НЕОЭГАТИСТСКИЙ ВАРИАНТ

Становление смешанной экономики на Западе вовсе не происходило по единой схеме. Некоторые страны, не колеблясь, выбрали неоэтатистскую модель. Другие первоначально ориентировались на неолиберальную идеологию.

Третьи предпочли акцентировать внимание на согласовании и социальном планировании. В первой группе несомненным лидером была Франция. Здесь прежде всего развернулся процесс национализации. Еще со времен межвоенного периода Франция имела традицию создания компаний со смешанным капиталом и опыт национализации частных предприятий. Во время войны участники Сопротивления вынашивали идеи радикальных реформ. С наступлением мира пришло время воплотить их в жизнь. Это удалось сделать в 1945 г. правительству де Голля, в котором участвовали социалистическая и коммунистическая партии. В результате под прямой контроль госу

109

дарства перешли энергоресурсы (электричество, газ и уголь), сферы страхования (32 компании) и финансов (4 самых больших депозитных банка)4* и еще несколько крупных фирм ("Рено", "Берлие" и "Эйр Франс"). Все это составляло 1/5 общих производственных мощностей16.

Социалистическая и коммунистическая партии намеревались продолжить этот процесс, но последующие правительства 1947 и 1949 гг. решили по-другому. Как бы там ни было, управление национализированными предприятиями осуществляло вовсе не государство (иными словами, бюрократия). Наоборот, большинство из перешедших под государственный контроль компаний сохранили свою автономию, а их директорат остался на своих местах17. И тем не менее, несмотря на маргинальный характер прямого влияния, государство решающим образом воздействовало на развитие промышленности Франции. Так, в энергетике (единственном национализированном секторе, полностью интегрированном в процесс централизованного планирования) инвестиции приняли гораздо больший масштаб. Политика управления многочисленными предприятиями, существовавшими в этой отрасли до второй мировой войны, координировалась теперь на национальном уровне18. В финансовом секторе национализированные банки постепенно привыкали к указаниям правительства предоставлять займы промышленным предприятиям, т.е. там, где обычно ранее никто не мог давать такие советы5*. В фабричной промышленности национализированные компании составили вызов частным фирмам, стимулируя тем самым их деятельность.

Краеугольным камнем французской модели смешанной экономики стало государственное планирование. В первоначальной стадии развития она опиралась на План модернизации и оборудования, пущенный в действие в 1945 г. Жаном Моннэ с целью поддержать процесс национальной реконструкции19. Подобно многим из своих соотечественников Моннэ был убежден, что французская экономика оставалась в стороне от общемирового развития. Он объяснял это явление в первую очередь влиянием консервативной структуры предприятий, ориентированных на семейную производственную единицу. Моннэ и другие исходили из простого постулата: технологический прогресс и выгоды масштабного производства могут быть реализованы лишь на крупных прибыльных предприятиях, обладавших в некоторых случаях монопольными позициями. Эта концепция противоречила правительственному постановлению от 30 июня 1945 г., предусматривавшего развитие конкуренции20. С принятием в 1946 г. плана Моннэ правительство изменило свою стратегию. Оно способствовало инвестициям и производству в частном секторе, осуществляя активное вмешательство и поддерживая усиление кооперации.

Первый четырехлетний план Франции должен был охватить период с середины 1946 до середины 1950 г., но был продлен до 1952 г., совпав, таким образом, с окончанием сроков действия плана Маршалла. Он ориентировался на модель нестабильного роста21. Посредством этого плана государство сконцентрировало свои усилия на развитии шести базовых отраслей: угольной, сталелитейной, цементной, энергетике, транспорте и изготовлении сельскохозяйственных машин. В последующем сюда добавились производства горючего и азотных удобрений. Приоритет был отдан отраслям, играющим ключевую роль в переориентации промышленной структуры. Совершенно сознательно игнорировались интересы сектора потребительских благ. Идея заключалась в продвижении инноваций в промышленность и

Это были Лионский кредит (Credit Lyonnais), Генеральное общество (Societe Generale), Национальный учетный банк (Comptoir National de l'Escompte), Национальный банк для торговли и промышленности (Banque Nationale pour la Commerce et l'Industrie). '* В начале 60-х годов ставка процента у 80% от всех кредитовавшихся в этой отрасли предприятий

была ниже рыночной. См.: ChazelA., PoyetH., L'Economie mixte. P. 102.

