загрузка...

Уровни и характер участия человека в политике


Находясь внутри поля политики, человек может занять по отношению к ней либо пассивную позицию, либо более или менее активную позицию её участника.
Занимая пассивную позицию, человек проявляет определённую политическую апатию, которая может быть вызвана либо низким уровнем развития существующей политической системы, либо неприятием им её содержания и формы, например, её недемократичностью (авторитарностью) или её чрезмерной заорганизованностью (регламентацией), результатом чего является его отчуждение от политики.
Занимая активную позицию, человек может осуществлять либо политический бойкот как форму активного выражения (проявления) своей враждебности к существующей политической системе, либо осуществлять, согласно формуле 1.2, определённую политическую деятельность и вступать в определённые политические отношения с другими её участниками. При этом уровень участия в политике, уровень осуществления политической деятельности и проявления политических отношений может быть различным. В частности, можно выделить следующие уровни участие человека в политике: уровень импульсивно-эпизодического участия, на котором осуществляется импульсивное и эпизодическое (нерегулярное, осуществляемое от случая к случаю) участие человека в политике, представляющее собой его положительную или отрицательную ответную реакцию на импульсы, исходящие от политической системы, её институтов или их представителей; уровень эксклюзивно-периодического участия, характеризующийся относительно самостоятельным и периодическим, но ограниченным (исключительным, редким - один раз в два-четыре года) участием человека в отдельных (единичных) политических акциях, прежде всего в выборах государственных должностных лиц; уровень эксклюзивно-опосредствованного участия, характеризующийся относительно регулярным (периодическим, более или менее частым - один- два раза в год), но ограниченным (исключительным) и несамостоятельным участием человека в отдельных (единичных) политических акциях, организуемых неполитическими организациями (профсоюзами, молодёжными, ветеранскими или иными организациями); уровень непосредственного постоянного непрофессионального участия, характеризующийся непосредственным, постоянным, но непрофессио-

нальным участием человека в деятельности политических партии, членами или сторонниками которой они являются; уровень общественно-деятельного участия, характеризующийся тем, что человек, будучи видным общественным деятелем, руководителем или лидером крупной неполитической общественной организации, более или менее регулярно участвует в политике; уровень профессионально-политического участия, характеризующийся постоянным и профессиональным участием человека в политике, которая является для него профессией и смыслом жизни, когда он обладает необходимыми для этого знаниями, умениями и навыками, получает за свою деятельность материальное (как правило, денежное) вознаграждение; уровень политического руководства или политического лидерства, характеризующийся тем, что человек является либо политическим руководителем, руководящим (управляющим) политической деятельностью других людей, либо политическими лидерами, ведущими за собой других людей.
Отметим при этом, что интерес российских людей к политике не слишком высок. Так, при опросе 1500 россиян-респондентов, проведённом Фондом «Общественное мнение» 24-25 июня 2006 года в 100 населённых пунктах 46 областей, краёв и республик России, 39 % опрошенных заявили, что интересуются политикой, большинство же (58 %), по их словам, политикой не интересуются[118].
Такая картина сложилась не сегодня. Распределение ответов на этот вопрос практически не изменилось с октября 2004 года. Политикой традиционно в большей мере интересуются люди с высшим образованием (59 %), представители старшей возрастной группы (49 %), а также лица с относительно высокими доходами (48 %). На вопрос «Одни люди интересуются политикой, а другие не интересуются. А Вы лично интересуетесь или не интересуетесь политикой?» были получены следующие ответы (рис. 4.1).
Рис. 4.1. Интерес россиян к политике
Рис. 4.1. Интерес россиян к политике


