащие в основе либеральной идеи. Примером произведений такого рода могут служить «Дорога к рабству» Хайека и самая, пожалуй, главная работа — «Открытое общество и его враги» Карла Поппера. Основной заслугой Поппера можно считать то, что он разработал эпистемологию либерализма. Мы живем в мире неопределенности. Поскольку никто не может знать все ответы, не говоря уж о том, чтобы знать, который из них верный, очень важно иметь возможность получать разные варианты ответов и в каждый данный момент времени, и с течением времени в особенности. Политика, как и познание, 478 идет путем проб и ошибок. Этот принцип может быть применен и к экономике, и к обществу в целом. Либеральный отпор тоталитаризму исчез вместе с памятью о самом тоталитаризме*. Хотя в 1950-х годах для развития Германии был придуман термин «социальное рыночное хозяйство», четверть века экономического чуда была на самом деле эпохой торжества социал-демократических идей. Экономический рост почти повсеместно сопровождался усилением роли государства и расширением его социальных функций. Пособия приобрели не меньшую важность, чем достижения. Согласие стало значить больше, чем конкуренция или конфликт. Несмотря на отдельные трудности, это был очень успешный период для стран «первого мира». Однако в 1970-х годах побочные эффекты этого прогресса сами превратились в серьезную проблему. И речь идет не только об очевидных проблемах типа экологических или социальных «пределов роста», но и о проблемах системных, связанных с государственным вмешательством в экономику. Идеи Кейнса и Бевериджа стали ставиться под вопрос. Ни стагфляция 1970-х, ни всплеск безработицы в 1980-х годах уже не поддавались государственному регулированию. Социальное государство вышло из-под контроля, финансировать его становилось все трудней и трудней, а бюрократизация лишала его остатков привлекательности. Раздавались требования о смене курса. Там, где этот поворот произошел, он оказался половинчатым, робким и непоследовательным. Но этот новый климат дал также толчок к появлению новых элементов в теории либерализма. В некотором смысле эти новые элементы ознаменовали собой возврат к первоначальным идеалам либерализма — идее приоритета общества перед государством, рынка — перед планированием и регулированием, прав человека — перед могуществом власти и коллектива. Американские авторы внесли особенно большой вклад в новое осмысление идей либерализма. Мил-тон Фридмен привел ряд аргументов в пользу того, что большая роль государства обычно противоречит интересам граждан. Роберт Нозик убедительно обосновывал «минимальное государство» и выступал против самонадеянности современной государственной власти. Джеймс Бьюкенен и «конституциональные экономисты» вновь обратились к идее общественного договора и потребовали резко ограничить сферу государственного регулирования, в том числе — фискальную систему. Именно эта тенденция в гораздо большей степени, чем так называемая «экономика предложения» (которая в известном смысле есть просто поставленный с ног на голову Кейнс), означает возрождение либерализма. У этого многогранного понятия есть и другие грани. Для кого-то либеральная программа — это борьба за предоставление гражданских прав угнетенным. Другие главной задачей либерализма до сих пор считают отделение церкви от государства и уменьшение ее влияния в обществе. Третьи воспринимают либерализм как защиту культурных цен- * Речь в данном случае, очевидно, идет только о германском тоталитаризме. — Примеч. ред. 479 ностей, включая такие, как плюрализм и творчество. Нетрудно увидеть связь всех этих движений с основным течением либеральной мысли. В этом основном течении есть три основных элемента. Либерализм — это теория и практика реформ во имя индивидуальных свобод перед лицом неопределенности. А раз так, то у либерализма нет и не может быть раз и навсегда заданной главной идеи. Перед лицом абсолютизма его главным идеалом является свобода, ограниченная лишь законом, перед лицом рыночного капитализма — это полная реализация гражданских прав, перед лицом «рабских оков» современного бюрократического государства (по Максу Веберу) — борьба за оптимальное, если не минимальное, вмешательство государства. В развитых свободных странах сегодня очень активно ведется борьба за идею общественного договора. Кризис социального государства, новая безработица, проблема закона и порядка — все это ставит фундаментальные вопросы: что же по праву принадлежит кесарю и где должен быть положен предел притязаниям индивида? И не случайно в ряде стран на передний план сегодня вышли конституционные проблемы. В такие моменты либерализм обретает второе дыхание. Он не сможет разрешить всех проблем, но останется источником движения и прогресса, раскрывающего все больше возможностей в жизни для все большего числа людей. БИБЛИОГРАФИЯ Поппер К. Открытое общество и его враги. М.: Феникс; Международный фонд «Культурная инициатива», 1992. Хайек Ф.А. Дорога к рабству. М.: Эконов, 1992. Buchanan, J. 1975. The Limits of Liberty. Chicago: University of Chicago Press // Бькженен Д. Избранные труды. М.: Тауруг Альфа, 1997. С. 207-439. Habermas, J. 1962. Strukturwandel der Offentlichkeit. Neuwied: Luchterhand. Hume, D. 1740. A Treatise of Human Nature. Ed. L.A. Jelby-Bigge, Oxford: Clarendon Press, 1888 // Юм Д. Трактат о человеческой природе. Kant, L. 1784. Idee zu einer allgemeinen Geschichte in weltburgerlicher Absicht. In Kants Populare Schriften, ed. P. Menzer, Berlin: Georg Reimer, 1911. Locke. J. 1690. Second Treatise of Government. Ed. T.P. Peardon, New York: Liberal Arts Press, 1952. Marshall, Т.Н. 1950. Citizenship and Social Class. Cambridge: Cambridge University Press. Smith, A. 1776. An Inquiry into the Nature and Causes of the Wealth of Nations. Oxford University Press, 1976. Stirner, M. 1845, Der Einzige und sein Eigentum. Leipzig: D. Wigand // Штирнер M. Единственный и его собственность. Weber, М. 1922. Wirtschaft und Gesellschaft. 4th edn., Tubingen: Mohr/Siebeck, 1956.
<< | >>
Источник: Дж. Итуэлла, М. Милгейта, П. Ньюмена. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ, - М.: ИНФРА-М, 931 c.. 2004

Еще по теме ЛИБЕРАЛИЗМ Ральф Дарендорф Liberalism Ralf Dahrendorf:

  1. Творчество Ральфа Дарендорфа
  2. Ральф Дарендорф
  3. Дарендорф Ральф. Тропы из утопии / Пер. с нем. Б. М. Скуратова, В. Л. Близнекова. — М.: Праксис. — 536 с. — (Серия «Образ общества»)., 2002
  4. Леонтьев К.Н. О либерализме вообще
  5. § 3 ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИДЕОЛОГИИ СОВРЕМЕННОСТИ Либерализм
  6. Катков М.Н. Либерализм в России
  7. ЛИБЕРАЛИЗМ
  8. 4. Немецкий либерализм.
  9. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ЛИБЕРАЛИЗМ
  10. 3. Французский либерализм.
  11. 2. Английский либерализм.
  12. § 2. Либерализм во Франции. Б. Констан
  13. ЛИБЕРАЛИЗМ
  14. Эпоха либерализма
  15. § 1. Закат либерализма