110

ликвидации "узких мест" со стороны предложения. Это объяснимо, когда речь идет о развитии новой промышленной структуры.

Данный план был разработан Генеральным комиссариатом планирования, который состоял из нескольких чиновников высокого ранга, напрямую подчиненных премьер-министру, но одновременно сотрудничавших с министерством финансов. В основу его была положена эконометрическая модель, впервые успешно использовавшая технику таблиц "затраты-выхвд" Василия Леонтьева. Комиссариат планирования получил эти данные от национальных статистических служб. Через комитеты по модернизации, оказавшиеся достаточно эффективным органом, в котором были представлены чиновники, промышленники, профсоюзные деятели и независимые эксперты, Комиссариат поддерживал связь с многочисленными кругами руководителей, рабочих и аграриев22. Выполняя стратегические функции, Комиссариат составлял прогнозы экономического развития, предназначенные для правительства и частного сектора, что уменьшало степень риска при принятии важных решений. Это также способствовало оптимальному распределению ресурсов, созданию эффективной структуры социального взаимодействия и пониманию экономических явлений широкими слоями населения23.

Второй план (1954—1957 гг.) остался верен принципам нестабильного роста. Приоритеты опять-таки были отданы нескольким ключевым отраслям, состав которых, тем не менее, претерпел некоторые изменения. В 1952 г. была создана Парламентская комиссия отчетов и национальных экономических бюджетов для информирования населения о подготовке будущих планов. Кроме того, в 1955 г. был принят декрет, предусматривающий создание региональных программ действия, целью которых было интегрировать развитие регионов в процесс планирования.

Французские планы 40-х и 50-х годов были по своему характеру индикативными и, тем не менее, имели реальное влияние. Несколько факторов объясняют их успех. Во-первых, во Франции всегда существовали этатистская и централистская тенденции. Государство в результате имело полное представление о существующей экономической структуре, а также попытках создания картелей и организаций взаимного сотрудничества. Во-вторых, между представителями государственной администрации и предпринимателями, в большинстве своем - выпускниками одних и тех же учебных заведений, существовали привилегированные взаимоотношения24. Немало способствовала созданию климата сотрудничества и хорошая организация Комитетов по модернизации, где споры велись о взаимодействии плана на отраслевом уровне. Не менее важной являлась поддержка Государственной казны, оказываемая Комиссариату планирования. Предоставление правительством кредитов и других финансовых льгот зависело от этого департамента министерства финансов. Тесное сотрудничество между Казной и Комиссариатом планирования позволяло последнему оказывать реальное и эффективное влияние на источники финансирования. Таким образом, правительство контролировало инвестиции не только в национализированных, но и в частном секторах25. Помимо этого, другие институты, обладавшие полномочиями в финансовой сфере, - Национальный совет по кредитам (1945) и Фонд экономического и социального развития (1955) -посредством выборочных субвенций, займов и гарантий могли влиять на инвестиционную политику и ориентировать развитие промышленности в определенном направлении26.