Меньше всего политикой интересуются молодые россияне, хотя большинство (69 %) из 1500 россиян, опрошенных Фондом «Общественное мнение» 1718 мая 2008 года в 100 населённых пунктах 46 областей, краёв и республик Рос
сии, признают важность того, чтобы молодежь - те, кому не более 25 лет, - участвовала в политической жизни страны. Только 16 % респондентов считают, что это не нужно (и такое же число затруднились ответить на вопрос). Причем доля признающих участие молодежи в политике нужным несколько возросла по сравнению с 2005 годом. Тогда на аналогичный вопрос 62 % ответили, что участие молодежи в политике нужно, 18 % - что не нужно и 20 % затруднились ответить. В то же время молодые граждане России, судя по данным опроса, не слишком интересуются политикой. Так, только 11 % россиян считают, что среди людей моложе 25 лет этой сферой интересуются многие, 53 % думают, что немногие, а 22 % - что среди молодежи интересующихся политикой нет совсем (14 % респондентов затруднились ответить на этот вопрос). Люди старшего поколения (в возрасте от 55 лет) еще ниже оценивают интерес молодежи к политике: 28 % из них считают, что эта сторона социальной жизни безразлична всем молодым, 42 % - что внимание ей уделяют немногие и только 7 % - что многие. Молодые же респонденты (18-35 лет) в большинстве своем (63 %) считают, что небольшое число интересующихся политикой среди людей моложе 25 лет все- таки есть; по мнению 14 %, ею интересуются многие молодые люди, а 13 % говорят, что таких нет вообще. Кто же те немногочисленные представители молодого поколения, которые не просто интересуются политическими вопросами, но «идут в политику»? Отвечая на данный открытый вопрос, респонденты чаще всего (20 %) высказывали мнение, что это обычно умные и образованные молодые люди: «которые более образованные, с высшим образованием»; «образованные, разносторонне развитые люди»; «продвинутая молодежь»; «сильно заумные». Некоторые россияне (6 %) считают, что политикой занимаются молодые карьеристы в поиске выгод: «махровые карьеристы»; «кто хочет добиться денег и власти»; «выскочки, кто хотят в высшие круги попасть». Другие респонденты, напротив, полагают, что таким молодым людям небезразлична судьба России: «патриоты-бессребреники»; «кому небезразлично положение в стране»; «те, для кого слово “Родина” - не пустой звук» (5 %). Также звучало мнение, что политикой занимаются обеспеченные молодые люди либо дети влиятельных родителей: «кто живет в достатке»; «дети политиков, бизнесменов - династии, со стороны дети не придут»; «дети олигархов»; «депутатские детки»; «у кого родственники в политике - сын Жириновского, дочь Ельцина» (4 %). Что касается личностных качеств, присущих «политизированной» молодежи, то в числе таковых респонденты называли чаще всего активность, целеустремленность и схожие характеристики: «активные»; «инициативные»; «энергичные»; «бойкие»; «предприимчивые молодые люди»; «целеустремленные»; «деловые»; «серьезные»; «уверенные в своих силах»; «ответственные» (7 %). Наконец, небольшая часть респондентов сказали, что в политику идут самые разные, любые молодые люди - все, кто хочет: «из любой прослойки общества»; «всякие»; «все»; «обычные молодые люди»; «разные»; «любые»; «кто этого хочет» (2 %). Большинство россиян (51 %) считает, что молодые люди до 25 лет способны создавать собственные политические организации. Противоположной точки зрения придерживаются 27 % респондентов (22 % не смогли ответить на этот вопрос). Выше оценивают политические и организаторские способности

молодежи сами молодые люди (среди них 57 % дали ответ «способны», и 24 % - «не способны»), люди с высшим образованием (60 и 26 % соответственно) и жители Москвы (64 и 23 % соответственно). Тем не менее, молодежные политические организации не слишком известны среди рядовых россиян. Отвечая на открытый вопрос, какие молодежные организации они знают, 13 % респондентов вспомнили движение «Наши», 5 % - «Молодую гвардию Единой России», 2 % - скинхедов, и по 1 % - «Идущих вместе», Национал-большевистскую партию, РНЕ, «Молодую Россию» и некоторые другие организации. Три четверти респондентов - 75 % - затруднились назвать какие бы то ни было молодежные организации, а 1 % считают, что таковых нет вовсе.
Две трети опрошенных россиян (66 %) разделяют мнение, согласно которому государство должно оказывать помощь молодежным организациям, а 19 % считают, что ему следует ограничиться контролем за тем, чтобы эти организации действовали в рамках закона. Остальные 16 % не смогли определить, какая из этих точек зрения им кажется более убедительной. Небезынтересна динамика ответов на вопрос, должна ли молодежь создавать свои собственные организации, или же молодые должны присоединяться к партиям и движениям, созданным старшими. В 2005 году 40 % респондентов ответили, что молодежь должна создавать собственные политические организации, а 33 % - что молодым лучше идти по стопам старших (затруднились с ответом тогда 27 % участников опроса). В этом году соотношение поменялось: 32 % опрошенных выбрали первую точку зрения, а 42% - вторую (число затруднившихся ответить не изменилось), т. е. идея «межпоколенче- ской преемственности» в политической деятельности стала несколько преобла- дать[119].
Л. Милбрат (Milbrath) и М. Гоэл (Goel) делят всех граждан США, способных принять участие в политике, на три категории: «гладиаторов» - более или менее активно вовлечённых в политику; «наблюдателей», принимающих участие в политике; «безраличных» - лиц, вообще не вовлечённых в политику. По их расчетам, «гладиаторы» составляют всего около 5-10 % взрослого населения США, «наблюдатели» - примерно 60 % и «безразличные» - 30-35 % . Согласно Г. Боуну (Bone) и О. Рэнни (Ronney), американские граждане распадаются на шесть категорий: «активисты-организаторы», составляющие менее 1 % взрослого населения США; «содействующие» (около 5 %); лидеры общественного мнения (около 25 %); «избиратели» (25-30 %); «неголосующие» (30-40 %) и «аполитичные» (3-7 %) . М. Олсен (Olsen) выделяет «политических лидеров» (3 %), «активистов» (14 %), «коммуникаторов» (13 %), «граждан» (30 %), «маргиналов» (18 %) и «изолированных» (22 %)[120].
Особый интерес для политологии имеет типология индивидов, основанная на их отношении к их собственному бытию, к существующему в нём положению