Тем не менее французская система планирования имела и ряд недостатков. Концентрация усилий на преодолении "узких мест" в базовых отраслях, безусловно, стимулировала приток инвестиций в тяжелую промышленность и производство оборудования, но происходило это в ущерб развитию сектора потребительских благ. Более того, активная политика государства в области инвестирования сопрягалась с бременем большого военного бюджета, что приводило к быстрому росту общественных расходов. В то же время слабость правительств в 50-х годах

110

мешала применению эффективной политики в области цен и доходов. Как следствие этого развилась галопирующая инфляция, возникли трудности с платежным балансом, а повышение заработной платы отставало от роста цен. Последнее стало причиной увеличения числа забастовок. Недовольство профсоюзных лидеров приняло столь широкий масштаб, что последние вышли из состава комитетов по модернизации, поставив тем самым под угрозу сам принцип сотрудничества. В этой ситуации благодаря своей "отделенности" определенные выгоды смог извлечь сектор потребительских товаров. В условиях инфляции цены здесь искусственно завышались, существованию же маргинальных предприятий ничего не угрожало6*. В этом отношении инфляция ставила под сомнение достижение целей планирования, направленных на рационализацию промышленного производства, а также улучшение производства и рост производительности.

Франция представляла лучший после войны пример развития смешанной экономики, в которой сочетались динамика активного экономического роста с кейнсианской антициклической политикой властей. Великобритания того же периода - это типичный пример смешанной экономики, почти целиком основанный на претворении в жизнь кейнсианских принципов. Доклад Бевериджа в 1942 г. ("Полная занятость в свободном обществе") и "Белая книга" 1944 г. по занятости уже заложили фундамент правительственной политики, опирающейся на полную занятость и общественное благополучие. Правительство отказывалось проводить централизованную политику цен и доходов, чтобы не вызвать инфляцию, из страха, что она породит раздувание бюрократии и неэффективность. Власти придерживались политики монетаризма и строгого бюджета, вдохновляясь кейнсианскими принципами. Правительство также стремилось пресекать возникновение всяких монополий, как рыночных, так и среди работников или предпринимателей. Правительство также хотело бы играть активную роль в предотвращении кризисов и депрессий. Оно стремилось также к более справедливому распределению национального дохода за счет установления прогрессивной шкалы всего налогообложения, налогов на наследуемое имущество, завещаний, распределения реальных и личных состояний, а также развития системы трансфертных платежей. Некоторые предлагали даже ввести практику еженедельной уплаты дивидендов в зависимости от размера семьи, для того чтобы гарантировать определенный минимум каждому. Этот проект предполагал создание определенного количества социальных служб, прежде всего в области здравоохранения и образования. Предлагалось также наладить строгий контроль за окружающей средой, использованием природных ресурсов и демографическим ростом, что также требовало создания системы структурного планирования7*.

Лейбористы считали, что реализация и поддержка программы обеспечения полной занятости потребует проведения национализации промышленных отраслей. Эксцессы сталинизма умерили первоначальные замыслы сторонников полной национализации, так как концентрация такой власти в руках государства грозила злоупотреблениями с его стороны даже в Англии. Планы в результате ограничились выборочной национализацией всех базовых отраслей - энергетики, транспорта, каменноугольной и сталелитейной промышленности, а также инфраструктуры27. Эта программа воплощалась в жизнь после прихода лейбористской партии к власти (1946-1951 гг.) по следующему графику. В 1946 г. каменноугольная промышленность перешла под контроль Национального угольного совета, железнодорожные компании - под контроль Британского железнодорожного совета, а судоходные компании каботажного плавания - под контроль Британского совета водных сообщений. В 1947 г. под управление Британского управления электри

6* Интересные выводы по этому поводу см.: Вант W.C. The French Economy.

7* Синтез и анализ британской политики можно обнаружить в: Meade J. The Mixed Economy.

111

чества перешли все компании по производству и распределению электроэнергии. Национализация сталелитейной отрасли в 1948 г. привела к созданию Национального совета стали. В целом более 20% британской промышленности очутились под непосредственным контролем государства28. В руках у государства оказались Английский банк, авиационные компании, аэропорты и автомобильные дороги. Помимо этого, государство вошло в число владельцев многих частных предприятий (самыми знаменитыми из них были "Бритиш Петролеум", "Роллс-Ройс" и "Аппер Клайд Шипбилдерс"), руководствуясь больше политическими, чем финансовыми соображениями. Наконец, стоит упомянуть, скорее, о достаточно символическом участии государства в некотором количестве сельскохозяйственных кооперативов и целой серии маленьких частных компаний, которыми владели национализированные предприятия29.

В принципе национализация должна была предоставить британскому правительству мощный инструмент экономической политики. Контроль за инвестициями естественным образом создавал условия для борьбы с депрессией, гарантирования полной занятости и возможности рационализации каменноугольной и сталелитейной отраслей промышленности. Но ничего этого не произошло. Правительство лейбористов, находившееся у власти, сразу после войны опасалось всевозможных форм централизованного планирования30. Однако в ходе кризиса фунта стерлингов в 1947 г. канцлер Казначейства Стаффорд Криппс прибег к строгой экономической ограничительной политике. Но в остальном правительство следовало принципам краткосрочной кейнсианской политики и регулирования занятости. Более того, несмотря на создание Криппсом Совета экономического планирования, состоящего из представителей различных правительственных департаментов, общая долгосрочная промышленная политика не сложилась даже применительно к национализированным промышленным отраслям, так как отсутствовала координация действий на уровне институтов управления. Предприятия отдельной отрасли, находясь под контролем специального органа (совета), не поддерживали тесных взаимоотношений с соответствующим министерством. В действительности дирекция каждого предприятия была свободной и автономной в своих действиях.

С приходом к власти консерваторов (1951-1964 гг.) ничего практически не изменилось. Конечно, дирижистская политика Криппса была свернута28: рационирование постепенно сошло на нет, а правительство ослабило контроль за ценами, заработной платой и торговлей8*. Антициклическая политика столкнулась при консерваторах с еще большими противоречиями, нежели при лейбористах. Консерваторы уделяли первоочередное внимание равновесию бюджета, стараясь при этом не отказаться и от политики обеспечения полной занятости. Политика чередования мероприятий по ускорению или замедлению экономической активности, применявшаяся лейбористами во время кризиса фунта в 1947 г., продолжала осуществляться9*. Не было принято никаких решений, чтобы адаптировать управление национализированными предприятиями к этой долгосрочной политике. Вначале консерваторы всячески стремились сократить влияние государства, денационализировав транспорт и частично сталелитейную промышленность.

'* Согласно Балогу, улучшение национального дохода, связанного с восстановлением обменного курса с 1951 г., было сведено на нет политикой либерализации Бутлера. Это улучшение, считает Балог, могло бы быть выгодно использовано для финансирования мероприятий планирования, основанных на экономическом росте (см.: Balogh Т. Britain's planning problems. P. 121-136).

'* Сильная девальвация английской валюты в сентябре 1949 г. временно приостановила переоценку фунта, отведя, таким образом, ставшую неотвратимой угрозу равновесию платежного баланса. Отныне политика "чередований" перестала быть необходимой. Однако явление переоценки фунта вновь возродилось в 50-х годах. В то же время мировое общественное мнение склонялось в пользу возвращения к золотому стандарту или фиксированным курсам обмена. В короткий промежуток времени не было больше реальных способов "исправить" курс фунта, кроме как использованием политики "чередований".

111

К 1960 г. и консерваторы, и лейбористы пришли к выводу, что рентабельность должна стать основным критерием как в государственном, так и частном секторах, и что производительность в национализированной промышленности сможет увеличиться лишь при условии, что система центрального планирования возьмет на себя координирующие функции10*.

В частном секторе политика "чередования" подверглась суровой критике. Федерация британских предприятий подчеркнула, что различия в бюджетной и торговой политике правительства разрушают стратегию инвестирования частных предприятий32. Вследствие этого последние не торопятся создавать новые производства с современными технологиями и, соответственно, плоды их также запаздывают. Лишь масштабная и долговременная политика, систематически проводимая государством, могла бы избавить британскую экономику от структурного "маразма". Такую же линию проводили экономисты, подчеркивавшие необходимость активного и системного планирования33. С 1960 г. федерации нанимателей, академические круги, высшее чиновничество и исследовательские институты приступили к серьезному анализу французского опыта.