вещей, идей и людей, в том числе к их собственному положению в нём, существующим между ними отношениям. Используя данный критерий можно выделить следующие типы индивидов.
Во-первых, «реакционеров» - тех, кто неудовлетворён существующим бытием, желает его изменения в регрессивном направлении, устремленном в прошлое, например, к временам сталинщины или царизма. Они либо активно участвуют в практической или вербальной (словесной) деятельности по этому изменению (назовём первых «активными реакционерами-практиками», а вторых «активными ре- акционерами-трибунами»), либо молчаливо-пассивно сочувствуют «активным реакционерам» (назовём их «пассивными реакционерами»).
Во-вторых, «консерваторов» - тех, кто удовлетворён существующим бытием, желает его стабилизации, сохранения в неизменном, «законсервированном» виде. Одни из них либо активно участвуют в практической или вербальной деятельности в данном направлении (назовём первых «активными консерваторами- практиками», а вторых - «активными консерваторами-трибунами»), либо молчаливо-пассивно сочувствуют «активным консерваторам» (назовём их «пассивными консерваторами»).
В-третьих, «реформаторов» - тех, кто неудовлетворён существующим бытием, желает его постепенного, иногда достаточно глубокого и последовательного преобразования в прогрессивном - устремленном в будущее - направлении ненасильственными методами. Одни из них либо активно участвуют в практической или вербальной деятельности по этому преобразованию (назовем первых «активными реформаторами-практиками», а вторых - «активными реформаторами- трибунами»), либо молчаливо-пассивно сочувствуют «активным реформаторам» (назовём их «пассивными реформаторами»).
В-четвёртых, «революционеров» - тех, кто неудовлетворён существующим бытием, желает его немедленного разрушения и создания вместо него нового, прогрессивного, т. е. устремленного в будущее, бытия на основе использования не только ненасильственных, но и в случае необходимости насильственных методов. Они могут либо активно участвовать в практической или вербальной деятельности в данном направлении (назовём первых «активными революционерами- практиками», а вторых - «активными революционерами-трибунами»), либо молчаливо-пассивно сочувствовать «активным революционерам» (назовём их «пассивными революционерами»).
В-пятых, «нейтральных» - тех, кто безразличен, нейтрален к существующему бытию, не определил своё отношение к нему и не желает делать этого, занимает промежуточное место между пассивными реакционерами, консерваторами, с одной стороны, и пассивными реформаторами, революционерами, с другой стороны, или более пассивную позицию, чем пассивные реакционеры, консерваторы и революционеры. Они, тем не менее, склонны в определённых ситуациях, в частности в ситуации неустойчивости, или нестабильности, к активным деструктивным действиям или высказываниям и импульсивной (неосознанной) поддержке либо активных реакционеров, либо активных революционеров.
Данные исследований показывают, что в России «реакционеров» примерно 17 %, «консерваторов» - 33 % (/), «реформаторов» - 10-11 %, и «революционеров»
10-11 %, «нейтральных» («болото») - 28 %. Поэтому социальная база реформаторов в России крайне мала.