Премьер-министр того периода Гарольд Макмиллан (Harold Macmillan), который никогда не был горячим приверженцем ограничительной политики "чередования", провозгласил поворот на 180 градусов, выдвинув лозунг индикативного планирования. В результате в 1962 г. был создан Национальный совет экономического развития (National Economic Development Council, NEDC, или "Neddy"), состоявший из шести представителей правительства, шести профсоюзных лидеров, стольких же "капитанов индустрии" и двух экспертов. Возглавлял Совет известный сторонник "политики роста" сэр Роберт Шоун (Robert Shone). Одновременно с этим органом на свет появилось Национальное бюро экономического развития - НБЭР (National Economic Development Office), состоявшее из 40 экспертов, которые занимались составлением планов независимо от государства. Помимо этого, отраслевые комитеты экономического развития ("маленькие Недди") возникли в 1964 г. во всех отраслях экономики.

Безусловно, эти изменения были навеяны французским опытом планирования. Тем не менее британское правительство выбрало для себя лишь одну из функций Комиссариата планирования: придать мероприятиям, направленным на ускорение экономического роста, необходимую гласность. Вторая основная цель Комиссариата - мобилизация ресурсов для направления их под контролем правительства в промышленность - в Великобритании не ставилась. Считалось, что рынок капиталов Лондона в состоянии самостоятельно выполнить эту задачу34.

Достаточно произвольно НБЭР определил и темпы экономического роста, необходимые для развития Англии (4-4,5% на период 1962-1966 гг.), надеясь, что такое заявление само по себе будет способствовать реализации этой цели. В частности, предполагалось, что подготовленный и представленный общественности план, хотя и индикативного характера, станет ориентиром для инвестиций самих предприятий, которые запланируют свой рост также на 4—5%. Производство, таким образом, получит своеобразный удар кнута. Но различные группы, представленные в НБЭР, фактически парализовали правительственные действия. Реализация программы экономического роста могла осуществиться лишь при улучшении показателей экспорта. Такое развитие требовало сохранения стабильного уровня цен и доходов. Последнее же могло быть достигнуто при проведении согласованной политики в этих областях. Такому порядку противились как наниматели, так и

'* Определенный интерес в этом отношении представляет "White Paper on Financial and Economic Obligations of the National Industry" (1961) и "White Paper on National Industries" (1967), которые содержат исчерпывающий анализ пятилетнего планирования и финансовой отдачи национализированных отраслей.

112

обладатели рабочей силы. Помимо этого, расширение вмешательства государства и принятие им дискриминационных мер на уровне предприятий и отраслей натолкнулось на сопротивление чиновников35. Как бы там ни было, система психологического планирования оказала некоторое благотворное влияние на экономический рост. Правительство постепенно высвобождало необходимые ресурсы для стимулирования технологических инноваций. В 1965 г. был принят Закон о науке и технологии, а в 1968 г. — Закон об индустриальном развитии. Были созданы новые коммерческие учебные заведения для подготовки современных руководителей предприятий, "нацеленные" на экономический рост. Особое внимание в этом плане было уделено профессиональному образованию и программам вторичного использования уже отработанных материалов36.

Итальянский вариант смешанной экономики также ориентировался на новоэтатистскую модель. Основные ее элементы создало еще правительство Муссолини. По его настоянию итальянские банки должны были принимать участие в предприятиях, чтобы ликвидировать их долги и регулярно покупать акции последних на бирже для поддержания курса. Таким образом, банки установили контроль над испытывающими трудности предприятиями, но в результате вскоре сами столкнулись с финансовыми проблемами. Государство вынуждено было вмешаться, чтобы спасти их от краха. Как уже отмечалось в этой главе, в 1933 г. при поддержке правительства был создан Институт промышленной реконструкции -Instituto per la Riconstruzione Industriale (в дальнейшем - Институт). Он обеспечивал ликвидность акций тех предприятий, в которых принимали участие банки. В результате Институт установил контроль над деятельностью около 120 предприятий с 280 тыс. наемных работников.

После второй мировой войны Институт превратился в достаточно эффективный государственный холдинг, получивший определенную независимость от правительства с быстрорастущей координирующей ролью. Этому способствовала необходимость осуществления политики быстрой реконструкции на Севере страны и экономического развития на отсталом Юге. Институт стал, таким образом, крупнейшим в стране нанимателем рабочей силы, полностью осознавая свою ответственность в сфере промышленности. Он проводил исключительно динамичную политику, основанную на быстром промышленном росте, который финансировался за счет реинвестирования прибылей и выпуска облигаций. Институт стремился поддерживать уровень занятости на контролируемых им предприятиях ие за счет консервативных мер, но благодаря использованию технологий, экономящих рабочую силу. Этому давалось следующее обоснование: технологический прогресс увеличивает спрос на продукцию со скоростью, способной компенсировать технологическую безработицу и создать новые рабочие места37.

В начале своей деятельности Институт предполагал, что проводимая им политика позволит расширить экспортные возможности страны. Развивая экспорт, удастся увеличить и импорт необходимого сырья и энергоресурсов, а также привлечь иностранные капиталы. Когда же экспорт сможет достичь уровня, достаточного для покрытия внутренних потребностей в завозимом сырье, можно будет сконцентрировать основные усилия на стимулировании внутреннего спроса за счет повышения уровня благосостояния населения. Институт также надеялся на то, что проводимая им динамичная политика благотворно повлияет и на другие отрасли экономики. Это и произошло. Успех Института произвел гораздо более важный эффект на само правительство. Последнее пошло на создание других подобных холдингов. Самым динамичным из них был ЭНИ (Ente Nazionale Idrocarburi), организованный в 1953 г. для рационального использования энергоресурсов (в особенности газа и нефти) в ходе индустриализации страны. К 1960 г. ЭНИ кон-тролировал_ уже более 200 предприятий. Управлялся он Энрико Маттеи (Егшсо Mattei) - личностью незаурядной, этаким современным кондотьером, который до

113

своей смерти в 1962 г. смог создать из ЭНИ гигантское предприятие с международным размахом деятельности.

И Институт, и ЭНИ оказались тесно связанными с планирующими органами. Сразу после войны премьер-министр Альсид де Гаспери (Alcide de Gasperi) призвал страну к обновлению (Risorgimento), чтобы преодолеть последствия поражения, разрушение экономики, перенаселение и бедность посредством экономического роста. Первоначальный импульс промышленному планированию придал план Маршалла. Продолжение последовало в августе 1950 г., когда был опубликован десятилетний план экономического развития Италии, финансируемый "Касса пер ил Меццоджорно" (Cassa per il Mezzogiorno), государственной организацией, созданной именно для этих целей. В том же году была осуществлена земельная реформа. Произошло, в частности, разукрупнение огромных и неэффективных земельных владений на Юге страны, сделавшее возможным реализацию планов по модернизации сельского хозяйства11*. В конечном итоге экономическое планирование развилось главным образом в крупных государственных холдингах. Их развитие в течение долгого времени опиралось на стратегию долгосрочного инвестирования. В результате они накопили значительный опыт в этой области. Одна из задач холдингов заключалась в улучшении промышленного развития Юга страны за счет крупных программ инвестирования сначала в химическую промышленность, затем в нефтехимию, сталелитейную и другие промышленные отрасли38.