Рис. 4.2. Типы индивидов
Позиция реакционеров, консерваторов, реформаторов и революционеров может быть либо умеренной, либо умеренно-радикальной, либо радикальной, а позиция реакционеров и революционеров - еще и экстремистской. Поэтому активные индивиды - и практики, и трибуны - подразделяются на следующий ряд последовательно расположенный ряд подтипов: реакционеры-экстремисты - радикальные реакционеры - умеренно-радикальные реакционеры - умеренные реакционеры - радикальные консерваторы - умеренно-радикальные консерваторы - умеренные консерваторы - умеренные реформаторы - умереннорадикальные реформаторы - радикальные реформаторы - умеренные революционеры - умеренно-радикальные революционеры - радикальные революционеры - революционеры-экстремисты. Однако между ними нет непроходимой грани. Представители одних подтипов или даже типов могут переходить в другие, например: умеренные реформаторы - в умеренные консерваторы или умереннорадикальные реформаторы, умеренные консерваторы - в умеренные реформаторы или умеренно-радикальные консерваторы, радикальные реформаторы - в умеренные революционеры или умеренно-радикальные реформаторы, умеренные революционеры - в радикальные реформаторы или умеренно-радикальные революционеры и т. д., а крайности (реакционеры-экстремисты и революционеры- экстремисты) - сходиться друг с другом. Пассивные индивиды - пассивные реакционеры, консерваторы, реформаторы и революционеры - составляют, как правило, основную базу пополнения, во-первых, «нейтральных» индивидов, во-вторых, тех или иных подтипов активных индивидов, когда пассивные реакционеры, консерваторы, реформаторы и революционеры могут стать соответственно - активными реакционерами, консерваторами, реформаторами и революционерами. Но точно также некоторые представители активных индивидов - как умеренных и умеренно-радикальных, так и радикальных, а порой и экстремистских - могут перейти в разряд пассивных, а затем и «нейтральных». Индивиды, активные в одном отношении, могут быть пассивными в другом отношении и, наоборот, индивиды, пассивные в одном отношении, могут оказаться активными в другом отношении. Следует также отметить, что среди различных подтипов активных и пассивных

индивидов есть «устойчивые», «постоянные», отличающиеся устойчивостью своих позиций, остающиеся в своих типологических группах и подгруппах, и «переменчивые», «неустойчивые», отличающиеся частой переменчивостью своих позиций, периодически переходящие из одной позиции в другую. В силу этого первые сохраняют «приверженность» или «лояльность» определенной позиции, а вторые не сохраняют её. У первых склонность к догматизму, то есть неспособность к самокритике, преобладает над творческим началом, а у вторых, наоборот, творческое начало, в том числе способность к самокритике, преобладает над догматизмом. Первые - скорее утописты, чем реалисты, вторые - скорее реалисты, чем утописты. 
<< | >>
Источник: Гомеров И. Н. Человек в поле политики: лекция. 2012

Еще по теме Уровни и характер участия человека в политике:

  1. Функциональные уровни человека
  2. Синтез уровней бытия и человека
  3. О "БЕЗОПАСНОМ" УРОВНЕ ЗДОРОВЬЯ ЧЕЛОВЕКА
  4. КАКОВЫ ОБЛАСТИ ЭФФЕКТИВНЫХ РЕШЕНИЙ В ЗАВИСИМОСТИ ОТ УРОВНЯ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ И ХАРАКТЕРА УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ?
  5. Исторический характер прав человека
  6. 2. Регламентация участия вооруженных сил в подавлении конфликтов гражданского характера
  7. К.А. Сулимов, Пермский государственный университет ГРАЖДАНСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ И ПОЛИТИЧЕСКОЕ УЧАСТИЕ НА ЛОКАЛЬНОМ УРОВНЕ
  8. § 3.5. Адекватность уровня обеспечения для удовлетворения основных потребностей человека
  9. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ХАРАКТЕРА ЧЕЛОВЕКА ПО ГРУППЕ КРОВИ (ЗАРУБЕЖНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ).
  10. ВЛИЯНИЕ СОЦИАЛЬНОГО ХАРАКТЕРА НА ПОЛИТИКУ
  11. 15.2. Участие адвоката в подготовке и разбирательстве дела в Европейском суде по правам человека
  12. 2. Отношения между ФРГ и СССР. Агрессивный характер «восточной» политики Бонна
  13. Глава 2. Анализ применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод в российских судах разных юрисдикции и уровней
  14. § 2. Человек как субъект политики
  15. Это в корне противоречило всему направлению и характеру городской промышленной политики, сознательно стремившейся к
  16. Человек в поле политики