Планирование и индустриальное развитие холдингов не были бы успешными, если бы не поддержка государства и банковского сектора. Управляющий Центральным банком (Banca d'Italia) был единственным постоянным членом межведомственной комиссии по финансам - государственного органа, который осуществлял контроль за выпуском предприятиями акций и облигаций. Разрешение этой комиссии требовалось на все, превышающие определенную сумму банковские кредиты предприятиям. Сам Центральный банк непосредственно контролировал значительную часть кратковременных кредитов, используя механизм переучета. Помимо этого он обладал правом наблюдателя в большинстве национализированных или контролируемых государством банков. Таким образом, речь шла об очень влиятельном институте. Несмотря на наличие очевидных его связей с правительством, банк сохранил определенную степень независимости и влияния, которые использовал для выработки стратегии долговременного промышленного развития. В свою очередь он предоставил достаточную свободу коммерческим банкам в деле осуществления их политики инвестирования. Однако Центральный банк настаивал на том, чтобы банки шли в русле проводимой им антициклической политики и выполняли его директивы в периоды перегрева экономики или в моменты, когда ей угрожал кризис.

Четвертым и последним типичным примером страны, прибегнувшей к неоэтатистской системе планирования, являлась Япония12*. И хотя последняя не обладала в отличие от трех предьщущих примеров развитым национализированным сектором, влияние государства и экономическое планироване приобрели здесь исключительно большое значение. Японская модель имела структурную и конъюнктурную направленность. Ее происхождение связывают с деятельностью администрации Верховного совета союзных держав и послевоенной реконструкцией.

* Эта земельная реформа часто является предметом жесткой критики. Многие специалисты полагают, что одни латифундии были заменены другими, еще большими, в результате "сельское хозяйство выживания", бытовавшее здесь, еще более усилило состояние бедности Юга страны по сравнению с Севером. Тем не менее невозможно отрицать, что эта реформа имела важные последствия в социально-психологическом плане на аграрное население Юга страны (см.: D'Aragona C.G. Land Reform in Italy. P. 12-20).

!* Общую характеристику развития можно найти в: Jequier N. Le defi industriel japonais; Komiya O. Growth in Japan.

113

Устранение господства кланов Зайбацу, выполненное оккупационной администрацией, предоставило возможность правительству страны установить контроль над промышленностью. Сопоставимые последствия имела и земельная реформа, в результате которой из 48% пахотных земель, принадлежавших крупным помещикам, у них осталось лишь 8%. Это опять-таки привело к усилению влияния государства на аграрный сектор39.

В первое время конкретные результаты экономического планирования не слишком обнадеживали. В основном это объяснялось недостатком ресурсов, необходимых для реконструкции экономики после разрушений второй мировой войны. Развитие конфликта в Корее коренным образом изменило ситуацию. США пересмотрели свое отношение к восстановлению экономики Японии. Помимо этого, американские войска использовали эту страну как основной перевалочный пункт и базу обеспечения, что привело к притоку сюда валюты40. В результате у правительства теперь появились необходимые средства для проведения плановой структурной политики. В 1955 г. было создано Агентство национального планирования. Главными его задачами были: составление прогноза относительно будущего развития экономики, определение необходимых темпов экономического роста и разработка программ долгосрочного инвестирования. В период с 1955 по 1977 г. было разработано и реализовано не менее семи индикативных планов41.

В промышленности приоритеты структурной политики правительства были отданы производству в ключевых отраслях: сталелитейной, химической, цветных металлов, нефтяной и судостроении. С конца 50-х годов основные усилия концентрируются на рационализации металлургического производства, а также на создании и развитии нефтехимии. В то же время, поощряя слияние компаний и образование картелей, правительство способствовало развитию "масштабной экономики"13*. Экспорт стал также очень важным элементом экономической политики. Японский вариант роста на основе развития экспорта опирался не на понижение курса национальной валюты, а на целую гамму материальных благ, предоставляемых правительством компаниям-экспортерам. Япония также присоединилась к нескольким международным организациям: в 1963 г. - к МВФ, в 1964 г. - к ОЭСР, в 1970 г. - к Банку международных расчетов. Были установлены связи со странами Восточного блока и Китаем42. Наконец, японское правительство проводило активную политику в области промышленных исследований и инноваций43, инициатором которой являлось Министерство внешней торговли и промышленности (МИТИ). Последнее, кроме того, стимулировало и организовывало импорт иностранных технологий. Оно всячески стремилось воспрепятствовать образованию монополий в промышленности. Так, ни одно предприятие не имело права закупать зарубежный патент, если другие компании не могли этого сделать. Министерство также проявляло самостоятельную активность в применении и развитии импортированных технологий. Им же осуществлялся непосредственный контроль за экспортом и импортом конечной продукции. Закупка некоторой продукции разрешалась лишь при условии, что импортер обязуется экспортировать соответствующее количество товаров (так называемая "система связей" ("link system"). МИТИ начинало со стимулирования импорта технологий для реконструкции базовых отраслей, но постепенно все больше внимания уделяло развитию экспортных отраслей, сначала традиционных, а затем ядерной энергетики и электроники.

Эффект системы планирования структурного развития японской промышленности усилился за счет воскрешения Зайбацу. Это были группы "Мицуи", "Мицубиси" и "Симиното", к которым присоединились новые компании "Сони" и "Хонда". В политическом плане Зайбацу не смогли вернуть прежнего влияния, но

'* Ослабление антимонопольного законодательства в целях рационализации и развития "масштабной экономики" описано в: Caves R , Vecusa М. Industrial Organization. P. 482-489.

114

они благосклонно отреагировали на практику планирования, проводимую под эгидой государства. Кроме того, они зависели в финансовом плане от японской банковской системы в то время, когда рынок капитален был еще недостаточно развит. Ввиду того, что деятельность самих японских банков зависела в свою очередь от центрального банка, который обеспечивал их ликвидными средствами, правительство располагало очень эффективным инструментом проведения антициклической политики кейнсианского толка. Успех регулирования спроса в Японии опирался, таким образом, на монетарную политику: каждое поднятие центральным банком учетной ставки и процентов по кредитам приводило к существенному сокращению ликвидных средств, которыми располагали коммерческие банки. Последние ужесточали собственную кредитную политику, предприятия в свою очередь сокращали инвестиции и запасы44.

Несмотря на то, что национализация не затронула японскую экономику после войны, этот успех в значительной степени объяснялся эффективностью планирования в проведении как структурной, так и антициклической политики. Планирование во многом предопределило развитие смешанной экономики в Японии после войны.

<< | >>
Источник: Герман Ван дер Bee. История мировой экономии!. 1945-1990 (пер. с фр.). - М.: Наука. 413 с.. 1994

Еще по теме НЕОЭГАТИСТСКИЙ ВАРИАНТ:

  1. 11.4.1. Выбор базового варианта и условия сопоставимости вариантов инвестиционных проектов (мероприятий)
  2. V - Выбор окончательного варианта решения (сопоставление вариантов по критерию эффективности).
  3. Модификации самолета Ил-14: Ил-14П, Ил-14М — пассажирский вариант, грузовой вариант Ил-14Т
  4. Рассмотрение вариантов
  5. Изучение возможных вариантов
  6. Варианты сочетания рациональных и чувственных побудителей
  7. "Испытания" в различных вариантах
  8. ПАССАЖИРСКИЙ ВАРИАНТ САМОЛЕТА ББ-2 ОКБ С.В. ИЛЬЮШИНА
  9. Выбор стратегических вариантов
  10. IV - Разработка возможных вариантов (альтернатив) решения задачи.
  11. КОНТРОЛЬ МЕТОДА РЕАЛЬНЫХ ВАРИАНТОВ ВЫБОРА (ОПЦИОНОВ)
  12. ОПТИМАЛЬНЫЙ ВАРИАНТ
  13. НЕОЛИБЕРАЛЬНЫЙ ВАРИАНТ
  14. «МУЖСКИЕ» И «ЖЕНСКИЕ» ВАРИАНТЫ ПИСЕМ
  15. 5.5. ТРЕТЬЕ ПРАВИЛО: ИЗОБРЕТАЙТЕ ВЗАИМОВЫГОДНЫЕ ВАРИАНТЫ